— К сожалению, мисс Свон, это один из тех случаев, когда я не могу взмахнуть волшебной палочкой, — покачал головой Голд.
— Но она сказала нам обратиться к Вам. Она сказала, что Вы будете в состоянии помочь ей восстановиться, — указала Эмма.
— Это правда, что процесс заживления может быть несколько… ускоренным. И именно это, я и сделал, — сказал им Голд. — Но даже мои силы ограничены в этом мире, и я понятия не имею, насколько это было эффективно.
— Я же Спаситель, могу ли я помочь? — в отчаянии поинтересовалась Эмма.
— Ваша магия непослушна. С ней трудно справиться, поэтому я искренне сомневаюсь, что Вы в состоянии помочь, — вздохнув, ответил Голд.
— А что, если поцелуй истинной любви? — с надеждой спросил Генри.
Голд грустно улыбнулся пареньку.
— Это бы помогло, Генри, если бы она была под проклятием. А это не так. Реджина просто очень-очень устала. Но я уверен, что она бы оценила твой поцелуй. Реджина просто спит, так что есть шанс того, что она услышит тебя.
Глава 36
Эмма наблюдала за спящей Реджиной в течении десяти минут, прежде чем Руби, на пару с доктором Вэйлом, нашли её и настояли на возращении в палату. Она оставила Генри с Руби в палате Реджины, пока доктор проводил обследование Эммы.
После того, как Эмма объяснила доктору, что же произошло в ту роковую ночь, и как Реджина исцелила ее, Вэйл решил, что проблемы с ногой из-за зажатого нерва. Он прописал ей обезболивающее и предоставил костыль для передвижения. Также назначил курс физиотерапии для полного восстановления подвижности ноги. Вейл неохотно признал, что Эмма может выписаться, хотя, по его мнению, ей было бы лучше остаться в больнице.
Прихрамывая, Эмма вернулась в палату Реджины, где ее, помимо Руби с Генри, также ожидали Мэри-Маргарет и Дэвид. Она почувствовала себя раздраженной, ведь блондинка хотела остаться наедине с Реджиной. Эмма хотела поговорить с ней, поблагодарить, а затем накричать, за ее чертово упрямство.
Мэри-Маргарет поставила детское кресло с Грейс на тумбочку возле кровати Реджины, чтобы брюнетка могла слышать свою дочь, а Грейс видела её. Несмотря на то, что девочка была ещё совсем малюткой, она могла распознать Реджину с такого расстояния. В это время, Дэвид рассказывал о том, как они внезапно появились возле леса, и как он с Шоном подбежали, чтобы помочь им. Эмма что-то смутно припоминала из этого, но ничего конкретного.
Вскоре, Эмма начала ерзать в больничном халате, и Дэвид предложил ей поехать домой, чтобы принять душ и переодеться. После чего Эмма сообразила, что ещё не мылась после происшествия. Эмма не хотела оставлять Реджину, но так же, она не хотела, чтобы Реджина увидела ее в таком состоянии, поэтому неохотно согласилась.
Она ковыляла к грузовику Дэвида, чувствуя на себе его взгляд и понимая, что тот улыбается широкой улыбкой, которая, казалось, не сходила с его лица.
— Что? — спросила Эмма, усмехаясь.
— Я просто успокоился, — признался он. — Ты всех нас напугала не на шутку.
— Я знаю. Если бы я не находилась без сознания, то наверное тоже испугалась, — призналась она, в то время как Дэвид открыл пассажирскую дверь и протянул руку для помощи.
Как только Дэвид сел в грузовик, он начал задавать вопросы. Эмма рассказала, что произошло, в ярких красках описывая подростка, погоню и падение. Она взяла с Дэвида обещание не предпринимать никаких мер. Эмме необходимо было подумать, что она собирается делать с парнем, самостоятельно, и ей не хотелось, чтобы Дэвид торопил её.
Добившись от него согласия на её просьбу, она рассказала ему о Реджине. Дэвид же заполнил остальные пробелы, рассказав о поисковом заклинании, и о том, как они нашли ее. Ни один из них не высказал этого вслух, но они были удивлены и благодарны действиям Реджины. Это настолько не походило на её характер, что они действительно не понимали её мотивов. И будучи не в силах найти объяснения, они решили это не обсуждать, а просто принять.
Дэвид помог подняться Эмме по лестнице и сказал, что будет ждать ее в гостиной, пока она переоденется и примет душ, а затем отвезет обратно в больницу. Дэвид нерешительно мялся возле ванны, в случае если Эмме понадобиться помощь, но услышав звук льющиеся воды, вернулся в гостиную.
Он немного прибрался, а затем взялся за мытье посуды. Быстро вымыв и высушив, Дэвид убрал её на место. Он увидел, что на кухне не горит свет. Найдя запасную лампочку, Дэвид встал на стол и, выкрутив старую, поменял её на новую. Оглядевшись, он заметил, что ручка на двери расшаталась, поэтому потуже закрутил её, а затем забил торчащий из деревянного пола гвоздь.
Вернувшись из душа, Эмма застала его у перевёрнутого журнального столика, рядом с которым были разбросаны инструменты.
— Что ты делаешь? — улыбаясь, поинтересовалась блондинка.
— Я тут немного поработал, — ответил он. — Этот столик шатался, но я думаю, что смог починить его.
Дэвид обратно перевернул журнальный стол, проверив, не шатается ли он, а затем, удовлетворенно улыбаясь, поднялся с колен.
— Ты поменял лампочку? — поинтересовалась Эмма, смотря на яркий свет на кухне.
— Да, — ответил Дэвид, собирая инструменты.
Эмма счастливо улыбалась, наблюдая за тем, как Дэвид аккуратно сложил инструменты туда, где он их нашел. На мгновенье, Эмма почувствовала, что холод, сковывающий её грудь последние несколько дней, отступил.
— Спасибо, Дэвид, — прошептала Эмма.
— Готова вернуться? — спросил Дэвид. Эмма кивнула, а затем, прихрамывая и опираясь на костыль, проследовала к двери.
— Ты знаешь, — сказала она, останавливаясь у выхода, — он очень быстро износится, — пробормотала Эмма, указывая на костыль.
Внезапно, она оказалась в теплых отцовских объятиях.
— Эй, всё нормально, — прошептала Эмма Дэвиду.
— Я знаю, — ответил он, со слезами на глазах. — Но ещё чуть-чуть, и этого "нормально" не было бы.
— Я буду в порядке, — заверила она Дэвида. — Единственный человек, о котором нам стоит побеспокоиться, так это Реджина.
Он рассмеялся, и прежде чем Эмма отступила, готовясь защищать Реджину, Дэвид произнес:
— Реджина — самый сильный, целеустремленный, полный решительности человек, которого я когда-либо знал. Я видел, как она выбиралась из ситуаций и похуже с улыбкой на губах и присущим ей сарказмом. Она будет в полном порядке в кратчайшие сроки, попомни мои слова.
