— так надёжнее. И ведь он прав. Убедился на собственной шкуре. Бродяги, которые называют себя сталкерами крайне не надёжные люди. Сегодня сидишь с каким-нибудь Костяном возле костерка и делишь с ним банку тушёнки, а завтра он тебе в спину из дробовика лупасит, потому что ему видите ли приглянулся твой рюкзачок...
Недавно видел мутанта... Странное впечатление оставила эта встреча. Словно столкнулся с инопланетянином. Возникло чувство нереальности, а ещё... как бы это проще выразиться... чувство уныния и какой-то душевной опустошённости. Очкарик — мой куратор сказал, что через это проходят все кто попадает в Зону первый раз. Идёт перестройка сознания. На «большой земле» привычный мир, он прост и понятен как варенная картошка. Всё воспринимается естественным образом, а здесь.., когда ты сталкиваешься с чем-то противоестественным, разум начинает чудить. Возникает когнитивный диссонанс, и чтобы преодолеть это противоречие нужно просто выждать некоторое время. Постепенно вырабатывается привычка, и даже если сталкиваешься с какой-нибудь потусторонней хренью, твой мозг быстро к этому адаптируется.
А ещё я видел аномалию...
Нет не так! Я её не видел, я ощутил её носом и шкурой. Сначала почувствовал вонь. Я бы сравнил этот смрад с запахом сероводорода — как будто канализационную трубу прорвало, а затем кожу лица словно обожгло, так бывает на сильном морозе.
Шедший впереди проводник только и успел охнуть, а ведь он даже не вошёл в эту проклятую воронку. Всё что было у парня спереди мигом снесло и тут же разбросало в радиусе десяти метров. За секунду... Может за долю секунды. Наверное никогда в жизни я не видел ничего более ужасного. Он ещё не умер... но уже стал мертвецом. Успел повернуться к нам. Ох, каким же жутким был оскал зубов на его черепе... Для себя зарёкся в аномалиях не шарить, а то ведь некоторые пытаются доставать из них всякую аномальную дребедень. Чокнутые! Сколько таких горе-старателей выползали из ада едва живые и с пустыми руками? А скольких покалечило из-за бесполезного хлама: оторванные пальцы, руки, переломанные кости — и всё ради ржавого подшипника или сгоревшей лампочки облепленной грязью. Но некоторым везёт... Не раз слышал истории про то как из аномалий доставали артефакты стоившие целое состояние. Только вот афишировать свою удачу, как правило, никто не хочет. Потому трудно понять где правда, а где ложь...».
Макс пролистал несколько страниц, остановил взгляд на следующей дате:
«15.11. …. Поступили новые инструкции. Налаживание контактов не простое дело, но я здесь обжился и кое-что нарыл. Теперь я Связной. Не знаю, почему, но именно меня Бульдог рекомендовал на эту вакансию в Конторе. Что ж, я не против. Насколько понимаю, теперь и гонорар будет выше... Правда и шкурой рисковать придётся тоже в два раза чаще. Вчера Бульдог передал бабки на финансирование агентуры. В этих краях деньги решают всё, даже крошечную армию можно собрать, лишь бы в кармане шуршало».
Воробьёв возбуждённо поёрзал на пятой точке, посмотрел на молчаливого соседа.
«Становится интересно! - подумал он. - Как погляжу, парень ты не промах и в Зону притащился не за острыми ощущениями как некоторые. Что ж ты тут делал?».
«23.11. …. Болт наконец раскололся и принёс мне топографическую схему. Жизнью ублюдок не рисковал, хотя нагнетал и торговался до последнего, пытаясь убедить меня, что если прознают про его тайные делишки приятели, то пустят на фарш. Брехло. Видал я его товарищей. Дрищи которых можно пинками разогнать. За то, что я только взглянул на эту карту Болт потребовал с меня двадцать тысяч. Меркантильный мерзавец. Я бы ничего не дал, вырубил бы поганца ударом в рожу и изъял бы инфу без спроса, но не хочу портить имидж, мне тут ещё жить».
«25.11. …. Наконец вышел на Гнуса. Мерзкий тип. Сектант будь он неладен. Зелёный весь какой-то, словно мутант из ближайшего болота. И несёт от него падалью. Думаю, гадёныш ещё и мародёрством промышляет. Общаться сложно, подозрительный и осторожный, но у каждого свои слабости, — этот любитель пожрать. Снабжаю его отборными консервами, которые сам позволить себе не могу. Обожает сука шпроты и сардины в масле. Но рыбка делает своё дело, — Гнус проникся ко мне некоторым доверием. А я не будь дураком всё про Сумеречников у него постепенно и вытягиваю. Он первое звено в нашем плане, да и Бульдог считает что мой подход это верняк, специально в лагерь Хорька приходил, чтобы на него посмотреть. С Гнуса и начнём подбираться к вождю Сумеречников, глядишь налажу через этого придурка контакт с Шакой.»
- Стоп! - прошептал Макс. - Он пишет о какой-то схеме... Если парень был таким спецом, то не стал бы держать ценные сведения в башке. Верно?
Воробьёв быстренько пролистал тетрадь, и тут же наткнулся на вложенный между страницами лист писчей бумаги. Судорожно его развернул и, заметив знакомые топографические контуры, азартно засопел. Схема была аккуратно вычерчена мягким грифельным карандашом, а в некоторых местах предусмотрительно снабжена контрольными точками в виде координат для быстрого позиционирования.
«Ишь, какой молодец! - подумал Макс. - Можно только позавидовать способностям некоторых людей схватывать всё налету. Только ему это не помогло!».
Воробьёв сразу сообразил, что на бумажке план Радонска, ведь он уже успел познакомиться с военной картой Вэла, а значит было с чем сравнить. Расположение улиц, особенности рельефа, дороги — всё это ему было хорошо знакомо. Всё за исключением пунктирной линии, которую Харитонов нанёс красными чернилами. В нескольких местах хорошо были заметны жирные точки.
Макс сунул руку за пазуху и достал крыловскую карту. Торопливо развернул её и положил на пол. Разумеется на военной карте никаких пунктирных линий не было, как не было ничего, что могло бы привлечь внимание в предполагаемых точках её расположения. Но это как раз-таки и внушало определённые надежды, — зачем так тщательно и детально перерисовывать карту, которую нетрудно достать? Тратить столько времени на ручную работу? Наконец, зачем выводить пунктирную линию с жирными точками по всей её протяжённости?
«Скорее всего эта самодельная карта не что иное как отчёт о проделанной работе. Харитонов готовил его для своих хозяев, только не успел, бедолага, передать, - подумал Макс. - Не иначе парень отыскал секретный метрополитен».
Сердце ёкнуло от переизбытка адреналина. Он буквально ощутил, как в жилах забурлила кровь. Макс понял, что тайной «ЛПР» активно занимается какая-то серьёзная организация, и кое-кому в этом деле удалось продвинуться гораздо дальше, чем остальным.
«Люди Конторы уже стояли на пороге открытия, - подумал
