площадь её хватит?
— Крис, у нас горы утеплителя — его разложить некому! — донеслось из-за ангара. — Нам не хватает «ирид» и рук. Надо ж было такому на Пасху, — чёрта с два до кого дозвонишься!
— Эноксен уже едет — говорит, кое-кого собрал, — перебил его третий. Он растягивал над цветущим кустарником утеплитель, и ещё не закреплённый край трепало ветром. Гедимин двинулся вперёд, накрывая человека вместе с посадками защитным полем. Трепыхающийся край свалился на кусты.
— Спасибо, — не оборачиваясь, кивнул человек. — Мистер Вистар, нам очень нужны ваши «ириды» — и хотя бы десяток свободных рабочих! Ещё пара часов такой температуры, не говоря о дальнейшем похолодании, — и половину посадок мы потеряем!
Кеола повернулся к механикам.
— Двигайте к посадкам. По растениям не топтаться!
…Иджесу доверили склад с утеплителем — он раскидывал его по тележкам так, что филки не успевали подвозить их. Гедимин, вдвоём с другим сарматом-Старшим закрепляющий два «хвоста» сетки вдоль газона, краем глаза видел людей в наспех накинутых капюшонах — они возились поодаль, укутывая корни деревьев и устанавливая маленькие купола над совсем уж приземистыми цветниками. Работу начали с двух сторон — но посредине, ближе к зданию ускорителя, Гедимин видел мостовую, заваленную лепестками, и поникшие побеги среди насаждений.
— Минус пять на Пасху! — выдохнул кто-то из людей, разминая в пальцах сморщенный бутон. Гедимин хотел прикрыть посадку утеплителем, но человек отмахнулся.
— Это уже не спасти. Идите вон туда, к крокусам, — они стойкие, но чуть защиты не помешает… Минус пять за одну ночь! Погода совсем с цепи сорвалась…
— И раньше бывали резкие заморозки, — другой человек, тяжело дыша, склонился над миниатюрным цветником. Он держался за поясницу и при каждой попытке выпрямиться шипел от боли.
— Этого ещё не хватало! — первый быстро огляделся по сторонам. — Ложитесь на утеплитель! Мистер теск, накройте сверху, как одеялом… Лежите тихо, я до клиники и назад!
— Ты ранен? — спросил Гедимин, с тревогой глядя на лежащего. Из-под капюшона выбились мокрые седые волосы, борозды на лице были резче и глубже, чем у привычных Гедимину людей, — похоже, «раненому» было много лет.
— Ранен? — повторил человек с кривой ухмылкой. — Разве что временем. И той плитой после бомбёжки, будь она неладна…
— Профессор Берриган! — раздались голоса с нескольких сторон — подбежали молодые люди в «гражданском», кто-то на ходу тыкал в кнопки смарта.
— Да чтоб его… — с досадой пробормотали под утеплителем.
«Помогут,» — Гедимин, краем уха прислушиваясь к разговорам, отошёл в сторону. «Вот уже и медиков вызвали. И тот, кто в клинику бегал, вернулся…»
С Берригана сняли «одеяло», оттянули рукав до локтя.
— Врача я уже вызвал, — отрывисто сказал человек, вгоняя «раненому» под кожу вторую порцию лекарства. — Профессор Берриган, вы меня слышите? Держите глаза открытыми!
— Как же оно всё… — пробормотал Берриган. Кажется, его тянуло в сон, — то и дело он приподнимал голову и слабо встряхивал ей. Помощник выдавил третью ампулу и оглянулся на стоянку. Вдали уже был слышен характерный вой медицинской сирены.
… — Теперь не знаешь, когда открывать теплицы, — вздохнул человек — кто-то из профессоров, но Гедимин так и не узнал его имени. Он вместе с Кеолой в подступающих сумерках ушёл в сарматский кампус и занял пустующее кресло. Гедимин и Иджес ждали, когда из шахты поднимутся последние рабочие, — надо было проверить технику, а пока можно было сесть на матрас и сделать вид, что у тебя перерыв.
— Бывали метели и в июне. Что ни война, то климатические новшества. Сектор южных растений, похоже, придётся проредить вдвое. Хорошо, профессор Берриган не видел, что стало с глициниями…
— Он серьёзно пострадал? — спросил Кеола. Человек снова вздохнул.
— Волнение, нагрузки… не тот уже возраст, чтобы бегать с утеплителем! В этот раз выберется, но… М-да, славно отметили Пасху!
09 апреля 08 года. Земля, Северный Атлантис, купол Саскатун, город Саскатун
Вдоль утеплённых посадок ходил человек с дистанционным термометром. Куртку он надел, но капюшон только накинул, не затягивая под самый нос, — на улице было плюс пять и полный штиль. Гедимин видел «контролёра» краем глаза, когда расширял защитный купол — временный ангар для техники, — сарматам сейчас было не до людей и их посадок. Над площадкой, очищенной от обломков камня, повис барк, заслонив тенью и открытую шахту, и шоссе. Сарматы разгружали его трюмы.
— Джед, займёшься вентиляцией, — отдавал распоряжения прилетевший на том же барке Маккензи. — Со светом без тебя разберутся. Вот этот груз — для «Силвермайна», его накройте отдельно. Внизу копают? Есть ещё время? Ну вот всё и проверишь. А потом — вентиляция. Река тут рядом, пойдут быстро, — дольше провозятся с обломками.
— Их в реку скинуть никак нельзя? — мрачно спросил Кеола. — Это же не шлам, — обычные местные минералы…
— В реку мы сбрасывать ничего не будем, — отозвался Маккензи. — И… Кео! Что с забутовкой? Подбросить ещё камня, или вам хватает? Мокрый и разносортный не пихать! В «Силвермайне» тоже, даже если очень захочется. Надолго мы там отстаём?
— Дней девять-десять, — отозвался Кеола. — Думаю, к июню нагоним. Там с водой проще.
— Смотри, не спусти в убежище местные пруды! — предупредил его Маккензи. — «Чуть просочилось» — это одно. А осушить начисто — этого нам не простят.
Гедимин осматривал узлы вентиляционной системы. Ни на тяге, ни на фильтрах здесь не экономили — для «Силвермайна» так даже и перестарались.
— Через пару дней потеплеет, — Маккензи сменил тему. — А до монтажа на нижних ярусах дело ещё не дойдёт. Снаряди пару десятков сарматов в помощь местным ботаникам. Для них эти посадки очень ценны. А значит…
Он щёлкнул по карману. Кеола фыркнул.
— А ты с ними договорился, что это не бесплатно? Я так ни слова не слышал.
Маккензи отмахнулся.
— Не всё так прямо делается, Кео. Но без премий мы не останемся, тут будь уверен. Джед! По ускорителям не лазать! В коровник или оранжерею — тоже. Но про ускоритель предупреждаю отдельно! Тебя тут чуть не выслали, ты знаешь? Здесь не Силверспринг, но всему есть пределы!
14 апреля 08 года. Земля, Северный Атлантис, купол Саскатун, город Саскатун
Рёв проходчиков, врезающихся в твёрдую скальную породу, внятно слышен
