— Шарлотта, сделай мне одолжение, — шепчу я ей на ухо, она кивает. — Скажи ба, что я хочу кое-что показать ей на пальцах, но не смею сделать этого, потому что она явно треснет меня по голове чем-нибудь.
Шарлотта смеется и показывает ей.
Бабушка мгновение задумчиво смотрит на меня, затем ее руки взлетают, изображая разные знаки, которые спрашивают:
— Не этот ли знак, Митч? — она легонько хлопает меня ладонью по коленке и показывает мне язык. Тьфу! Я люблю мою бабулю! И мне нравится, что эти двое поладили.
— Могу я остаться с тобой сегодня на ночь? — спрашиваю я.
— Нет, — быстро отвечает Шарлотта. Даже я бы сказал слишком быстро.
— Неправильный ответ! — я даже не пытаюсь как-то сгладить свой гнев.
— Возможно, тебе следует все-таки придерживаться своего плана полета, — тут же парирует она.
— Хорошо, Шарлотта. А то я уже стал переживать, что мы обойдемся без спора сегодня. Третий раз и сейчас всего лишь два тридцать, и только мы действительно знаем, как нам задать наш собственный темп по спорам, детка! — шутливо подтруниваю я.
Бабуля начинает размахивать руками перед нами, говоря, чтобы мы перестали так себя вести. Шарлотта наклоняется вперед и берет крекер, и сердито кладет его в рот.
— Если вы двое не прекратите, я положу тебя на свои колени и отшлепаю! — руки бабушки с такой скоростью летают, словно пулеметная очередь.
— Очевидно порка в этой семье самое модное увлечение, — говорит Шарлотта, делая большой глоток из бокала.
— Ну, у бабули и меня действительно есть много общих интересов, — отвечаю я задумчиво и очень серьезно. Шарлотта подается вперед, прикрывая рот рукой, боясь, как бы не выплеснуть со смеху всю жидкость, и начинает давиться смехом. — Прости ... ты в порядке? — тихо хихикаю я, гладя ее по спине. Она кивает.
— Ба, — говорю я, оглядываясь на нее, — нам нужно выходить через несколько минут, чтобы забрать мальчиков Шарлотты.
— К сожалению, да, ба, — добавляет Шарлотта.
— Я рада, что вы двое заскочили. Послушайте меня, — она смотрит на нас очень серьезно. — Будьте терпеливы друг с другом. Вы оба испытали боль, и проще всего воздвигать новые стены, чем признать то, что вы чувствуете друг к другу. Не забывайте всю боль, которую вы пережили, но именно она помогла вам пройти весь этот путь, чтобы обрести друг друга. Поверьте, в свои чувства, они плохого не посоветуют.
— Тебе следует писать колонку в газете моего друга. «Уважаемая ба», — поддразнивает ее Шарлотта, видно, что бабушка заставляет ее нервничать.
— Ладно, бабуля, хватит пугать ее.
— Ох, а тебе придется коротать дни в одиночестве, если ты продолжишь вести себя, как раздражительный засранец! — показывает она знаками.
— Ох, черт побери! — смеется Шарлотта.
— Смешно, да? — щекочу я ее.
— Чуть-чуть, — она морщится и хватает меня за руку.
— Ладно, — говорю я, — согласен, я действительно показал тебе слишком много той стороны себя.
— Да ... неужто? — она расширяет глаза.
— Все хватит, — я наклоняюсь для поцелуя, ее губы мягкие, сладкие, но поцелуй слишком мимолетный, но ей он понравился, я заметил это. — Я останусь с тобой сегодня вечером, детка. — Я уже не спрашиваю, я просто излагаю факт, и она слегка кивает.
Мы собираем Бруки, говорим общее «до свидания» и уходим.
Девять часов вечера, я шлепаюсь на кровать Шарлотты и вытягиваю ноги, устраиваясь поудобнее. Она делает сейчас все необходимые вещи, перед тем, как поднимется в спальню: проверяет детей, гладит одежду, готовит ланчи, и окидывает последним беглым взглядом кухню, все ли в порядке. За это время я хочу изучить ее спальню. Я даже не могу себе представить, чтобы у нее была другая спальня. Она в мягких теплых фиолетового зеленоватых тонах с примесью слоновой кости. Все здесь кричит о Шарлотте. Она даже пахнет, и выглядит, как Шарлотта, мне это нравится. У меня сложилось четкое мнение, что запах Шарлотты — мой самый любимый запах, такой мягкий и чистый, сочетающий в себе лосьон, который она использует, и кондиционер для белья.
Я оглядываюсь по сторонам, рассматривая различные фотографии в рамках. Среди них нет ни одной с Джошем, это хорошо! Собственно, почему он должен здесь быть? Сиси сказала, что Шарлотта полностью переделала всю спальню, когда он уехал, чтобы стереть все воспоминания о нем. На самом деле, она рассказала мне кучу дерьма за те несколько минут, когда Шарлотта пошла проверить ребенка. Господи, в один момент, у меня перед глазами возник парень из спичечного коробка в коммерческой рекламе, который разговаривал с такой бешенной скоростью, просто фанатик какой-то! Я попытался вспомнить, может это ролики были из 80-х или 90-х годов. С СиСи, наверное, произойдет тоже самое, потому что люди отгораживаются от нее. Пока мы разговаривали всего лишь пару минут, она не однократно стукала меня по руке, чтобы привлечь к себе мое внимание.
Зная, что это не кровать Джоша «дааааа», у меня такое странное чувство комфорта от кровати Шарлотты, но я не уверен, хочу ли полностью принимать этот комфорт. Я выбиваю пальцами дробь по колену, и продолжаю ждать (или умирать от скуки), поворачиваю голову и вижу на прикроватной тумбочке книгу, тут же звонит ее телефон и загорается экран, возвещая о пришедшей смски. Я борюсь с желанием буквально секунду, но решаю, что это знак свыше. Хватаю ее телефон, мне хочется посмотреть от кого же пришла смска. Обычно я такого никогда не делаю, но мне скучно, и я должен занять себя хоть чем-то, пока дожидаюсь ее.
— Мэделин Сент-Клер, — говорю я вслух.
Мэдди: Срань Господня! Этот, матушка, дурацкий день никогда не закончится!
Он опять был здесь!
Он со своими длинными до плеч, светлыми волосами и точеным лицом!
Он со своим телом, как у Бога!
И он сделал это снова!
Господи он снова это сделал!
Хм, Господи! У нее похоже также плохо, как у Шарлотты! Да, что происходит с этими женщинами, что они пишут такие эпические, драматические смски?
Я: Что? Что он сделал?
Мэдди: То же, что он делал 3 недели подряд!
Ух!
Я: Что?
Мэдди: Что ты имеешь в виду, спрашивая что?
Он пристально на меня смотрел, когда я вышла к своему следующему клиенту, вот что!
Да? Клиенту? Что же она делает? Я решаю подождать, может она сообщит какие-нибудь подробности.
Я чувствовала себя голой.
