— Только первый день, а я уже хочу опять лето, — картинно хнычет.
Моя соседка оказалась довольно приятной и милой девушкой. Камилла учится на втором курсе, поэтому с охотой рассказала мне к кому из преподавателей какой нужен подход. Провела экскурсию по университету и познакомила со своими друзьями.
— До него осталось всего лишь девять месяцев, — с улыбкой опускаюсь на свою кровать.
— Не трави душу. У тебя какие планы на вечер? С синнабончиком своим или свободна? — поворачивает в мою сторону голову, отодвигая локоть.
— С Максом и его друзьями. А что?
— Думала тебя на пати взять к своим, а тебя уже застолбили.
Развожу руками. Что есть, то есть.
Ближе к вечеру начинаю собираться.
До сих пор привыкаю к тому, что мне больше не нужно нащупывать руками одежду, отыскивать аксессуары, передвигаться на ощупь. Здесь, в общежитии без возможности видеть было бы намного сложнее. В коридорах все носятся, как угорелые, по ступеням вниз слетают, иногда не глядя перед собой. О том, что творится на кухне и в душе я вообще молчу.
Макс настаивает на том, чтобы я перебралась обратно к нему, но как я сделаю это незаметно от вездесущей Веры Степановны? Под её зорким глазом здесь находятся все студенты. И не дай Бог опоздать хотя бы на минуту, после десяти вечера она никого не пускает, еще и докладывает родителям.
Дементоры в сравнении с ней, милейшие существа.
Облачившись в джинсовые шорты до середины бедра и майку, с тоской кошусь на Камиллу. Она красится у зеркала, аккуратно выводя стрелки.
Мне тоже хочется.
Я так давно не пользовалась косметикой, что, наверное, уже разучилась. Хотя мне идёт. Подчеркнуть бы сейчас глаза тенями и подводкой, выделить слегка губы.
Максу бы понравилось.
Вздохнув, забираю сумку, прощаюсь с Камилой и спускаюсь вниз.
Макса замечаю, едва выхожу на улицу. Он стоит, присев бедрами на капот, и курит сигарету.
У меня под ложечкой сладко тянет при виде него.
Не знаю, как ему удалось сделать так, чтобы я верила ему вот так, безоговорочно. И хоть, все же на несколько секунд усомнилась тогда, когда увидела Иру в его спальне, но так и не смогла уйти.
Уже перед выходом меня что — то остановило. Потому что не мог Макс так поступить. Просто не мог. После его заботы и нежности ко мне, после нашей близости так просто отодвинуть нас на второй план…
А когда я услышала его удивленную реакцию на появление Иры, испытала… нет, даже не облегчение, а нечто гораздо более глубокое. Я словно утвердилась в своей вере в него. В своих и его чувствах.
Как там Макс сказал в день нашего знакомства? Что он может быть очень захватывающим солнышком? Так вот теперь я в этом убедилась. Эмоционально я с ним взлетаю очень высоко, и дух захватывает, и страшно, но останавливаться нет никакого желания.
— Привет, — подхожу к нему, и Макс тут же отрывает взгляд от мобильного.
Откинув сигарету, чувственно улыбается. Жадно осматривает меня с ног до головы.
— Привет, стесняшка. Какие у тебя шортики, — подтягивает меня к себе за шлёвки, ладонями сжимает ягодицы, — м-м-м.
Вспыхиваю и шлёпаю его по рукам.
— Макс!
Судорожно оборачиваюсь, опасаясь, что нас мог кто-то увидеть, но на крыльце пусто.
— Ты забыл, что бдительная Вера Степановна не спит?
Его ладони переползают на спину.
— Вообще никогда?
— Мне кажется, да. Она как вампир.
Хрипло рассмеявшись, впечатывается в мои губы своими.
— Значит нужно ей найти подходящий кол.
Прыснув от смеха, быстро ныряю в машину.
Нужно попросить его парковаться где — то подальше. Не хватало еще, чтобы она нас увидела и доложила маме.
Когда мы приезжаем в ночной клуб, компания Максима уже находится там. Заняв пару сдвинутых столиков, ребята оживленно болтают и смеются.
Дана я узнаю на расстоянии. Еще когда мы только протискиваемся к ним через танцпол. И хоть я никогда не видела друга Макса, я уже подсознательно понимаю, что впечатляющий русоволосый парень, руки и плечи которого покрыты татушками именно он.
У него уверенный и борзый взгляд, развязная улыбка, волосы в легком беспорядке. Выглядит впечатляюще. Если бы я не знала, что он друг Макса, то подумала бы, что брат. Есть в них общая чертовщинка и схожесть.
— Приве-е-ет, — заметив нас, он встаёт.
Сначала жмёт руку Максу, а потом широко улыбается мне и разводит руки в стороны для объятия.
— Ну привет, Лиз. Познакомимся еще раз.
Улыбнувшись, киваю.
— А ты ничего, Данчик, — называю его в манере, присущей девушкам в их компании.
Дан смеётся.
— Это ты меня еще не со всех ракурсов видела.
— Дан, — рявкает за моей спиной Макс, — если не хочешь, чтобы я подпортил тебе один из ракурсов, сядь.
— Ну давай, — кидает с вызовом Дан, — посмотрим кто кого.
Макс шутливо толкает его в плечо, а Дан перехватывает его руку и заламывает.
— Бля.
Я отскакиваю, а эти дураки в шутку дерутся, как делают, собственно, всегда. Когда Дан к нам заходил, я не раз была свидетелем их перепалок. Иногда они кидались друг в друга едой и подушками, иногда даже валились на пол, делая вид, что дерутся. Я сначала пугалась, а потом привыкла.
Поэтому сейчас молча ныряю за стол, кивая присутствующим. Кто — то поздравляет меня с тем, что я могу видеть, а Кирилл, как я догадываюсь спустя пару секунд, подталкивает мне коктейль.
— Он безалкогольный, — перекрикивает музыку, — заказали для тебя.
— Спасибо.
Макс с Даном тоже садятся. Максим тут же оплетает мою талию руками. Отобрав мой бокал, втягивает его содержимое в рот, а потом одобрительно кивает.
— Вкусный. Пей.
— Народ, вы кстати слышали новости? — оперевшись на локти, тянется к нам еще один парень.
По — моему, его зовут Стас. Плохо могу различить по голосу. Еще и сквозь музыку.
— Какие?
— У Бакеева предки изъяли тачку, всю наличку вместе с картами и под домашний арест посадили.
Машинально напрягаюсь.
Сначала мне кажется, что я ослышалась.
— У Серого? — уточняет кто-то за столом.
— Ага. Прикиньте. Егор сегодня в универе рассказал. Они там в ахуе все.
Поверить не могу в услышанное. Мы ведь только виделись пару дней назад. Всё у него было в порядке. С чего его всегда лояльным родителям наказывать его?
35. Макс
— А чё так? — спрашивает Кир.
— Короче, пацаны говорят, что его родаки как-то узнали о том, что он просадил дохуя бабла в покере. Ну, помните он играл в игрухи?
— Ага.
— Оказывается, Серый еще в покерный клуб захаживал. Так вот пару недель назад он там нехило слил бабла. Включая бабки на его счету, которые ему откладывали для обучения заграницей. Он там собирался вроде как куда-то потом ехать второе образование получать. Ну, короче там пиздец.
Переглядываемся с Даном и подняв стопки с вискарём, чокаемся ими.
Под пристальным взглядом Лизы опрокидываю в себя алкоголь. Поморщившись, закидываю в рот дольку лимона и только после этого поворачиваю в её сторону голову.
Сосредоточенно смотрит на меня, уже явно догадываясь кто виной плачевного состояния Бакеева.
И да, это я. Скрывать не стану. Ибо нехуй распускать руки и устраивать донос мамаше Лизы. Крыс я не прощаю.
В ожидании склоняю голову на бок. Не знаю, что там происходит в её голове, но не хочу, чтобы она начала меня лечить. В моей жизни есть кому это делать, и мне хочется, чтобы Лиза было той единственной, кто всегда на моей стороне. Не важно, что и каким способом я бы сделал.
Поэтому её реакция мне важна.
Даже дышать перестаю в какой-то миг, пока она не протягивает руку и не сплетает наши пальцы. Крепко сжимает их, а потом склоняется и шепчет:
— Так вот почему он был так рад наследству.
Усмехаюсь. Да, похоже, Серый увидел в деньгах, что так легко перекочевали его семье возможность отыграться. Или как минимум, прикрыть пустой счёт, который я накопал на днях.
