Тейлор поспешил за женой, но Риа не дала ему возможности вставить хоть слово.
— Похоже, ты несколько опередил события, когда говорил, что мы будем жить, как каждому заблагорассудится. Я поняла так, что это будет после сегодняшнего вечера. Очевидно, я ошиблась.
— Ты категорически отказываешься выслушать объяснения, да? — поинтересовался Тейлор, пока спускался лифт.
Риа сладко улыбнулась мужу:
— Пошел к чертовой матери!
— Не хочу, — процедил краешком рта Тейлор. Двери лифта уже открылись, и, как только они вышли, чету Маккензи тут же окружило множество людей, желавших обменяться рукопожатием с виновниками торжества.
Банкет начался сразу же, как только Тейлор и Риа сели во главе стола. Риа кусок не лез в горло: ее тошнило. В висках бешено пульсировала кровь. На глазах, казалось, вот-вот выступят слезы, хотя она изо всех сил пыталась их сдержать.
Риа никак не могла сосредоточиться на чем-то конкретном. Перед ее мысленным взором стояла только одна картина: Тейлор, обнимающий и целующий Лизу. Непреодолимое желание закричать, швырнуть чем-нибудь обуревало Риа, но она вела себя безупречно — как и полагается первой леди города.
Риа хотела было сказаться внезапно больной и немедленно покинуть торжество, однако решила не доставлять удовольствия Лизе проявлением своего испуга. Но Тейлору это так с рук не сойдет. Если этот банкетный стол с бесконечной чередой заурядных блюд раздражал Риа, то уж для Тейлора присутствие здесь, должно быть, стало сущим адом. Да уж, нелегкое дело разрываться между женой и любовницей во время обеда, на котором одна из них находится в центре всеобщего внимания. Все равно что на электрическом стуле. И Риа надеялась, что Тейлор на нем поджарится.
Наконец обед закончился. Официанты убрали со столов. Публика развернула стулья в сторону сцены, на которой ведущий выдавал шутки, такие же банальные, как улыбка на лице Риа.
Подбадриваемые ведущим, с краткими речами выступали различные чиновники. Все выступления были связаны со вступлением в должность нового мэра — Тейлора Маккензи.
— А теперь, — возвысил голос ведущий, — я намерен попросить Тейлора Маккензи и его очаровательную супругу Риа подняться ко мне на сцену для церемонии принятия присяги.
Риа остолбенела. Она никак не предполагала, что ей тоже придется подниматься на сцену и стоять на ней рядом с Тейлором. Маккензи подхватил жену под локоть и помог ей подняться. Публика бурно аплодировала, пока Тейлор и Риа шли между рядов к подиуму.
Позже Риа никак не могла понять, как выжила в те несколько минут, в течение которых Тейлор произносил слова присяги. Голос его звучал чисто и ясно. Риа понимала, что он был полон юмора, напора и страстности. Голос мужа проникал в мозг, подобно наркотику. Он убаюкивал, заставляя верить, что принадлежит человеку, на которого можно положиться. Человеку, хранящему верность жене. Но Риа-то знала другое.
После приведения к присяге Маккензи улыбнулся рукоплескавшей ему аудитории, а потом повернулся к жене и одарил ее улыбкой; наклонившись, поцеловал коротким поцелуем. Овация переросла в бурю, от которой зазвенели даже хрустальные люстры над головами.
Как только Тейлор отпустил Риа, ведущий провел ее на место, а Маккензи подошел к микрофону. Речь его была красноречива и интересна. Доверительный тон, заразительный оптимизм и энтузиазм. Когда он закончил, все как один вскочили на ноги.
Инстинктивно поднялась и Риа, аплодируя своему мужу-обманщику.
После этого осталось только еще раз совершить круг почета и пожать всем руки на прощание. Риа и Тейлор дожидались в гараже, когда служитель пригонит их машины. Первым подали автомобиль Риа. Она села в машину и уехала, оставив Тейлора нетерпеливо дожидаться свой «корвет».
Риа едва могла вести машину. Из головы вылетели самые элементарные навыки управления автомобилем и правила дорожного движения. Она хотела сразу же поехать к себе домой, но вспомнила, что не взяла ключи. Поэтому придется заехать к Тейлору.
Не выключая двигатель, Риа взбежала по ступенькам и открыла парадную дверь. Сумасшедшие поиски по всему дому наконец закончились тем, что Риа нашла запасную связку ключей. Она уже направилась к выходу, когда перед ней материализовался Тейлор, преградивший ей путь.
— Прочь с дороги, Тейлор.
— Не уйду.
— Не хочу ничего от тебя слышать и знаю, что ты не хочешь слушать меня, так что, прошу тебя, давай не усложнять друг другу жизнь.
— А что ты хотела сказать, чего бы я не хотел слушать?
Риа бросила на мужа свирепый взгляд.
— Что ты — презренная, двуличная, лицемерная сволочь.
— Почему ты так считаешь? Ошеломленная Риа отступила на шаг.
— Может быть, по твоим понятиям и в порядке вещей женатому человеку лизаться со своей бывшей любовницей, но я придерживаюсь иных принципов.
— Я не целовал Лизу.
— В таком случае мне приснился чертовски реалистичный сон. — Риа попыталась отстранить Тейлора со своего пути, но тот и не пошевелился, А поменявшись с Риа ролями, подтолкнул ее назад в комнату и закрыл за собой дверь. Риа смерила мужа непокорным взглядом. — Тейлор, не будь ребенком, Я не останусь здесь с тобой ни минутой дольше. Прекрати хулиганить и выпусти меня.
— Не выпущу, пока ты не узнаешь, что было на самом деле.
— Я была свидетельницей тому, что было на самом деле! — закричала Риа. — Либо вы пылко целовались, либо один из вас делал другому интенсивное искусственное дыхание. К тому же она, кажется, при этом производила еще и прямой массаж сердца. — Вспомнив руки Лизы, ласкающие грудь Тейлора под пиджаком, Риа пришла в ярость: — Как ты мог? Как же тебе повезло, что вас застукала именно я! Боже мой, ведь любой мог зайти в тот момент в комнату и увидеть, чем вы занимаетесь. И все — конец твоей карьере, над которой ты так долго бился. Неужели этот поцелуй того стоил? О чем ты только думал?
— О тебе.
Риа недоверчиво посмотрела на Тейлора. Его поддразнивание настолько разозлило ее, что из глаз у нее брызнули слезы.
— Иди к черту. Прекрати играть со мной в такие игры. Я этого не заслужила.
— Ты заслужила, чтобы я положил тебя животом на свою коленку и как следует отшлепал по одному месту за скороспелые и неверные выводы.
— Что? Я тебя застукала с поличным в объятиях экс-любовницы. Но погоди, — Риа невесело хохотнула, — выходит, Лиза вовсе и не «экс», да? Все это продолжалось за моей спиной с самого начала? Или возобновилось чуть позже? После выкидыша, когда я не могла исполнять свои функции?
Мускулы на скулах Тейлора напряглись.
— Лучше тебе остановиться, пока не ляпнула грубость, о которой потом пожалеешь.
