в деканат!
Студенты порскнули в разные стороны, как стайка зверьков — Гедимин только и успел мигнуть.
— Не будет там реактора! — громко сказал он им вслед, но очень сомневался, что его услышат.
— Мистер теск, — констебль повернулся к нему. — Вы, главное, их не трогайте. В защитное поле — и сразу сигнал нам. Так у всех будет меньше проблем.
Он не отходил далеко, пока Гедимин не проверил технику и не вернулся в шахту. Сармату было слегка не по себе. «Поле мы ставили плотное. А вернулся я — к прозрачному. Кто-то соображает в защитных полях…»
02 мая 08 года. Земля, Северный Атлантис, купол Саскатун, город Саскатун
— Маккензи когда сюда собирается? После пятого?
— Мне не докладывал, — Гедимин пожал плечами, прислушиваясь к гулу водопроводных труб. Опрессовка пока что шла по плану.
Иджес снова измерил отсек шагами и сердито фыркнул.
— Гедимин! Что-то делать надо. С техникой. Может, её снова под землю?
«Ещё повысить давление… ага, слышу. Всё-таки травит…» — Гедимин остановил подачу воздуха и пометил на схеме узлы, показавшие недостаточную герметичность. «Это поправим — и по-новой.»
— Там эти «мартышки», — продолжал Иджес — его сейчас волновала вовсе не герметичность трубопровода. — И поле они снимут, не сомневайся. А защёлочка, на которую ангар закрывается… Гедимин! Может, к ней ток подвести?
— Догадались снять поле — додумаются и до изолирующих рукавиц, — рассеянно отозвался Гедимин, наматывая и спекая в монолит полосы уплотнителя. «Ремонтное чутьё» говорило, что теперь стык труб не пропустит наружу ни воздух, ни воду.
— Вывозить надо технику, — угрюмо проговорил Иджес, сжимая кулаки. — Вот нутром чую — сейчас какая-то стая «макак» там ковыряется!
— Угу… — протянул Гедимин. — Вот это подержи… Ага, теперь выждем и снова пустим воздух. Думаю, мы почти всё поправили. К вечеру попробуем с водой.
Иджес развернулся к лестнице.
— Вот чую — кто-то там лазит…
«Так это всегда можно проверить,» — Гедимин развернул «щупы» сигма-сканера. Экранирующие пластины убежища ещё не полностью сомкнулись — надо было как-то поддерживать связь с рабочими внутри, если прилетит барк с координатором или «местным» что-то приспичит. Вспышка на экране, чёткие силуэты — слишком чёткие для «скана» сквозь плотное защитное поле.
— А ты прав. Там шестеро «макак».
— Идём! — Иджес рванул вверх по лестнице, на десяток метров обогнав Гедимина. Скорость он сбавил уже у самого люка.
— Интересно, чем эти зверьки там заняты, — прошептал он, оглядываясь на сармата.
Защитного поля не было, один из ангаров с техникой был открыт — и аккуратно прикрыт, чтобы распахнутая дверь не привлекала внимания. Гедимин бесшумно отодвинул створку. В свете яркого ручного фонаря и ещё двух источников, подвешенных на дроны, шестеро в студенческой форме рассматривали проходчик.
— Это спецкоронки — для твёрдых пород, — с умным видом пояснял один студент. — Для мягких идут совершенно другие. А эти гребни отбрасывают породу в стороны и назад — и видите, сколько на них мелких царапин? Это из-за острых граней осколков.
— А сопла по бокам? Это точно сопла. Бластеры? — другой студент ковырнул заглушку бокового плазмомёта.
— Назад! И ты, и вы трое! — прикрикнул на него первый. — Плазменные пушки там. И если они сейчас сработают…
— Да ну, — третий из предупреждённых перебрался ближе к кабине. Гедимин, заметив движение сбоку, чуть повернул голову и увидел Иджеса. Тот уже примерялся, как одним шаром защитного поля накрыть всю шестёрку.
— Если бы оно включалось от случайного тычка, они бы работать не смогли. Наверняка все кнопки управления — в кабине, а тут — куча предохранителей.
— Ага, — сказал Иджес. Защитное поле уже закрыло всех шестерых, и вряд ли они его слышали. Они вскинулись, кто-то метнулся к уже недоступной двери, другой попытался ударить кулаком по защитному полю, третий полез было в карман, но осёкся. «Ага, размыкатель полей — у него,» — Гедимин постарался запомнить внешность. Что кричат из-под купола, он не слышал — кажется, Иджес «забыл» сделать воздуховоды.
— Воздуху-то им дай, — проворчал Гедимин. — Посадят за убийство.
— Я защищаю свою территорию! — оскалился Иджес, но люди в ловушке вздохнули с облегчением — воздух внутрь пошёл. — Сходи за констеблем. Эй, внутри! Будете умничать — снова лючки перекрою!
«Констебль,» — Гедимин вышел из ангара и растерянно огляделся вокруг. Обычно кто-то из них сам оказывался рядом с сарматом, стоило тому покинуть рабочую зону; сейчас вокруг было пусто. «А где их берут, когда они сами не прибегают?»
Что-то бело-зелёное мелькнуло за кучей дроблёной породы. Гедимин быстро двинулся туда, но остановился — там был всего лишь седьмой студент, самка с длинными иссиня-чёрными косами и странной брошкой на груди. «А эта штука — из стеклянных бусин на настоящей шкуре,» — мелькнуло в голове Гедимина, едва он увидел цацку. «И пучки меха… это в самом деле мех. Как на Равнине.»
Самка разглядывала груды раздробленного камня. Увидев сармата, она не испугалась — только вздёрнула голову, невольно изобразив едва заметный оскал.
— Такая рана в земле, столько из неё выломано костей… Жаль, она вас всех не раздавила!
Гедимин мигнул.
— Это не наша «рана», — напомнил он. — Это убежище для вас. Чтоб не передохли от первой ракеты.
Самка скривилась, показав зубы — и Гедимин мельком удивился, что они не острые.
— Чем мучать землю, уничтожьте ракеты! Выдерите кости из тех, кто начинает войны! Тогда никакие дыры в земле не понадобятся!
Гедимин ошалело мигнул.
— Это ваши правители. Сами с ними разбирайтесь. А эта дыра хотя бы даст вам выжить.
Самка фыркнула.
— Выжить⁈ Что ты можешь знать, слепленный из пластика и металла⁈ Это наша земля. Никакие ракеты этого не изменят. Мы вернёмся на свою землю из любого огня… А, где тебе понять!
«Вернутся? Как Джагулы в своё племя?» — Гедимин не чувствовал раздражения — эта самка, и правда, вывалилась из какого-то своего мира, и в голове от её слов не гудело — как бы она ни злилась, она не врала.
— Понимаю. Видел, — отозвался он, вспоминая, как под ногами расступалась ирренциевая пыль. — Почему думаешь, что вернёшься именно сюда? И — именно ты, а не что-то другое?
Самка, приоткрыв рот, впилась взглядом ему в глаза, но сказать ничего не успела.
— Что тут за
