Остановившись у госпиталя, Тейлор, не выходя из автомобиля, сжал руку жены.
— Еще не поздно вернуться. Я позвоню и скажу, что заболел.
— Не болтай глупости. По правде говоря, у Риа и в самом деле разболелся живот.
— Или я могу пойти один.
Риа покачала головой и неуверенно улыбнулась Тейлору:
— Это часть моих обязанностей как жены мэра. Пошли.
Они представляли собой картинно-красивую пару, направляясь в просторный мраморный вестибюль нового родильного центра. Риа была на голову ниже мужа. Физически они идеально подходили друг другу: оба темноволосые, у него — живые голубые глаза, у нее — зеленые. Тейлор был одет в темно-серый, легкий, не по сезону, костюм. Риа словно шагнула с обложки «Boгa». Приветствовавшая чету Маккензи толпа была поражена.
Для фоторепортеров это был плодотворный день: они принялись, слепя вспышками, снимать Тейлора и Риа с руководством госпиталя, высшими чиновниками города и уважаемыми гостями. Делия Стар тоже входила в число журналистов, освещавших событие. Только она знала, какие моральные мучения должны испытывать Маккензи, и приветствовала их ободряющим взмахом руки.
Официальным лицом на торжествах был Тейлор, но огромные золотые ножницы вручили Риа, и она перерезала ими плетеную, розово-голубую ленту. Как только Риа сделала это, все зааплодировали.
— Если вы позволите, миссис Маккензи и уважаемый мэр, мы хотели бы сфотографировать вас с первой роженицей в новом отделении.
Риа и Тейлор любезно согласились. Их повели по длинному коридору. Тейлор взял Риа под локоть.
— Черт возьми, я так горжусь тобой. Ты покорила абсолютно всех. Ты прекрасна. — Он нырнул головой под широкие поля ее шляпы и прошептал: — Я понимаю, как это больно для тебя.
— Я не имею права плакать, — горячо призналась Риа, — но вся эта затея с новорожденным…
— Знаю. Крепись, дорогая. Всего несколько снимков, и я немедленно увезу тебя отсюда.
Удостоенной высокой чести новоиспеченной мамаше было едва за двадцать, и вчера она родила первого в своей жизни ребенка. Женщина успела привести себя в порядок перед приходом фотографов и теперь лежала, откинувшись на подушки, и счастливо улыбалась. Она страшно покраснела, когда Тейлор пожал ей руку и, казалось, испугалась великолепия Риа. Муж роженицы, такой же молоденький, как и жена, стоял у постели и гордо ухмылялся.
К моменту, когда фоторепортеры закончили съемку, Молодая мама наконец преодолела свою застенчивость.
— А у вас есть дети? — спросила она Риа.
— Нет. — Риа нащупала руку Тейлора. — Мы женаты всего пару месяцев.
Тейлор не только ответил на пожатие Риа, но и обнял ее за талию.
— Собираемся. Скоро.
— От всего сердца советую, — сказала молодая женщина и обменялась улыбкой с мужем. — Это бесподобно. Вы еще не видели Дженнифер?
— Дженнифер? — слабеющим голосом переспросила Риа.
— Так мы назвали дочь.
— А-а-а, нет, мы… мы еще не видели палату новорожденных.
«Слава Богу», — добавила про себя Риа.
Но тут же к ним подскочил один из сотрудников госпиталя:
— Там наша следующая остановка. Прошу всех сюда. Мы намерены показать мэру и миссис Маккензи палату новорожденных. В технологическом отношении это просто произведение искусства. Предпринимаемые нами шаги… — Перескакивая с предмета на предмет, он продолжал рассказывать о новом отделении госпиталя, шагая рядом с Риа; с другой стороны шел Тейлор, поддерживая ослабевшую жену.
— Прошу прощения, мы только на минутку.
Остановив процессию, Тейлор отвел Риа в сторону и внимательно на нее посмотрел.
— Позволь мне принести им извинения.
— Нет, ты не можешь, — прошептала Риа, сжимая руку мужа. — Я в порядке.
— Ты бледнее привидения.
— Флуоресцентное освещение не улучшает цвет лица.
— Не шути со мной, Риа. Я хочу увезти тебя отсюда. Прямо сейчас.
— Нет, прошу тебя.
— Что-нибудь не так? — поинтересовался с почтительного расстояния главный врач госпиталя.
— Нет-нет. — Риа одарила медика ослепительной улыбкой. — Просто Тейлор просит напомнить, чтобы он послал букет цветов молодой маме и Дженнифер. — Риа взглянула на Тейлора, ища поддержки в своей лжи.
Хозяева торжеств облегченно вздохнули.
— Какая заботливость, — пробормотал кто-то из них.
— Это одна из причин, почему я вышла за него замуж, — сообщила Риа, подхватывая Тейлора под руку.
Он накрыл похолодевшие пальцы жены своей горячей ладонью. Только Тейлор знал, что Риа ухватилась за его руку для поддержки, а вовсе не от восхищения. Когда они подошли к палате новорожденных, Тейлор почувствовал, что рука Риа еще крепче сжимает его руку. Он пытался прислушиваться к информации, которую ему сообщал сопровождающий их врач, но его мысли были настолько заняты Риа, что до него не доходила ни одна цифра.
Через стеклянную перегородку они увидели, как медсестра подняла из кроватки плачущего младенца.
— Это Дженнифер. Наша первая малышка, — сообщили Риа и Тейлору.
— Могу я подержать ее?
Произнесенный едва слышно вопрос заставил примолкнуть группу сопровождающих. Он парализовал молчанием даже журналистов, которые вели себя как плохо воспитанные дети в церкви. У Тейлора был вид, словно он только что проглотил яйцо целиком.
— Эй, это же будет потрясающий кадр, — завопил один из фотографов, и его дружно поддержали братья по цеху.
Коротко посовещавшись, руководство разрешило Риа войти в палату. Тейлор почувствовал себя в роли посетителя в тюрьме, отделенного от любимой стеклянной перегородкой. Он видел Риа, но не мог до нее дотронуться, не мог облегчить ее страдания; и это было ужасно. Риа сама обрекла себя на пытку, пытаясь исцелиться или же заняться самоистязанием. И Тейлор ничем не мог ей помочь.
Риа улыбнулась медсестре и протянула руки, чтобы принять у нее извивающуюся и пищащую новорожденную. Опускаясь в кресло на колесиках, Риа держала ребенка гораздо осторожнее, чем это делала сестра.
Фотокамеры вокруг Тейлора беспрерывно щелкали и сверкали вспышками, но он ничего не замечал. Со всех сторон сыпались комментарии и вопросы, но он их не слышал. Внимание Тейлора было сосредоточено исключительно на жене: прелестная рука с обручальным кольцом заботливо поддерживала головку младенца.
— Ваша жена — очень мужественная женщина. Узнав голос Делии Стар, Тейлор кивнул.
— Да, черт возьми, очень, — подтвердил он с гордостью.
Тейлор вспомнил, как соблазнительно и в то же время решительно выглядела Риа в тот день, когда пришла к нему в офис сообщить что носит его, Тейлора, ребенка. Сейчас Риа выглядела не менее восхитительно, но он-то знал, чего ей это стоит. Тейлор в жизни не встречал такой стойкой женщины. Риа смотрела на лицо ребенка. Наблюдая за движением ее губ, Тейлор мог поклясться, что его жена чуть слышно что-то напевает малышке. Девочка успокоилась и перестала плакать. Улыбка Риа перешла в мягкий, довольный смех. Тейлор не мог его слышать, но чувствовал всем своим нутром.
