можете?
— Не многие, но какие-то могу.
— И вы травы специальные для этого используете?
— Не только травы, Аврора. Коренья, сушеные ветки кустарников и деревьев, цветы, ягоды и семена, даже ил.
— А черный крап вылечить можете?
— Нет. «Болезнь переживших бурю» я вылечить не могу.
— «Болезнь переживших бурю»? — переспросила Аврора.
— Так ее называла моя наставница Прокофья. Черным крапом болеют только добровольцы и изгнанные, которые в бурю на пути своем попадают.
— А у вас, госпожа, добровольцы за артефактами за стену ходят? — спросила Аврора.
— Ходят.
— И продают?
— Нет, — покачала головой Терра. — Приносят их моему отцу. Он им за это платит. Платил, — осеклась Терра.
— Так что ж это выходит: отец ваш все артефакты себе забирал?
— Да, — кивнула Терра. — Так всегда у нас заведено было.
— Госпожа, а вы когда-нибудь видели, как человек от черного крапа помирает?
— Видела, — вздохнула Терра. — У нас всех добровольцев у ворот в поселение осматривают воины, что в дозоре стоят. Оглядывают руки и ноги. Если замечают воины, что пятна на теле появились, того в поселение не пускают. Обычно, все заканчивается сразу, на месте. Некоторые из заболевших уходят добровольно. Однажды я за одним таким наблюдала. Он недалеко от стены ушел. А я все на вышку бегала да приглядывала за ним. Страшная смерть, Аврора. Мучительная.
— Это правда, что кожа у этих несчастных покрывается черными пятнами, а потом отваливается кусками?
— Да, Аврора. Правда.
— Ужасная болезнь. Из-за нее каждый, кто в долину Смерти за артефактами суется, помирает.
— А где это — «долина Смерти»? — насторожилась Терра.
— К Востоку от нашего поселения залегают горные хребты. За ними долина есть. Те, кто в долину ту уходят, навсегда там остаются.
— Откуда же тогда вы знаете, что они от черного крапа помирают, если никто живым еще не вернулся?
— Многие из добровольцев, которые хребты те горные преодолели, назад сворачивали. Они-то и рассказывали, что кроме земли голой там нет ничего. Только вот судьба у добровольцев тех незавидная: ни один из воротившихся назад так в поселение и не попал.
— Черный крап?
— Да, госпожа. Хоть и сказывают они, что на землю ту голую и шагу не ступили, долина Смерти все равно их из лап своих не отпускает. Некоторые из них просят их сразу у стены убить. Другие уходят умирать туда, откуда болезнь принесли. Не раз господин Гелиан, господин Савелий да Радомир пытались на кораблях до Долины Смерти долететь. Они тоже сказывали, что там место гиблое. Земля черная, будто выжженная. Господин Гелиан даже с корабля животных вниз спускал. Радомир потом рассказывал, что животные те помечутся внизу, побегают пару минут, а затем замертво падают и все. Потому место то и назвали «долиной Смерти». Либо добровольцы там мрут, либо возвращаются с черным крапом.
— Что ж интересного в долине той есть, раз люди смерть свою туда искать ходят? — спросила Терра.
— Раз никто оттуда живым еще не воротился, значит, артефактов там много, — вздохнула Аврора. — Вот за ними-то добровольцы наши и идут. Кто-то даже поговаривает, что в долине той ответ на вопрос есть, почему Земля наша от детей своих отказываться стала…
— Это мы, дети Земли нашей, загубили ее, — ответила Терра.
— Думаете, во всем виноваты предки?
— Думаю, да.
— Почему?
— Растения, животные и птицы дикие вымерли. Климат изменился. На смену болезням предков пришли новые болезни. О них ничего не написано в книгах. Такие изменения не могли произойти мгновенно. Требовались годы. В книгах написано, что когда-то нас на Земле было пятнадцать миллиардов. А теперь… Не зря предки «секреты» создали и стены вокруг поселений построили. Они пытались спастись. Если все произошло мгновенно, не успели бы они этого сделать. Значит, поняли они, что натворили, да планету спасти уже не смогли. Спаслись сами, да и то не все. Теперь у нас ничего не осталось, кроме обрывков истории да артефактов предков. Даже твое плазменное оружие… Разве ты знаешь, как оно работает?
Аврора прижала ладонь к кобуре и опустила плечи:
— Не знаю.
— Вот и я о том же. Артефакты есть, но если сломаются они — никто не знает, как их починить.
— Господин Гелиан знает.
— Гелиан?
— Да, господин Гелиан многое может починить. Говорят, что это он научился на кораблях предков летать и знает теперь как устроены они. И почему стена вокруг поселения защищает нас от бурь, тоже знает. Он даже приход тех самых бурь предсказывает и редко ошибается. Это благодаря господину Гелиану теперь у нас есть парники, ветряки, электричество и туалеты.
— Не знала, что Гелиан так много для людей своих сделал… — задумчиво произнесла Терра.
— Господин Гелиан всегда смышленее остальных был. Говорят, что он в три года читать научился.
— Я тоже в три года читать научилась, — вздохнула Терра.
— Что, правда, госпожа? — Аврора как-то вдруг сникла.
— Да. Читать и писать. Это счастья не принесло. Наоборот, меня сторониться стали. Шанталь отказывалась играть со мной, другие дети на нее глядели и тоже меня стороной обходили. Я к Прокофье — знахарке нашей — случайно прибилась. Как придет она коренья на луг возле нашего дома собирать — я тут как тут. Интересно мне было, откуда болезни берутся и как их можно порошками да настоями вылечить. Прокофья рассказывала мне про травы, про хвори разные, а я названия все с первого раза запоминала. Это как-то само собой получалось. Помню, однажды Прокофья погладила меня по голове и сказала, что я самая умненькая в нашем поселении уродилась. А если я умненькая самая, то не стоит мне остальным показывать это, чтобы не завидовали они уму моему.
— Странный совет наставница вам дала… — прошептала Аврора.
— Странный, но действенный. Как только перестала я стишки да сказки наизусть пересказывать, меня родители хвалить больше начали, — Терра улыбнулась, не скрывая горечи.
— Вы книги предков читали? — спросила Аврора.
— Да. Книги мне отец выдавал. По одной. Как только одну верну — другую даст. У нас люди были, которым отец книги переписывать дозволял. Были и те, кто сами книги писали.
— А мы книги печатаем на станках специальных.
— Книги печатаете?
— Да. Для детей, для взрослых. О науках предков, о законах, которые предки наши открыли. Книги для развлечений с рассказами и картинками. Потому для человека, который читать не умеет, многие дороги в жизни закрыты. Такой человек для всех остальных — дурак.
— Но, ты ведь не дура, Аврора? — улыбнулась Терра.
— Это потому, что мне книги дядя вслух читал. Сама их прочесть я не могла.
— А кто выбирал, что твоему дяде тебе прочесть?
— Он сам же
