— быстро объяснил Логинов.
— Ясно. Я пойду?
— Стоять! — рявкнул профессор так, что я завелась и стала осматриваться в поисках тяжелых предметов, наплевав, что у меня есть свидетели.
За тяжкие телесные можно и штрафом отделаться…
— На меня и так уже половина группы косится, что я постоянно с тобой уединяюсь! — топнула я ногой.
— Синицына, мы перешли на «ты». Похвально! Скажешь всем, что я твой научный руководитель!
— Ага! — согласилась я. — Чтобы все точно подумали, что у меня с тобой что-то есть. Ты всему пятому курсу отказал быть их научным руководителем!
— Полина, мы сейчас не об этом говорим, — попытался взять контроль над ситуацией Логинов.
— Об этом, именно об этом! Ты мне репутацию портишь!
— Я? Или ты без конца ходишь со всеми в обнимку! Назаров, Бауэр, Васин, Опасян!
— Влада, Аникея и Назара забыл, — подсказала я, наблюдая, как начинает дергаться профессорский глаз.
— У меня гарем или у тебя?
— Мои не дерутся на камеру! — вздернула я подбородок.
— На какую камеру? — мотнул головой Руслан.
— Студенческую! Мы с Лилей вчера весь вечер пытались не допустить выложить эти видео в интернет с говорящим заголовком «Эпичная битва за сердце профессора. В красном углу ринга загрызайка, в левом — фиалка!»
Я не врала. Весь вчерашний вечер и утро мы с Лилей, Назаром и Аникеем искали свидетелей и тех, кто умудрился снять драку на камеру. У нас с Лилей вдвоем ничего бы не вышло, но непререкаемый авторитет боксеров сделал свое дело, и, кажется, мы избежали большой беды.
— Удалила? — грозно сдвинув брови, уточнил Логинов
— Вроде бы, — пожала я плечами.
— Молодец, — он подошел ко мне вплотную, и его тон мгновенно изменился. — Пошли со мной сегодня на свидание?
— Нет, — отрезала я, робея, как всегда, когда он находился так близко.
— Я тебе нравлюсь, Полина, — хриплый голос Руслана Евгеньевича пробирал до мурашек.
— Нравишься, — честно призналась я, окончательно обескураживая Бубузяблика.
Он сглотнул и сделал еще один шаг ко мне.
— И целоваться мне с тобой понравилось, — добила я, — но это не значит…
— Я тебе нравлюсь, ты мне нравишься, в чем проблема? — взорвался профессор.
— В том, что мне учиться нужно! Ты сам сказал, что у меня потенциал и что будешь спрашивать строже, чем остальных. А у нас что? Я из-за тебя прогуливаю пары, занимаюсь изъятием улик, когда две твои подружки устраивают драку, выясняю с тобой отношения… Делаю что угодно, только не учусь! Противоречишь своим же словам, или про потенциал ты сказал, только чтобы меня, — я взмахнула рукой и покосилась на девочку, — ты понял.
— Я виноват, что ты прогуливаешь? — обе брови Логинова взлетели на лоб.
— Я в общежитии в женскую душевую пошла, а потом чай захотела? — напомнила я.
— Ты и без меня неплохо с прогулами справляешься!
— Вот и не усугубляй! — посоветовала я.
Мы так увлеклись, что не заметили, как Виола поднялась и подошла ближе к нам. Я лишь краем глаза заметила, как девочка поставила сок на самый краешек стола.
Руслан Евгеньевич напоминал зажженный фитиль, который вот-вот взорвется.
— Я пойду, — гордо выдохнула я, разворачиваясь на пятках.
Видимо, кто-то все-таки психанул, потому что не успела я сделать и трех шагов, как за моей спиной раздался настоящий звериный рык:
— Виола!
Я обернулась и прикрыла рот ладонью. Сок, стоящий на краю стола, все-таки опрокинулся — прямо на брюки Руслана Евгеньевича. Несколько капель попало на идеально белую рубашку, а Логинов с трудом сдерживал рвущийся наружу мат.
— Ой! — Виола испуганно округлила глаза и прикрыла ротик ладошками. — Бубузяблик, я нечаянно!
Бубузяблик был в бешенстве. Глубоко вздохнул, посмотрел в потолок, на свои идеально выглаженные брюки, рубашку и принял решение:
— Полина, ты водить умеешь?
— Плохо, — честно призналась я.
Потому что права я получила, но практики у меня почти не было.
Логинов вздохнул, залез в карман, достал ключи и повернулся ко мне:
— Адрес мой знаешь. Вот ключи от квартиры, седьмой этаж. Зайдешь в спальню, в шкафу возьмешь любой костюм и привезешь мне. Виолу с собой возьми, она подскажет. Пожалуйста, Полина, я не могу сейчас уйти, у меня еще две пары, а потом мне нужно в суд. Очень важное слушание. Это от квартиры, а это от машины. Давай.
— Ты с ума сошел? А если я ее разобью? Или того хуже — кто-то увидит, как я сажусь в твою машину. Я лучше на такси!
— Поторопись, очень прошу! — выдохнул Руслан.
Обессиленно сел на стул, округлил глаза и снова зло покосился на Виолу, которая уже готова была слиться со стеной.
— Руслан… Ты же сам знаешь, что надо смотреть на сидения, я все время забываю еду…
Руслан поднялся, посмотрел на стул и взял с него остатки пирожного, которое не пережило стресса от того, что профессор на него сел.
— Идите! — выдавил Логинов, косясь на очень виноватую сестру, плечи которой поникли. — Быстро!
Виола первая взяла меня за руку и повела к выходу. Аккуратно прикрыла дверь и принялась виновато объяснять:
— У меня очень-очень плохая привычка оставлять еду на стуле. Папа все время ругается, мама всегда смотрит, прежде чем сесть, а Бубузяблик забыл. Потому что о тебе думал!
— Бежим скорее, — удобнее перехватывая ее ладошку, попросила я.
Достала телефон и постаралась вызвать такси. Мне повезло — машина нашлась сразу же и была где-то поблизости.
Мы с Виолой добежали до ворот, я усадила малышку на заднее сидение, сама села вперед и, пытаясь отдышаться, выпалила адрес.
Водитель молча кивнул, и машина сорвалась с места. Я откинулась на сидение и прикрыла глаза. Мысленно готовилась к вопросам однокурсников, почему опять Логинов призвал меня, а я прогуляла следующую пару…
Открыла глаза и страдальчески скривилась. В зеркало заднего вида успела заметить, как внимательно изучала меня Виола. От ее взгляда, так похожего на взгляд ее старшего брата, становилось не по себе.
— Приехали! — уведомил водитель, притормаживая у нужного подъезда.
— Подождите нас пять минут, — взмолилась я, — мы только костюм возьмем и сразу обратно поедем.
— Бесплатное ожидание пять минут, — сухо сообщил водитель и заглушил мотор.
