— Полотенце слишком далеко от меня, — невозмутимо ответил Дэвид.
Гвинет на секунду открыла глаза и сразу же закрыла их, увидев мускулистую ногу прямо рядом с ванной.
— Ты ведь не заставишь меня против моей воли? Ты же джентльмен…
— Минуту назад я был негодяем и мошенником.
— Я изменила свое мнение. — Гвинет на ощупь старалась найти полотенце, которое, как она помнила, лежало на другом краю ванны.
— Подай мне его, и я освобожу тебе место…
— Но я хочу потереть тебе спинку.
— Дэвид, это совсем не смешно. Ты уже перешагнул за рамки приличия.
Но тут его нога коснулась ее ягодиц — Дэвид залез в ванну. В полном ужасе Гвинет вскочила на ноги, но он обхватил ее за талию, теплая кожа его груди прикоснулась к ее мокрой спине, она вздрогнула и застыла. Его возбуждение передалось ей.
— Останься, Гвинет, — хрипло прошептал он, осыпая поцелуями ее мокрые шею и плечи. — Я никогда не сделаю тебе ничего такого, чего бы тебе самой не захотелось.
Гвинет была похожа на овечку, которую вели на заклание, причем она шла туда добровольно. Не было на земле средства, которое помогло бы ей вырваться из его объятий.
— Ты такая красивая.
От талии руки Дэвида стали подниматься вверх, он поглаживал ее руки и потихоньку отталкивал их в сторону вместе с мокрой сорочкой, в которую она вцепилась. Уже стали видны ее мокрые груди, на которых блестели капельки воды.
— Ты сводишь меня с ума.
Страха у нее не было. Страх ушел, и только возбуждение переполняло Гвинет. Конечно, она забыла о приличиях. Она чувствовала, как одной сильной рукой он поглаживает ее по животу через мокрую сорочку и, обхватив ее грудь другой, играет и нежно сжимает пальцами затвердевший сосок. Ощущение было восхитительным и захватывающим, а между ног она ощущала приятную истому.
Дэвид встал второй ногой в ванну. Он взял у нее злополучную сорочку и бросил на пол.
— Почему бы тебе не сесть поудобнее?
— Нет-нет, мы не должны! Это неприлично, — шептала она, одновременно прижимаясь к нему и ощущая ужас и удовольствие. Рука Дэвида опускалась все ниже, лаская и все сильнее возбуждая в ней разгоравшуюся страсть. Когда он тоже сел в ванну, она уже не возражала.
Вода лилась через край ванны, пока Дэвид усаживал ее поудобнее между своих ног. Было очень тесно, он нежно притянул к себе Гвинет, и тут его ласкам стали доступны ее самые сокровенные места.
— Как мне это нравится, — прошептал он хриплым от страсти голосом. — Мы созданы друг для друга.
Контраст между мужским и женским телом был столь разительным, что уже сам по себе вызывал возбуждение. Длинные мускулистые руки и ноги Дэвида густо поросли темными волосами, тогда как кожа Гвинет выглядела матово-бледной, а ее груди мягко колыхались в воде при каждом вдохе. В ней с новой силой вспыхнул огонь страсти, когда пальцы Дэвида начали играть с ее затвердевшими сосками. Эта сцена была гораздо откровеннее и смелее, чем любая в ее рассказах. Когда же рука Дэвида двинулась вдоль ее живота в самый низ, она догадалась, что он хочет овладеть ею.
— Откройся ради меня, — нашептывал он, мягко раздвигая ее колени.
Гвинет схватила его за руку.
— Я тебе говорила — я раньше никогда этого не делала.
— Знаю, любовь моя.
Дэвид слегка прикусил мочку ее уха, потом припал губами к ее шее.
— Я буду нежен и не сделаю тебе ничего такого, что тебе не понравится.
Гвинет задышала чаще, почувствовав, как его рука, снова погрузившись в воду, дотронулась до ее чувствительного бугорка. Она напряглась, когда его палец, проникнув внутрь, остановился перед естественной преградой внутри ее тела.
— Моя невинная Гвинет, я сделаю все как надо.
Она оглянулась на Дэвида, чтобы сказать о своем страхе, но не успела, он впился поцелуем ей в губы. И до тех пор пока их губы не разжались, время как будто остановилось для нее. Гвинет языком прижалась к его языку, она хотела, чтобы язык Дэвида глубже проник в ее рот. На этот раз уже не она, а он застонал от наслаждения, и она услышала это.
Расплескивая воду во все стороны, Дэвид приподнял ее и развернул к себе. Но поцелуй их не прервался, губы их так и остались прижаты друг к другу, когда она обхватила его бедра ногами. Ее тело вызвало у Дэвида новую вспышку страсти. Гвинет держала в своих ладонях его лицо, намеренно затягивая поцелуй и получая от этого огромное удовольствие, ей хотелось немного помучить его, так же как он, недавно мучил ее…
Оторвавшись от нее и с трудом переводя дыхание, Дэвид произнес:
— Это было.., это было.., я даже не знал, где я нахожусь. Я хочу тебя.
Гвинет ощущала себя такой, как никогда прежде, — и слабой, и удивительно сильной одновременно. Инстинктивно она прижалась бедрами плотнее к нему, ее груди терлись о его грудь, а ноги уперлись в дно ванны.
— Так не будет, чтобы все было только по твоему желанию.
Из груди Дэвида вырвался смех.
— Ну что ж, тогда приступим к игре, моя фея.
Обхватив ее ягодицы, Дэвид приподнял ее повыше.
Гвинет едва не задохнулась от восторга, когда он губами прижался к ее груди. Наслаждение, охватившее ее, походило на вспышку света. То, что Дэвид делал своими губами и зубами с ее нежной кожей, заставило Гвинет крепче прижать его голову к себе. Она ни за что не хотела, чтобы это удивительное и мучительное наслаждение прекратилось. А тем временем внутри ее нарастало непонятное напряжение. Дэвид от одной груди перешел к другой. Его рука опять проникла в самый низ ее живота, она выгнулась назад и задрожала от возбуждения, как только его палец проскользнул внутрь, возбуждая ее так, что она застонала.
— Дэвид, — стонала она. — Я чувствую, словно во мне что-то нарастает, не знаю, как…
Перед глазами Гвинет все плыло, и жар разливался по телу. Необходимость сделать что-нибудь, пусть даже ненужное, заставляла Гвинет все время ерзать.
— Держись за меня! — прорычал Дэвид.
Гвинет крепко обхватила его за шею. Дэвид встал, держа ее на руках, и перешагнул через край ванны. Они оба были обнажены, но Гвинет и думать забыла о своей наготе. Ее томило странное предчувствие, ей казалось, она парит над самым краем бездны, но тем не менее хочет туда упасть, и это заслоняло все доводы рассудка.
Дэвид опустил ее рядом с постелью. Нетвердо держась на ногах, она смотрела, как он схватил полотенце и откинул в сторону покрывало. Он был прекрасен: его мускулистая спина, его бедра и ноги, казалось, были вырезаны из мрамора. Боже, а его пенис! Не веря своим глазам, она уставилась на его внушительные размеры. Она, конечно, знала, как совокупляются мужчины и женщины, но все же с сомнением покачала головой.
— Мы совсем не подходим друг другу, — прошептала она.
