умею… кое-что… не надо думать, раз я европейка, то ем только чипсы и запиваю их колой. Мой конек салаты.
— О, салаты. Мой любимый салат, этот рецепт нашла Киана в интернете, делается быстро из сухариков, маринованной фасоли, соленых огурцов, лука и майонеза. Пальчики оближешь.
— Я такой не знаю. — Амели развела руками.
— Да тут и нет ничего для салатов. — Успокоил я ее. — Сейчас рис сварим, тушенку в него бахнем, вот тебе и праздничный обед.
— С ромом любая еда пойдет отлично. — Михаил не понял, но догадался, о чем мы говорим. — Так, кто первый в баню? Амели?
— Что? — Она не поняла вопроса.
— Баня готова, интересуемся, кто пойдет первым? — Перевел я ей. — Михаил предложил вам.
— Мне. Ну, ладно, какая разница, когда идти. Вы мне не покажете, Гордей, как ею пользоваться?
— Да, что там… ладно, покажу. — Согласился я.
Трой прикрыл рот ладонью, чтобы не показать свое отношение к моему согласию. Только я все понял, он решил, что я дал слабину, поддавшись очаровательной француженке. Видом не дал повода Амели заподозрить мужланскую реакцию нашей компании на ее просьбу.
Мы вышли на улицу. Все так же медленно падал снежок, будто облака из которых он вылетал, находились прямо над нашими головами. В этом уединенном месте ощущалась сказочная нереальность, словно мира вокруг нет, а есть только домик, двор и баня, и это вся вселенная. С такими мыслями можно было нечаянно забыть про Айрис. Амели улыбнулась мне шикарной улыбкой, будто услышала мои мысли.
— Здесь красиво. — Заметила она. — Я думала, что красивее Франции больше нигде не бывает.
— Поверьте, бывает. Вот я был со своей семьей на одной планете… — Я осекся, вспомнив, что она еще не в курсе моих космических дел и рассмеялся.
Она решила, что это такая шутка и тоже посмеялась вместе со мной. Мы вошли в предбанник. Тут было холодно раздеваться. Я скинул только куртку и разулся. Амели сделала то же самое. Мы вошли в помещение непосредственно в баню. Жар у потолка стоял такой, что пришлось пригнуться.
— Ого, здесь можно заживо свариться. — Испугалась француженка.
— Согласен. Мойтесь на скамье, чем ниже, тем прохладнее.
Я показал ей откуда набирать горячую воду, откуда брать холодную.
— А как же душ? — Удивилась она.
— Зимой он не работает. Воду надо набирать в чашку и мыться из нее, как в старые добрые времена. Окунете в воду голову, намылите, потом ополоснете. Так же и с другими частями тела. Понятно? — У меня на лице выступил пот.
— Да, вроде понятно.
— Ладно, я пошел. — Я направился к выходу.
— Постойте, Гордей. — Окрикнула она меня.
Я обернулся. Лицо Амели было красным, будто она уже перепарилась. Она смотрела на меня, решаясь что-то сказать. Вместо этого она начала развеваться.
— Я пошел. — Мне стало неловко.
— Гордей, останьтесь, я хочу снять карму.
— Вы о чем?
— Я видела вас голым и, наверное, в тех условиях это было очень унизительным для вас. — Она продолжила снимать с себя одежду.
— Было, но подобные службы специально делают так, чтобы унизить заключенного.
— Мне сейчас невероятно стыдно, что я была одним из винтиков этой системы. Вы хороший человек и не заслужили такого отношения. Я верю в карму и не могу жить, зная, что меня ждет наказание за совершенную глупость. Мне нужно оказаться на вашем месте, чтобы компенсировать свой грех.
— Ясно, грех на грех, дает благое дело. — Я улыбнулся.
Амели стояла совершенно нагой. У нее была прекрасная фигура. Видно, что на службе им не давали зарастать жирком. Красивая грудь, ухоженный лобок. Даже неясно кому она собиралась его демонстрировать при такой независимой жизненной позиции. Она смущенно прикрыла его руками, заметив мое внимание.
— Прости, загляделся. — Я тоже смутился. — Ну, что, карма восстановилась?
— Я не знаю, не чувствовала себя униженной. Ты смотрел на меня, как мужчина.
— Как умею, так и смотрю. — Мне было уже невыносимо жарко и не только от высокой температуры воздуха.
То, что она перешла на ты, добавило интима в ситуацию.
— Раздевайся, поможешь потереть мне спину. — Предложила она.
— Пожалуй, одной спиной мы не обойдемся. При всем моем уважении, Амели, к твоему предложению и выражению симпатии, на твоей карме это отразится не лучшим образом, да и на моей физиономии тоже. Я женат.
Она посмотрела на меня горящими от бурлящих гормонов глазами. Я почувствовал, как ее сексуальная энергия пытается подчинить меня. Еще немного и я мог потерять над собой контроль.
— Ладно, иди, ты сумел избавить меня от кармы.
— Унизил?
— Отверг.
— Что? Мы с тобой знакомы одно мгновение. Мы же не собаки на собачьей свадьбе, совать свои причиндалы через три секунды знакомства. Прости, я пошел. И не забывай, что за тобой очередь.
Я вышел на свежий воздух. В душе смешались чувства. И злоба на распущенность француженки и легкое разочарование, от того, что можно было бы соблазниться ее прекрасными формами. Нет, нельзя было соблазняться. Между мной и Айрис тогда бы обязательно возникла фальшь. Я набрал в ладони снег и уткнулся в него лицом. Он сразу потек под разгоряченной кожей.
— Ну, как? — Ехидно спросил Трой, когда я вошел в гостиную.
— Хреном об косяк. — Буркнул я и взял в руки ковш с холодной водой. Сделал три больших глотка. Угорел, пока был в бане. — Был неловкий момент, но мы его преодолели.
— Она не теряет времени даром. — Заметил Михаил.
— У нее свои загоны. Она эзотерик, верит в карму и прочие глупости. — Я не стал рассказывать друзьям обо всех обстоятельствах нашей неловкой ситуации. — Ставьте чайник, а то мадемуазель придет запарившаяся.
Трой поставил на миниатюрную газовую горелку чайник. Высыпал в стеклянный заварник различные травяные смеси, которые удовлетворили его благородный нюх. Минут через десять пришла раскрасневшаяся Амели. Она не смогла натянуть одежду на мокрое тело и потому просто накинула поверх куртку, которая нечаянно распахнулась, пока она разувалась.
— Ой, простите. — Она засмеялась, пытаясь прикрыться, и бросила на меня мимолетный взгляд. Хотела
