Читаем без скачивания БЧ. Том 6 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

— Еще как, — понимающе киваю. Подставляю локоть. — Тогда пошли отсюда.

— Куда? — Мария округляет глаза.

— Найдем подсобку и там поучимся, — не скрываю я наглой ухмылки, окидывая недвусмысленным взглядом точеную фигуру Мария.

Блондинка сглатывает и кусает губу, но за локоть берется. Мы покидаем зал под удивленным и встревоженным взглядом ее брата.

Про подсобку я, конечно, пошутил. Находим средних размеров гостевую комнату и встаем в позицию между диванчиками. Музыка доносится сюда в достаточной громкости, чтобы отработать движения.

— Может, мазурку? — предлагает графиня.

— Опробуем вальс, — говорю и кладу руку Марии между лопаток. Не спрашивая девушку, начинаю вести. Делаю это уверенно, даже сам удивляюсь легкости, с которой это происходит. Кружу партнершу в танце, уверенно лавируя между креслами и журнальным столиком. Специально совершаю быстрый поворот, чтобы у графини голову вскружило, и она прижалась ко мне ближе. При этом смотрю только в ошеломленные глаза Марии. В которых вдруг вспыхивает обида.

— Ты тренировался с другой? — обличительно выдает.

— Какое несправедливое обвинение, — качаю головой.

— Тогда как? — она едва поспевает за мной, грудь тяжело вздымается. Приходится сбавить темп. Не хочу, чтобы такая прелестная барышня утомилась.

— Обучающие видео, — искренне смеюсь. — Посмотрел между уроками.

— Уроками? — не поняла графиня.

— Я же школьник, забыла?

Ее лицо вытягивается. Хе, похоже, действительно забыла.

Наконец Мария, качнув белыми волосами, выдыхает:

— Ты удивительный человек, князь Артем. Я таких никогда не встречала.

Моя рука соскальзывает ей на талию. Приподнимаю девушку и легко отрываю от пола. Сделав два оборота, опускаю ее и прижимаю к себе почти вплотную.

Музыка резко стихает. Отпускаю прелестную партнершу, целую руку, благодаря за танец.

— Насчет твоих слов… В первую очередь, я мужчина, графиня, — прищуриваю взгляд. — Поэтому будь осторожна с похвалами, могу и завестись. Тогда танцами не отделаешься.

Я отпускаю Марию и шагаю в коридор. За спиной слышу тихое-тихое:

— А может, я на это и надеюсь.

Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей.

Однажды в далекой-далекой галактике звезда смерти натолкнулась на Перуна… вот поэтому инопланетяне с нами до сих пор не разговаривают (Автор Виталий Бубненков)

Глава 18. Бальная дуэль

Едва возвращаюсь в банкетный зал, как меня ловит Аяно.

— Вот ты где! А я тебя везде ищу, Перун! Цесаревич хочет обсудить планы по британцам. Где пропадал? — японка подозрительно смотрит на следующую за мной Марию, с ярким румянцем на щеках и выбившимися из прически светлыми прядями.

— В туалете, — честно вру.

Дмитрий уже подскочил к сестре, что-то рассерженно ей выговаривая. В процессе монолога блондин бросает на меня колкие взгляды. Мария лишь отмахивается от графа и уходит прочь.

— Даже не хочу спрашивать, чем там занимался, — качает головой Аяно, тоже заметив сцену, устроенную блондинчиками. — И с кем.

Сама японка, как всегда, в черном мундире и начищенных до блеска хромовых сапогах. Объемная черная коса покачивается за спиной.

Оглядываю стройную фигуру девушки, представляя ее грудь в обтягивающем корсаже и затянутую шнуровками, до «осиной» толщины, талию.

— Ч-чего вылупился? — нервничает Аяно. — Цесаревич ждет.

— На следующий бал придешь в платье, — произношу не требующим возражения голосом.

— Зачем? — не понимает она.

— Будем танцевать, — подмигиваю.

Теперь щечки розовеют у командира «зорь». Она бросает взгляд на нарядных барышень в сторонке, словно представляя себя в таком же платье. Ее темные глаза даже загораются от нахлынувших чувств, выдавая потаенные девичьи мечты, но Аяно прикусывает нижнюю губу и сбрасывает наваждение.

— Хватит шутить.

— Я серьезно, — смахиваю пылинку с золотых пуговиц ее кафтана. — Надо развивать наши отношения во всех направлениях.

Я бы и сейчас затащил японку на паркет, пускай она и в мундире, но не хочу палиться перед Софией. Сегодня у меня для княгини заготовлен сюрприз. Танцульки с Марией нужны были лишь чтобы удостовериться, что всё получится, а также я хотел испробовать движения на живой девушке.

Аяно сглатывает слюну.

— Пойдем уже, — переводит тему, переминаясь с ноги на ногу.

Мы двигаемся между столами закусок к противоположному входу. По дороге замечаю Бестию и Ясну. Обе девушки щеголяют в платьях, расшитых узорами из серебряных нитей. Хотя бы эти солдатки сменили мундиры на женскую одежду. Аяно тоже это заметила, нахмурившись.

Бестия радостно машет мне, а вот за ее спиной, к Ясне, подкатил какой-то хмырь, из-за которого она стала сама не своя. Лицо побледнело, глаза расширились. Руку спецназовка прижала к груди, словно боясь, что сердце сейчас выскочит из ребер.

Я встаю на месте и разворачиваюсь. Мне совсем не понравились перемены в моем солдате.

— Перун? — оборачивается Аяно с непонимающим видом.

Поднимаю указательный палец, останавливая дальнейшие реплики японки, и прислушиваюсь.

— Что ты здесь делаешь? — выпаливает Ясна, растерянно отступая.

Да она в ужасе! Едва не присвистываю. Мне казалось, что рыжую спецназовку невозможно испугать. Она сжигала тучи демонов, не страшилась рот моджахедов, а тут какой-то Кмет с натяжкой.

— Как что? — удивляется хмырь. — Я — глава одного из значимых родов Дома Лобовых. А это вечер влиятельных аристократов, так почему мне здесь не быть. Странно, что забыла здесь ты, Алиса Салтыкова, дочь разоренного мелкопоместного рода. В Кремль на торжества нынче пускают бедняков?

До Бестии доходит, что я смотрю вовсе не на нее и, обернувшись, девушка замечает испуганную подругу. Разговора с хмырем она не слышала.

— Ясна, что с тобой?

— Это из-за тебя мы разорились! — выдыхает рыжая девушка, не обращая внимания на Бестию. — Ты обманул меня, ты довел отца до нервной болезни.

— Да-да-да, — фыркает хмырь. — Все мы любим обвинять других в своих неприятностях, — он нагло пожирает взглядом округлые формы Ясны. — А ты похорошела, Алиса! Твоя красота наконец-то созрела. Жалко, что этого не произошло раньше, когда я вынужден был довольствоваться щуплой голенастой девчонкой, — зло смеется. — Может, по старой дружбе, уединимся в кладовке? Все же мы с тобой не чужие люди друг для друга. Однажды даже чуть не поженились…

Бестия округляет глаза — она тоже поражена, как разговаривают с ее непобедимой подругой и командиром. Даже слов не находит, только распахнула алые губы.

— Ни за что!

Ясна скрещивает руки на груди, скрывая себя от глаз хмыря. Из глаз командира группы «Смерч» вот-вот побегут слезы. А это уже недопустимо.

Я подступаю к девушке, отпихнув плечом хмыря.

— Как дела, красавица?

Одновременно поддаю еще и ладонью в грудь. Силы толчка хватает, чтобы придурка перекинуло через стол с закусками. К несчастью, он зацепляет плечом шоколадный фонтан и валится вместе с ним на пол. Грохот разбитой посуды заставляет многих обернуться. Взвизгивают дамы, на чьи расшитые драгкамнями платья попали брызги шоколада.

Гладя через мое плечо на репризу, Ясна хлопает глазами. Слезки больше не блестят, уступив место удивлению, а потом и радости.

— Перун!

Я беру ее ручку и, склонив голову, целую розовые намозоленные пальчики.

— Сударыня, чудесный банкет, чудесный вечер и всё благодаря вашей чудесной красоте, баронесса, — громко, во всеуслышание заявляю, залихватски подмигнув спецназовке.

Было перед кем устраивать спектакль — крушение шоколадного фонтана привлекло много внимания. Пусть все видят, как я заявляю права на рыжую баронессу. Мое имя отпугнет грязных донжуанов. Как оказалось, даже самой сильной женщине может потребоваться крепкое мужское плечо.

Бывший жених Ясны, или кто он там, поднимается с пола. Лицо его измазано в шоколаде, одни оскаленные зубы сверкают белизной.