у меня свои дела — теперь, когда у меня есть деньги, можно оформить документы официально, если получится.
Да и он прав. Видок у меня тоже был потрёпанный после схватки с Граксалом. Нужно было найти себе что-то более приличное.
Спрятавшись от ветра, я зашагал по тротуару. Городу будто не было конца: многоэтажки, магазины, перекрёстки с фонарями. Патрули имперцев действительно попадались: в камуфляже, с оружием, иногда на машинах, порой даже верхом на лошадях.
Кое-где стояли броневики. Словно война идёт, а не мирное время. Я старался не привлекать внимания, шёл спокойно, надеялся никто не докопается.
По пути мне попался магазин одежды, где я сменил своё деревенское тряпьё, на хороший свободный спортивный костюм с капюшоном. Так ходили многие городские, и был он чертовски удобен. Потратил на это семь тысяч рублей, но не пожалел.
Выйдя из магазина, я нашёл нужное здание ГИЦ: Гражданский Имперский Центр. Огромное бетонное строение с колоннами. Внутри люди стояли в разные окошки, получая паспорта, справки и прочие бумаги. Я встал в один из хвостов, стараясь сообразить, куда мне лучше двигаться.
Но тут меня окликнула женщина-администратор и, узнав, что мне нужно, направила в пятое окно.
Очереди в него почти не было. Только бабушка, которая жалобно трясла кучкой квитанций перед глазами симпатичной девушки за стеклом.
И передо мной стоял парень лет двадцати, прилично одетый: рубашка, брюки, даже галстук — солидная молодёжь. Он поглядывал на часы, явно нервничая.
Девушка-оператор терпеливо выслушивала бабулю, которая никак не могла понять, почему ей пришёл не тот счёт за воду. И так повторялось минут десять, не меньше.
Могло быть и хуже. Всего двое — это ещё нормально, учитывая, что в некоторые окна люди стояли вереницами
Подождём.
Прошло ещё минут пять, как входные двери в зале распахнулись. Внутрь ворвалась шумная компания из пяти человек. Судя по внешности и манере, их родина была далеко от этих мест: сросшиеся брови, чёрные волосы, одеты в одинаково тёмные куртки и джинсы. Все смотрелись сурово и громко.
— Эй-вэй! Кто тут главный? — гаркнул один из них, самый широкий в плечах. Остальные подхватили. Люди обернулись, зашикали, а этот главный не унимался:
— Кто тут главный, спрашиваю? Мне хату продать нужна!
Пожилая администраторша, сидевшая за столом перед входом, попыталась сделать внушение:
— Молодые люди, не шумите! Вам в эту очередь. Ждите, пожалуйста!
— Мне срочно надо, бабка! — перебил её главарь. Вокруг сразу повисла напряжённая тишина.
Я заметил, как охранник в синей форме, дедуля примерно лет шестидесяти, стал медленно подниматься из-за своего допотопного стола. Но один из пришлых аккуратно положил ему руку на плечо и чуть сжал. Старик побледнел и сел обратно.
— Не кипишуй, — усмехнулся этот боевик, доставая из кармана охранника пачку сигарет и, словно насмехаясь, сунул ему в руки: — На, лучше почитай, да?
Те, кто стоял в очереди, начали возмущаться. Кто-то шёпотом, кто-то более открыто. Но все понимали: парней пятеро, выглядят агрессивно, лучше не лезть. Бабушка с квитанциями прижала к груди свои бумажки и ойкала, парень передо мной нахмурился.
Самый главный из этой банды, плюнув на всех, пошёл напролом к моему окошку.
— С дорого, бл! — он толкнул парня так сильно, что тот полетел на пол. А потом рывком подвинул бабулю, чуть не сбив её с ног, и засунул своё лицо в окошко. — Ты, слышь, — обратился он к девушке-оператору, — быстро решай мой вопрос, мне не до очередей. Договор делай! Поняла, кура?
* * *
Особняк барона Корвина
Артём Валерианович, сидел у себя в кабинете, обхватив голову руками. Проклятущие монстры, наконец-то убиты, и можно было вздохнуть с облегчением… Но расслабляться было рано. Он был в огромной ж… заднице.
На столе перед ним лежали несколько бумаг: расписки по долгам, приказы, подписанные имперскими чиновниками. Барон листал их дрожащими пальцами, пытаясь хоть как-то собрать мысли в кучу.
— М-да, — бормотал он.
На какое-то время воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом стула. Но тут послышались тяжёлые шаги у входной двери. Барон поднял голову. Звук был уверенным, зловещим — как будто шёл не простой человек, а машина, сминающая всё на своём пути.
Дверь кабинета распахнулась без стука. Слуги, стоявшие в коридоре, успели лишь отпрянуть. В проём вошёл высокий мужчина лет сорока, в костюме-тройке, белой рубашке и туфлях, начищенных до блеска.
Взгляд холодный и тяжёлый. Он прошёл по мраморному полу, обводя комнату взглядом хищника. Ему не нужно было ничего говорить, чтобы все внутри ощутили угрозу.
— Доброго дня, — сказал он низким, ровным голосом.
Корвин вздрогнул, вскочил со стула и чуть не опрокинул его:
— Д-добрый… Кто вы?
Незнакомец вальяжно приблизился, будто был здесь хозяином.
— Станислав Юстинович Ладыжин, — произнёс он. — Уверен, вы про меня слышали.
Барон почувствовал, как внутри всё холодеет. Конечно, он знал это имя. Ладыжин — легендарная фигура в кругах Империи: человек, ведущий кровавую охоту на магов, чудовищ и всех, кто встаёт на его пути. Его боялись… все. «Гончая Императора» — так звали его за глаза.
— Г-господин Ладыжин, — выдавил Корвин, стараясь выглядеть почтительно. — Не ожидал вас увидеть…
— Не мог пропустить такое, — тихо сказал Ладыжин. — За несколько дней кто-то убил двух монстров второго ранга и одного третьего. Империя заинтересована в подробностях. Ваше дело весьма… грандиозное.
— Да, это что-то невероятное, — сглотнул барон.
— Нам потребуется время чтобы во всём разобраться и вывезти трупы монстров, — продолжил Ладыжин. — В Бологом нужно… очистить всё.
Сердце барона билось, как безумное. «Очистить всё» у Ладыжина может означать что угодно: сжечь деревни, вывезти подозреваемых, устроить массовые казни. В Империи не любят, когда кто-то мешает их порядку.
— Понимаю, — пробормотал он, стараясь сохранять остатки достоинства. — Я… очень рад, что вы пришли. Кхм. С радостью помогу чем смогу.
— Хорошо, что вы такой понимающий, — кивнул Ладыжин. — Я и мой отряд расположимся в вашем особняке, — добавил он. — Десять человек. Вы же не возражаете…
Интонация была не вопросительной.
В следующую секунду несколько вооружённых людей в форме Империи вошли внутрь, быстро и бесшумно. Корвин ощутил себя забитым зверьком у себя же в доме. Но что поделаешь? Таков порядок в Империи. Хоть бы не сделали из него козла отпущения…
— Конечно, нет. Послушайте, я старался следовать инструкциям, — проговорил он, вытирая пот со лба. — Сначала никому
