— Я мог бы простоять так весь день, — прошептал он ей в волосы.
Мысленно Бетани с ним согласилась. Она стала подозревать, что, возможно, использует Макса как предлог, чтобы не думать о Гранте.
— Я не собираюсь попусту растрачивать время, — заявил Макс, беря ее за руку. — Давай-ка выбираться отсюда.
— Согласна.
Выйдя из казино, они оказались на улице, залитой солнечным светом. Дневное светило еще не достигло зенита, но нестерпимо слепило глаза. Бетани поспешила надеть солнцезащитные очки.
— Куда мы направляемся? — спросила она.
— В одно хорошее местечко неподалеку.
«Хорошее местечко» оказалось кафе-мороженым, расположенным в паре кварталов от Стрипа. Бетани скользнула за столик, а Макс сел напротив. Он заказал ей кофе, а себе — содовую с ванильным мороженым.
Они проговорили без остановки четыре часа. Целых четыре часа. Беседа плавно перетекала от одной темы к другой. Они обсуждали музыку, политику, литературу, рассказывали о друзьях. Бетани узнала, что Макс работал в винном бизнесе. Именно поэтому Рустер и сделал акцент на том, что она предпочитает вино пиву. У Рустера было рекламное агентство, сотрудничавшее с фирмой Макса.
Он тоже задавал Бетани много вопросов. Ему хотелось знать о ее детях, и она с гордостью описывала Эндрю и Энни. Они говорили обо всем на свете — за исключением Гранта, Кейт и дочери Макса, словно приняли молчаливое соглашение не вспоминать о людях, которых некогда любили.
В какой-то момент ей позвонила Руфь и пожаловалась на неважное самочувствие. Слишком много солнца, сказала она, а также слишком много еды и непомерно возросшие аппетиты «Колеса фортуны». Бетани разволновалась, но свекровь заверила ее, что с ней все будет хорошо и что она не хочет лишать ее веселья. Бетани не сказала Руфи, где и с кем сейчас находится.
— Расскажи мне поподробнее о своей фирме, — попросил Макс после того, как она спрятала мобильный телефон. В руках он вертел ее визитку, будто надеясь обнаружить на ней тайное послание.
— Я и мечтать не могла, что «Праздники Бетани» станут такими популярными. Когда только основала свое дело, я надеялась лишь заработать достаточно денег на жизнь себе и своим детям. Я была шокирована тем, как своевременно была выдвинута эта идея. — Она улыбнулась. — Когда мы стали предлагать организацию праздников по случаю дня рождения кошек и собак, про меня появилась статья в «Уолл-стрит джорнал».
— Ты шутишь, да? Вечеринки для собак?
— И для кошек тоже. Эта задумка стала очень популярной. Поколение беби-бумеров обожает своих домашних питомцев и готово выбросить на ветер много сотен долларов, чтобы должным образом отпраздновать их день рождения.
— Не понимаю этого.
— И не нужно, но, поверь мне, это большой бизнес. Мне даже поступали предложения о франчайзинге, но я отклонила их, так как мне кажется это неправильным. Во всяком случае, пока. Проблема многих компаний заключается в том, что они слишком быстро расширяются. Я не хочу такой судьбы для «Праздников Бетани». Возможно, в будущем я и пересмотрю свое решение, но пока пять моих предприятий приносят хороший доход, и я ими довольна.
— Похоже, ты обладаешь деловой хваткой.
— Мне нравится так о себе думать. — Бетани не стала упоминать о том, что эти навыки она приобрела за годы жизни с Грантом. Оставаясь в тени мужа, она тем не менее как губка впитывала основы бизнес-стратегии и управления финансами.
— Значит, началом собственного дела ты обязана разводу?
Бетани кивнула:
— Но мне помогали. — Она рассказала Максу историю о курсах вязания, на которые записала ее дочь, и о подругах, которых она там встретила, включая Элизу Бомон. — Муж Элизы Маверик был профессиональным игроком, и он сделал ставку на меня.
— Но ты все ему вернула.
— К счастью, да. Так что ты прав — Грант косвенно повлиял на мое решение об открытии собственного дела.
— А теперь он хочет вернуть тебя?
Она обхватила чашку ладонями, сконцентрировав взгляд на остывающем кофе.
— Так и есть, а я никак не могу принять решение. Мы в горе и в радости прожили вместе двадцать лет, у нас двое детей. Теперь он осознал, что совершил ошибку, и хочет исправить ее… Но я не знаю, возможно ли вернуть то, что было. Я изменилась, и он тоже.
— Ты его простила?
— Надеюсь, что да. — Бетани помолчала некоторое время, потом снова заговорила, тщательно подбирая слова: — Примерно через год после развода я как-то проснулась ночью, чувствуя себя жалкой и подавленной. Энни обмолвилась, что Грант с Тиффани улетели в Париж. Париж! Я мечтала увидеть столицу Франции, и Гранту было отлично об этом известно. Я не могла думать ни о чем ином, кроме как о том, что сижу в одиночестве дома, в то время как бывший муж с новой женой наслаждаются Парижем. Зарывшись лицом в подушку, я горько разрыдалась. — Воспоминания о ее горе и слезах не померкли до сих пор. — Именно тогда я и поняла, что должна простить его.
— Что тебя на это подвигло? Почему ты почувствовала это именно в тот момент? И как ты вообще справилась с ситуацией?
— Поначалу я считала, что простить Гранта невозможно. То, что он сделал со мной и детьми, было ужасно. Но потом… — Она прикусила губу.
Макс взял ее за руку, с силой сжав пальцы и безмолвно поощряя продолжать.
— Именно тогда я и поняла, что нужно освободить сердце от горечи и ненависти к Гранту, в противном случае я никогда не смогу больше полюбить. Мне пришлось раскрыть кулак, в котором я сжимала гнев, чтобы поймать на ладонь счастье, радость… любовь.
— Тебе это удалось?
— Макс, — прошептала она, не уверенная, как лучше ответить, — я очень стараюсь, но, как оказалось, простить кого-то гораздо сложнее, чем сказать об этом. Как только мне кажется, что я преодолела боль от того, что сделал бывший муж, случается нечто, подсказывающее мне, что я еще не добралась до конца пути.
— Можешь привести пример?
— Я уже сказала тебе, что Грант расстроился, когда узнал, что я рисковала, совершая с тобой поездку на мотоцикле. Его реакция меня разозлила, и я тут же сообщила ему об этом. Позднее я раскаялась, потому что в действительности Грант беспокоился обо мне. Он сказал, что любит меня. Я была шокирована скоростью, с которой вернулась прежняя ненависть.
Макс принялся гонять соломинку по пустому стакану.
— А каковы отношения Гранта с детьми?
— Лучше, — ответила Бетани, тщательно выбирая подходящее слово. — Гранту нелегко было вернуть доверие Эндрю. Когда мы только развелись, Энни очень переживала по этому поводу и совершала множество безрассудных поступков, но сейчас она успокоилась и восстановила прежние теплые отношения с отцом. Уверена, что бывший муж все выведывает обо мне у нашей девочки. — Другими словами, Гранту наверняка уже было известно о Максе.
