— Конан, я спотыкаюсь, как новобранец на первых учениях, — простонал Култар, — он скоро нас догонит.
— Быстрее, — бросил киммериец, переходя на бег, — побежали, я думаю, скоро выйдем к освещенным пещерам!
Култар побежал, стараясь не запинаться. Он представил, что бежит по ровной поверхности — где-нибудь в степи — а глаза просто закрыл ради интереса. Над головой солнце, а не давящие своды, над которыми к тому же возвышается гора, легкий ветерок овевает разгоряченное лицо, степь дышит утренней прохладой…
— Стой, — крикнул Конан, — оно рядом! Будем драться!
Он ударил кремнем по кресалу, и сноп искр заплясал в темноте. Скоро тряпка, немилосердно чадя, разгорелась, и Култар увидел друга с мечом в одной руке и факелом в другой.
— Приготовься, оно сейчас покажется из темноты! — Конан передал факел Култару и взял меч обеими руками.
Южанин также встал в стойку, нацелив острие клинка на темноту из которой вот-вот должно появиться нечто ужасное. Если проклятый гном говорил правду, сейчас из породившей его тьмы вынырнет монстр — сплошные когти, клыки и щупальца! И с ним придется сражаться, потому что, жизнь — это сраженье и, потому что, даже если суждено погибнуть, нужно умереть не как скулящий щенок, а как мужчина и воин — с мечом в руке!
Тряпичный факел догорал, а темнота все не исторгала из себя таящегося в нем чудовища. Нестерпимо тянулись мгновения. Время стало вязким, как смола, которой проливают днища кораблей, секунды молотами стучали в висках. Чудовище не показывалось.
— Кром! Кажется, я что-то вижу, — Конан до боли вглядывался в темноту, — что-то там копошиться, как огромный черный паук!
— Оно боится света — Култар торопливо срывал рубаху, — сейчас мы сделаем еще один факел!
— Не думаю, чтобы оно не было знакомо со светом, — бросил Конан, — ведь царь с сыном его приручали, значит, приходили с факелами. Наверное, оно просто готовится к прыжку. Но факел нам нужен, так что, постарайся быстрее…
Отвратительный звук донесся из темноты. Писк, чириканье, свист, скрежет металла по камню — словно все эти звуки слились воедино, исторгаемые чудовищной глоткой существа, копошащегося за гранью света.
Култар свернул рубаху в один огромный тугой ком, насадил на кинжал и поджег. Свет весело разогнал вязкую тьму, которая, по мере догорания прежнего факела, стала подступать к людям. Коридор был пуст. Конан подошел к тому месту, где он «видел» чудовищного паука. Никаких следов, кроме отпечатков двух пар сапог, не было.
— Все же, мне кажется, я видел, нечто поспешно удаляющееся в темноту, — в раздумье проговорил киммериец
— И ведь кто-то же верещал! — крикнул Култар.
— Да, кто-то верещал, — Конан покачал головой, — он что — невидимый, этот монстр? И ходит, не касаясь, пола?
— Но ведь мы слышали его поступь! Может, он шел, хватаясь щупальцами за стены? — предположил южанин, нервно усмехаясь.
— Ладно, не будем терять времени, — Конан вложил меч в ножны, — посмотрим, куда приведет нас этот тоннель.
Друзья ускоренным шагом двинулись вперед. Коридор, вырубленный в скале, словно длинное копье, уходил в темноту. Преследователя слышно не было.
— Я думаю, это был призрак, — изрек Култар, поспешая вслед за другом, — призраки часто издают ужасные звуки.
— Может, и призрак, — пробормотал Конан, — не отставай, скоро выйдем к свету.
— Выйдем… — пробурчал южанин, — мы можем тут всю жизнь бродить, в недрах горы.
Конан остановился.
— Да нет, я просто так сказал… — начал было оправдываться Култар, но замолчал, увидев, что друг к чему-то прислушивается.
— Ничего не слышишь? — Конан приложил ладони к ушам и, слегка поворачивая голову, стал слушать гору. Ему казалось, что гора живет своей жизнью, что она недовольна копошащимися в ее чреве маленькими созданиями. Бегают, прорубают тоннели, щекочут…
— Не слышу, — Култар даже и не пытался вслушиваться, зная, что слух у киммерийца, как у лисы, а у него, Култара — как у старого глухаря, что сидит на ветках, не слыша подкрадывающегося охотника.
— Кром! Мне показалось, что где-то впереди… Вроде, те же звуки… Верещание…
Он мрачно глянул на догорающий факел.
— Скоро мы останемся голыми.
Култар, который и так был уже наполовину раздет, согласно кивнул. Молча, друзья двинулись дальше. Тоннель шел строго горизонтально и должен был, конечно же, вывести к свету. Как бы не была широка гора, они прошли по прямой уже довольно большое расстояние.
6
Оно напало внезапно, из-за угла, как нападают вампиры, ягуары и уличные разбойники. Огромная темная масса шевелящихся щупалец метнулась к ним, подобно пауку, завидевшему попавшую в сети муху. Конан, извернувшись, успел отскочить, а Култара чудовище зацепило толстым, похожим на корабельный канат, щупальцем. Все произошло так быстро, что времени на раздумья совершенно не оставалось. Южанин закричал высоким голосом и принялся рубить мечом опутывающую его массу. Чудовище, казалось, состояло только из «канатов» различной толщины и длины. Уже через мгновение бьющийся Култар был опутан липкими щупальцами, как муха паутиной. Он бешено рубил «канаты», но меч, пружиня, отскакивал, едва не вырываясь из руки. В тот момент, когда чудовище схватило Култара, Конан успел поднять факел, занять нужную позицию — чуть в стороне, чтобы не поранить друга длинным мечом — и выискивал место, куда можно было поразить монстра. Такого места не было. Извивающиеся, мелькающие щупальца надежно скрывали тело чудовища. Да и было ли у него тело? Как ни напрягал киммериец зрение, он не мог увидеть ничего, кроме шевелящейся массы щупалец.
Но ведь, он явственно слышал поступь, топот этого существа! Это означало, что кроме щупалец, у него были ноги — уж во всяком случае — если бы монстр передвигался на щупальцах, слышалось бы шуршание, но никак не топот. Значит, нужно решаться! Конан поудобнее перехватил меч.
Култар, весь опутанный «канатами», только стонал и хрипел, тщетно пытаясь вырваться. Меч его уже валялся на земле. Несколько щупалец уже потянулись в сторону киммерийца, когда он, решившись атаковать ноги чудовища, прыгнул вперед и ударил мечом у самой земли, проведя им, как косой, в четверти от неровного каменного пола.
Меч, почти не встречая сопротивления, со свистом прошел под чудовищем, но визг, оглушивший Конана, показал, что ноги чудовища перерублены. Продолжая нестерпимо верещать, монстр выпустил Култара и грузно осел, беспорядочно мотая канатами-щупальцами. Южанин, кашляя и отплевываясь, откатился к стене и, цепляясь за неровности, пытался подняться. Ноги его подкашивались, и он бесполезно царапал ногтями камень. Факел догорал. Конан, вложив меч в ножны, подхватил друга и бросился вперед по коридору отвратительные звуки, издаваемые раненым чудовищем, отдалились: монстр пополз в спасительную темноту.
