эти два остолопа попросту вышвырнули ее где-нибудь по дороге, чтобы не палиться? Они ведь собирались меня убить, если принять на веру подслушанный диалог. Была еще куда более неприятная возможность – сумочка осталась в этих самых «Осколках». При этой мысли я похолодела, ведь там были вещи, с которыми я ни за какие миллиарды не согласилась бы расстаться. И в первую очередь – мое удостоверение.
Я принялась шарить по салону в поисках сумочки, но безрезультатно. Перерыв бардачок, я обнаружила ключи зажигания, складной фонарик, сигареты и внушительную пачку презервативов. Ни одна из этих находок не имела ничего общего с тем, что я действительно жаждала отыскать. В отчаянии я вновь выбралась из внедорожника, прихватив фонарик. Я принялась бесцельно бродить вдоль зарослей кустарника, подсвечивая себе фонариком. Оказалось, эта идея была не столь уж бесперспективной – я заметила ремешок сумочки на кусте дикой смородины. В два прыжка я преодолела расстояние, отделявшее меня от вожделенной находки, и с победным криком ухватилась за ремешок. Вот она, моя сумочка, целая и невредимая, если не считать, что ремешок оторвался с одного уголка. Я лихорадочно проверила содержимое. Удостоверение, кошелек, телефон, косметичка – все на месте, похоже, бандюки даже не удосужились открыть сумочку, чтобы найти хоть что-то, что так или иначе идентифицирует мою личность. Значит, моя участь была определена с самого начала. Сумочку они зашвырнули далеко в кусты, а позже туда же должна была отправиться и я сама. И кто бы вздумал искать меня, вернее, то, что от меня осталось, именно здесь… Значит, все эти рассуждения о том, как следует со мной поступить, были не чем иным, как разговорами в пользу бедных. Никто не собирался оставлять меня в живых с самого начала.
Я вернулась в машину и, достав телефон, убедилась, что аккумулятор не успел разрядиться даже на половину, благо перед своими разъездами я зарядила его под завязку.
– Слушаю, – низкий усталый голос ответил после первого же гудка.
– Володечка, прости, что беспокою в рабочее время, но без тебя мне не обойтись, – затараторила я, чтобы не дать полковнику Кирьянову опомниться и вполне законно выйти из себя. Владимир Кирьянов, или Киря, как я изредка позволяла себе его называть, когда-то был моим коллегой, и наше сотрудничество переросло в крепкую дружбу, основанную в том числе и на профессиональных интересах. Хотя сейчас я и звонила наугад, мне очень повезло, что Кирьянов оказался на дежурстве, и мне не пришлось будить его посреди ночи, мирно спящим после нелегкого дня.
– То есть ты опять во что-то вляпалась, – бесстрастно констатировал Кирьянов. Подполковник всегда умел расставить точки над «i».
Я поскорее описала свое бедственное положение, особенно упирая на то, что чудом вырвалась из лап похитителей.
– Постой, а сейчас-то ты где?! – громогласно встревожился Кирьянов.
– Володечка, я сейчас скину тебе данные с навигатора, – пообещала я жалобным голосом, поскольку самая интересная часть моего повествования была еще впереди, и я могла лишь догадываться, как отреагирует на нее Кирьянов. Во внедорожнике находился действующий навигатор, и я, сравнив хронологию, убедилась, что прибор показывает настоящее положение внедорожника. Я поспешно переслала координаты Кирьянову.
– Так, а парни-то эти сейчас где? – озадаченно спросил подполковник.
– Здесь, – сообщила я.
– Да где здесь-то?! – вновь рассердился Володя. – Говори ты толком, с тобой-то все в порядке?!
– Они теперь в заброшке вместо меня, – сбивчиво пояснила я. – Володь, ты сможешь прислать своих ребят? Это бандиты из «Осколков страсти», они меня похитили и хотели убить.
– Вот …! – раздалось выразительное восклицание. – Тань, ты соображаешь, что делаешь?! У нас же этот притон уже несколько недель в разработке, за каким ты туда полезла?! Я сейчас же сам выезжаю!
– Нет-нет, это я сейчас подъеду на их внедорожнике, ты лучше вышли своих ребят, пока эта парочка не выбралась. Хотя я их крепко связала. И еще, Володь, они до колик боятся какого-то Шанхая и какая-то Карина там фигурирует…
– Понял, – коротко отозвался Кирьянов. – Если тебя интересует Шанхай, могу выслать тебе фото. Сроду не подумаешь, что такой субъект способен на кого-то нагнать страху. Ладно, сейчас отправляю бригаду, а тебе постараюсь выслать этого Шанхая.
– Так я еду, Володечка? – умильно уточнила я.
– Ну, если можешь нормально вести машину, поезжай, что с тобой сделаешь, – буркнул Кирьянов. – Только пообещай, малейшая проблема, сразу прижимаешься к обочине и звонишь мне. Сразу! Ты меня поняла?
Ох уж этот Киря со своей отеческой строгостью…
– Хорошо, Володечка, – послушно пообещала я и поскорее отключилась. Похитители любезно оставили ключи в машине, что дало мне возможность беспрепятственно покинуть это недружелюбное пристанище. Вскоре я вырулила на трассу и заметила указатель, сообщавший, что я покидаю Покровский район. Вот, значит, как. Бандиты вывезли меня в Покровск, так называемый город-спутник Тарасова, который отделяет от областного центра один из самых длинных мостов в Европе. Именно это техническое сооружение замаячило передо мной в тот самый момент, когда в мессенджер на моем смартфоне поступило сообщение. Я притормозила перед въездом на мост, поскольку была противницей просмотра информации и телефонных разговоров во время вождения вообще, а на объектах, требующих от водителя повышенного внимания, и подавно.
Открыв сообщение, я с непонимающим видом уставилась на уже знакомую фотографию. Зачем кому-то понадобилось присылать мне фото Эдуарда, делового партнера моей клиентки? Лишь через пару секунд до меня дошло, что фотографию мне прислал Киря, а чтобы я долго не ломала голову, сопроводил фото пояснением. Так, значит… Интеллигентный эстет Эдуард, не приемлющий в своем обиходе непрезентабельных вещиц, и есть тот самый Шанхай, которого до полуобморочного состояния боялись двое верзил, собиравшихся буднично прикопать меня в кустах рядом с заброшкой. И судя по всему, боялись Шанхая-Эдуарда не только они.
Пока я пыталась осмыслить очередное открытие, мимо меня с включенной сиреной и мигалками промчалась пара служебных машин, явно спешащих за теми самыми верзилами, о которых я с такой теплотой только что вспоминала. Что ж, теперь и мне надо поспешить на встречу с подполковником Кирьяновым. Ему, конечно, будет что мне рассказать, а мне – ему.
Менее чем через час я уже была на пороге кабинета подполковника Кирьянова.
– Кофе будешь? – спокойно поинтересовался Киря, будто я между делом зашла на дружеские посиделки, и, не дожидаясь ответа, пододвинул
