возвращая её мне.
Я выдохнул, стараясь не показывать облегчения на лице. «Тирен» сработал!
Офицер жестом велел своим бойцам осмотреть салон.
— Оружие есть? — строго спросил он.
— Нет-нет, ничего такого, — заверил водитель.
— Проверим, — буркнул офицер.
Солдат приблизился к кабине. Сердце у меня ускорило свой темп — за сиденьями, притаился Малик, мертвенно-бледный от страха. Если они его увидят, всё — нам крышка. А он с испугу может натворить дел.
Пока офицер отвлёк водителя расспросами, солдат сунул голову в салон, принюхиваясь. Я почувствовал, как он медленно осматривает место, заглядывая между сиденьями. Малик находился буквально в полуметре от его лица, укрытый клетчатым пледом. Если солдат его сейчас снимет, то…
— Чисто… — пробормотал солдат, морща лоб. Но вдруг сделал ещё шаг и нагнулся глубже.
Это плохо. Я скрестил пальцы снова, стараясь быстрее проговорить «Тирен». Почувствовал, как по спине скатилась одинокая капля — нестабильный эфир и расстояние могли сыграть с нами злую шутку. Мне пришлось напрягаться изо всех сил.
На какую-то секунду во мне шевельнулось сомнение. Но я усилил концентрацию, представил себе ровное поле эфира. Внутри вспыхнул знакомый толчок. Солдат поднял плед и буквально смотрел на Малика, но тот оставался для него невидим. Я видел, как его взгляд проходит сквозь арабское лицо, не улавливая даже контура.
— Ага… ничего здесь, — медленно сказал он, выпрямившись и бросая обратно плед. — Может, я устал — мерещится чёрт-те что.
Он вышел, хлопнув дверцей. Я перевёл дыхание, радуясь, что удалось ещё раз их провести. Но радоваться рано. Сейчас они заглянут в кузов и увидят там мотоцикл. И вполне вероятно, что у них есть ориентировка на него. Не просто же так тут стоял этот блокпост.
— Ладно, — буркнул офицер, направляясь к задней части грузовика. — Открывай. Хочу глянуть, что везёшь.
— Да… конечно, — вздохнул водитель и пошёл к заднему борту.
Я двинулся следом, мельком одёрнув куртку. Голову ломило от постоянного использования заклинания, но выбора не было.
— Тут хлам всякий, да запчасти… — говорил водила, откидывая борт, — ничего ценного…
Солдат поднял фонарь, направил в кузов. В свете я видел свой мотоцикл, прикрытый парой мешков, но, честно говоря, плохо замаскированный. Очертания металлического каркаса и руля были слишком заметны.
— А это что? — хмуро спросил офицер, нащупывая взглядом ту самую форму.
— Э-э, — сглотнул водитель, оглядываясь на меня.
Я уже приготовился к худшему, но вновь повторил «Тирен», сосредоточившись на том, чтобы придать «стопке мешков» форму, не вызывающую интереса. Мне приходилось постоянно держать в уме изображение: будто там просто ящики с барахлом, никаких намёков на технику.
— Так, — солдат поднялся на борт, нагнулся, потрогал мешок. — Запчасти, говоришь?
— Ну да, — водитель закивал, — рамки от старых велосипедов, остатки труб, кое-какие шестерни. Ни к чему годного…
Офицер озабоченно постоял, приподнял один мешок. Металлический звук, конечно, раздавался, но пока можно было списать на обрезки. Я вовсю напрягал руну, мозг начинал гудеть от перегрузки. Вот теперь я почувствовал на себе, что такое нестабильный эфир. Еле удерживал поток в своих пальцах. Если он резко дёрнет мешок, иллюзия может лопнуть.
— Ладно, — скривился он, отступая назад. — Чёрт с тобой, проезжай. Негоже тут ночь проводить.
Я ощутил, как напряжение вылетает из меня мгновенным облегчением. Водитель быстро закрепил борт, обежал машину, не задавая лишних вопросов. Солдаты отвалили в сторону, кто-то махнул рукой, и шипы убрали с дороги. Мы запрыгнули в кабину. Я бросил на Малика короткий взгляд — тот сидел белее простыни, но всё же дышал ровно. Похоже, чуть не потерял сознание от нервов.
— Езжайте! — велел офицер.
Водитель, не дожидаясь второго приказа, дал газу, и грузовик, кряхтя, двинулся на пустую затемнённую дорогу. Лишь когда шипы снова легли на дорогу сзади, мы позволили себе облегчённо выдохнуть.
— Ох, — простонал водитель, вытирая пот со лба. — Ты… ты там что… колдуешь что ли? — он покосился на меня испуганным взглядом.
— Тебе лучше не знать, — буркнул я, измотано закрывая глаза. Во лбу пульсировала боль, удержание эфира выжало из меня все соки. — Просто скажи спасибо, что остались живы и не попали им в лапы.
Он ничего не ответил, только кивнул. Малик тоже молчал, но чувствовалось, как из него волнами исходит благодарность. Наконец, он негромко проговорил:
— Даниил… спасибо. Ты… буквально спас меня. Я хотел выпрыгнуть, но потом заметил, что этот гад смотрит будто сквозь меня. Я никогда такого не видел.
— Да уж, — я не стал на него смотреть, но понимал, что говорю искренне. — Тебе надо бы как-то замаскироваться, чтобы мне не пришлось из-за тебя снова на рожон лезть.
— Обещаю, — сказал он, улыбнувшись уголками губ. — Если понадобится, отплачу тем же.
Я только пожал плечами, не желая развивать тему «долга». Честно говоря, должников у меня реально стало слишком много. Один только барон чего стоит. А сам Лине задолжал. Всё запуталось.
Не всегда приятно держать людей под обязательствами, но что поделать. По крайней мере, Малик вроде парень боевой, может пригодиться в будущем.
Тишина вновь опустилась в кабину. Грузовик шелестел колёсами по просёлочной дороге, фары выхватывали тёмные силуэты деревьев. Меня клонило в сон, истощение эфиром давало о себе знать, но я всё же держался, пытаясь не потерять контроль.
Мы ехали ещё около получаса, как на горизонте показались первые очертания Петрозаводска. Город, крупный и шумный, во всей красе предстал перед нами в меркнущем лунном свете. С высоты небольшой возвышенности, с которой открывалась панорама, виднелись широкие проспекты, утыканные домами со светящимися окнами, редкие зелёные участки парков, и даже невысокие многоэтажки — во всяком случае, куда более высокие, чем я видел в Бологом.
Прямо на окраине бурлила жизнь: где-то громыхали машины, разгружая товары. Видно было, что этот город — узловой центр, соединяющий местные земли с дальней столицей. Мне сразу бросилось в глаза большое количество людей, несмотря на поздний час: были и местные, и приезжие, и, похоже, бродячие торговцы, да и просто куча всякого люда, спешащего по своим делам.
— Ну что, приехали, — устало сказал водитель, выруливая на широкую улицу. — Я дальше поеду на склады, а вам куда?
— Можешь высадить прямо здесь, — ответил я, глянув на Малика, который по-прежнему прятался на задних сиденьях. — А байк мы скинем возле какого-нибудь
