София не сделала ни одного жеста во время оглашения завещания. Энцо знал, что она ежемесячно получает внушительную сумму от своего бывшего мужа на содержание. Для нее отцовское наследство — просто лишние деньги. Поэтому он не очень удивился, когда, пробормотав что-то о неотложных делах в Милане, она, первая из всей семьи, покинула контору.
Немного погодя Анна, извинившись, перешла в соседнюю комнату отдохнуть.
Явно сконфуженная неудовольствием Эмилии, но не желая изменить свою позицию, Кристина вступила с бабушкой в тихий, задушевный разговор. Витторио стоял возле жены, смущенно сжимая и разжимая пальцы. Бросив на Лауру извиняющийся взгляд, Энцо присоединился к ним — для самозащиты.
Ощутив себя совершенно чужой среди Росси и все еще негодуя на голословное обвинение Кристины, Лаура вышла в коридор, чтобы там подождать остальных. Она не могла не вздрогнуть, когда следом за ней вышел Стефано.
Намереваясь сначала с кивком прошмыгнуть мимо, он вдруг замешкался.
— Тебе, конечно, не по нраву мой план: вместе с Энцо руководить компанией, — сказал он. — Но выслушай меня, Лаура. Я люблю тебя. И не желаю видеть, как тебе сделают больно. Однако именно это произойдет, если Эмилия добьется своего…
Оборвав фразу, он вынудил Лауру вступить в разговор.
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — недоуменно произнесла она.
— Ага, я так и предполагал. — Подавшись к ней ближе, хотя, кроме них, в коридоре не было никого, Стефано взглянул на нее с сочувствием. — Моя бабка, женщина весьма властная, заставляет Энцо жениться на тебе… чтобы твой сын навсегда остался в Италии, — добавил он и, сделав паузу, закончил: — Недавно мне удалось подслушать, как они сговаривались. Теперь, когда завещание оглашено и мои планы известны, у Энцо появятся и свои причины ублажать старуху. По моему мнению, ты заслуживаешь большего — человека, который любил бы тебя ради тебя самой.
* * *
Разговор, вяло текущий в обтянутой желтым шелком обеденной зале палаццо Росси, где Энцо, Лаура, Эмилия и Анна устроились за ленчем, был несколько натянутым. Хотя намерения Кристины и Стефано оспорить завещание не выходили у всех из головы, на эту тему не было сказано ни слова, ибо этого не хотела Эмилия. Своим нежеланием обсуждать завещание она дала понять, что не потерпит, если остальные не последуют ее примеру.
Почти не притрагиваясь к еде, Лаура думала о том, что сказал Стефано. «Конечно, он солгал, когда говорил, что Эмилия заставляет Энцо жениться на мне, чтобы оставить Паоло в Италии, — рассуждала она. — Аристократка, честь семьи для нее превыше всего. Невозможно поверить, что она на такое способна». Лаура размышляла над этим и позже, когда седан Эмилии глотал мили пути, преодолевая холмы, пересекая леса, минуя притоки реки По, которые отделяли Турин от их загородной резиденции.
Джемма уже уложила Паоло отдыхать к тому времени, когда они приехали. Объявив, что они тоже нуждаются в отдыхе, Эмилия и Анна удалились в свои комнаты. Сбитая с толку всем, что случилось за день, и обеспокоенная, что ее пребывание в Италии подходит к концу, Лаура собиралась последовать их примеру. За неимением лучшего она хотела заняться подготовкой к обратному путешествию в Америку. Бурный поток романтических размышлений по поводу утренних замечаний Энцо превратился в узкий ручеек обманутых ожиданий и неопределенных надежд.
Энцо, проверявший в своем кабинете поступившие за время его отсутствия телефонные сообщения, вскоре вынырнул оттуда и перехватил ее на лестничной площадке.
— Пойдем… пройдемся по парку, — предложил он, завладев рукой Лауры. — Мы ведь собирались поговорить, помнишь?
Дрожь радостного ожидания пронзила Лауру, несмотря на всю ее настороженность. «Вот он, — прошептал внутренний голос. — Миг истины. Твоя жизнь достигла водораздела».
«Стефано не прав, — убеждала она себя, пока Энцо вел ее вниз по лестнице. — Он не станет просить меня выйти за него замуж только потому. что этого желает Эмилия. Он не станет использовать меня как пешку, чтобы ублажить бабку или чтобы сохранить контроль над заводами Росси».
Однако, когда они вышли наружу и направились мимо фонтана по усыпанной гравием дорожке к подъему, с которого открывался вид на холмы, покрытые виноградниками, ее не покидало смутное ощущение, что она движется по краю пропасти. С того памятного раза, когда его прощальное рукопожатие пронзило ее душу глубже, чем поцелуй, она поняла, что связавшие их узы нерасторжимы.
«Он моя судьба, — думала она, ощущая пожатие его пальцев. — Но это не к добру». Помимо предостережений Стефано, она и сама чувствовала, что нарастающая близость только увеличивает неведомую ей опасность. Однако спастись, убежать от него в Чикаго означало для Лауры поступить вопреки своему сердцу.
Задержавшись у ограды смотровой площадки, устроенной наверху, Энцо оглянулся и пристально посмотрел в сторону дома. Когда они приехали, он заметил автомобиль Стефано возле конюшни, значит, его брат где-то в доме.
В окнах не было заметно никакого движения, но Энцо был твердо убежден, что Стефано наблюдает за ними. «Валяй! — подумал он сердито. — Если Лаура чувствует то же самое, что и я, твоя ревность бессильна».
Его взгляд смягчился, упав на приподнятое лицо Лауры. «Я думал, что обречен на вечный труд и одиночество, — признался он себе, обнимая Лауру за талию, — пока не появилась она. Я начал грезить о несбыточном, и несбыточное вот-вот сбудется. Нас неотвратимо тянет друг к другу, и ничто на свете не сможет нас разлучить».
— Тогда, у меня на квартире, когда мы разговаривали после танцев, я хотел рассказать тебе о своих чувствах, — признался он, целуя кончик ее носа. — Но так и не решился. Я думал, что не имею на тебя права с этими своими ночными кошмарами и ужасным, как утверждает Стефано, нравом. Но ты мне открыла глаза на некоторые вещи, и я взглянул на себя по-другому…
«Чем вызваны его слова?.. Что это, желание угодить Эмилии? — размышляла Лаура. — Или страх перед Стефано, собравшимся нарушить его монополию на единоличное руководство заводами Росси?» Ей хотелось верить Энцо, но она понимала, что он пойдет на все, чтобы не дать ненавистному брату одержать верх.
Внезапно, хотя на этот раз и без головокружения, она почувствовала, как к ней подбирается прошлое. Слова, произнесенные загадочным незнакомцем, когда она рвала цветы в саду, зазвенели в ее ушах: «Выходи за меня замуж, Рафаэлла!»
Раздавались ли они в далеком прошлом или прозвучали сейчас, совсем рядом, проникнув в ее настоящее из шестнадцатого века?
— Энцо, я не думаю… — начала она встревожено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
