– Бедная Шушенька! – кажется, Шушанна и сама слегка поверила в страдания несуществующей зверушки. – Она прожила недолгую, но счастливую жизнь!
Украдкой – я заметила лишь потому что пристально на нее смотрела, Шушанна три раза постучала по деревянному подлокотнику.
– Нет! – наконец у Дарины прорезался голос. – Это же… это же просто…
– Живодерка! – перебила ее Шушанна. – И как тебя вообще на работе терпят?!
– Да не трогала я ее шиншиллу! Клянусь! Это мне папа подарил…
И тут Шушанна достала козырь:
– А зачем ты пробиралась в комнату Аделиты?
Я думала, помощница Истона снова начнет отнекиваться и отмазываться, но она стремительно покраснела, а густо подведенные глаза забегали, выдавая нервозность.
– Я…
– Дарина! – рявкнул Истон.
– Я ничего не делала! Просто хотела отомстить за сорванную демонстрацию, и все!
– И все?! – взвыл Вестейн. – Сделать шубу из тотемного животного Аделиты – это «и все»? Ну да, тварь была жуткая. Все время ела, все ломала и мешалась, но живая все–таки… Жирненькая, пушистая, даже мне, блин, жалко!
– Да, – поддакнул Истон, – а он – родственник змеям, между прочим. Его предки таких пушистеньких живьем заглатывали!
– А ты, по ходу, родственник индюкам!
– Эй–эй, – заволновалась я, – давайте не будем ссориться на высоте демоны знают сколько метров над землей! Корзина не настолько прочная, чтобы выдержать двух драконов!
– Я ничего не делала с крысой! – воскликнула Дарина, улучив удобный момент. – Когда я пришла, клетка уже была нараспашку!
– Врешь, живодерка! – Шушанна тряхнула копной волос. – Вон она, на тебе висит! Ее носик я узнаю из тысячи!
Шутка затянулась, и я уже слабо понимала, как ее закончить, при этом не упрятав Дарину в тюрьму и не раскрыв тайну Шушанны.
– Еще раз повторяю: я не трогала вашу тварь!
– А, то есть проникать в комнату моей помощницы – это нормально?! – поинтересовался Вестейн.
– А нормально грызть мои макеты?
– Резонный вопрос, – заметил Истон.
– То есть мстить неразумной животинке – это взрослое поведение взрослой девицы? Помощницы руководителя?
– Резонный аргумент, – младший Винг повернулся к Дарине.
– Да вы… вы… – Она хватала ртом воздух от возмущения.
Тетушки с аппетитом уплетали пирог, не сводя с нашей компании глаз. Давненько на долю Марбл и Мейпл не выпадали такие дивные приключения! Безвременно почившая на груди Дарины шиншилла была даже лучше моего замужества! А уж как хорошо к зрелищу подошел яблочный пирог!
– Вот что мы сделаем, – заключил Вестейн, – сядем в Магополисе и свяжемся с Вьюжском. Если они найдут Шушу…
– Или следы свежевания, – мрачно подсказала Шушанна, и шеф даже слегка подавился.
– Или следы… гм… шиншиллячьего насилия. То отвечать будешь по закону, ясно?
– А если не найдут, то по справедливости, – добавил Истон. – Нефиг лезть в комнату к подружке Веста.
– Я не его подружка! – воскликнула я.
– Да вы же друг друга ненавидите! – возмутилась Дарина.
– И что?! – хором поинтересовались эти два гада–дракона.
Так и провели оставшиеся часы полета. Шушанна показательно страдала по зверушке, а Истон пытался остановить поток фальшивых женских слез пирогом и тупыми анекдотами. Вестейн то и дело пытался испепелить эту парочку взглядом. Тетушки что–то оживленно обсуждали и писали в большой тетрадке, причем старательно пряча ее от меня! Дарина сидела в конце кабины, надутая и злобная.
А я пыталась понять, как так незаметно получилось, что вместо головокружительной карьеры моя жизнь превратилась в летающий дурдом?
Глава девятая
Я обиделась.
Разве не на что? Когда дракон сел в Магополисе, меня на личном экипаже в сопровождении тетушек отправили домой. Речь о том, чтобы продолжить жить у Шушанны, конечно, не шла. Ее квартира прекрасно вмещала девушку с шиншиллой, но совсем не подходила для двоих.
Тетушки быстро разложили для меня диван, окружили подушками, сварили куриный супчик и… сбежали. Марбл и Мейпл, сбежавшие от болезной племяшечки–кровиночки – это что–то новенькое! Они вообще вели себя очень странно после того разговора с Вестейном, и я намеревалась расспросить шефа при первой же возможности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но с этого момента меня все бросили.
Тетушки пропали, Шушанна не заходила и не писала, как и ее начальник. Хотя раз в день от его имени мне привозили еду: небольшие коробочки с домашними котлетками, салатиками и булочками. Было вкусно и, если честно, здорово экономило силы. Я и не знала, что в Магополисе доставляют готовую еду. Но все же мне хотелось, чтобы шеф зашел сам, справился о здоровье и все такое.
Мне хотелось, демоны ее сожри, поговорить с Шушанной! Я так и не узнала, что случилось, кто на меня напал и как она умудрилась превратиться обратно в человека. То есть я ей все это время помогала, прикрывала, даже получала за ее косяки, а в итоге осталась никому не нужной и недостойной объяснений?!
Я бы, может, и проболела с удовольствием несколько недель, как порекомендовал заглянувший по просьбе все того же Вестейна лекарь, но чувство обиды гнало на работу. Вдруг меня вообще там не ждут?
С началом новой недели я напилась чаю с малиновым вареньем, обмотала вокруг шеи теплый шарф, тщательно накрасилась и отправилась на работу с твердым намерением высказать все, что думаю, об этих предателях.
В «Радужной» башне было шумно и суетно. Народ бегал туда–сюда, кто–то спорил на повышенных тонах, кто–то нервничал, снуя туда–сюда, а один мужик судорожно терзал гигантский фикус, грозя оставить того без конечностей. Да и в целом царило напряжение. Что–то случилось? Странно, я ничего не слышала. Интересно…
В приемной было пусто, но, несмотря на то, что я все же ожидала увидеть Шушанну, удивило не это. Всюду вокруг были разбросаны бумаги. Шкафы распахнуты, ящики вытащены, пол был просто завален документами, записями, чеками, картами и прочей офисной ерундой! И вот это уже пугало.
Я осторожно постучала в дверь кабинета Вестейна.
– Да, – раздался его мрачный голос.
– Э–э–э… доброе утро. А что происходит?
– Аделита? – Вестейн поднял голову, и я ужаснулась: судя по виду, последние три дня он не спал вообще. – Что ты здесь делаешь? Ты разве не на больничном?
– Мне стало скучно, и я решила поработать. А что здесь происходит? Где Шушанна?
– Самому интересно, ее нет со вчерашнего дня! Убежала в банк и не вернулась, дома ее нет, никто не видел.
– Это не может быть связано с нападением на меня?
Если Шушанна пропала… что же все–таки случилось?
– А… почему приемная выглядит так, как будто там стадо шиншилл искало еду?
– А потому что если тебе кажется, что мой брат предложил выкурить трубку мира – то тебе кажется, он в нее перед этим плюнул. Истон перешел все границы!
Вестейн в ярости сбросил со стола пресс–папье, и я вздрогнула. Никогда не видела шефа таким злым! Даже когда мы летели рейсовым драконом с младенцем на соседнем кресле, он и то так не психовал! А сейчас от его буквально исходили волны ярости, и я начала нервничать. А уж после того, как Вестейн внимательно на меня посмотрел и сказал:
– Да, кстати, ты уволена с сегодняшнего дня.
И вовсе перестала что–либо понимать.
– В смысле уволена? За что?! Вестейн! Я ничего не сделала, больничный что – преступление?!
– Спокойно! – сказал шеф. – Это для твоего же блага.
– Или для похудения! Потому что когда мне станет нечего есть, тонкая талия – единственное, что будет радовать. Первые пару недель, потом здоровая синева под глазами даст о себе знать.
– Все счета «Бла–бла–бла Маг» арестованы. Драконам выдали предписание с запретом полетов. Некоторых сотрудников допрашивают. Пограничная магическая служба выяснила, что на наших драконах перевозили контрабанду. Запрещенные зелья, драгоценности, редких животных. Сейчас будет расследование.
– Ты думаешь, это Истон?
Я поняла, что если не сяду, то упаду от шока. Контрабанда? Нет, стража регулярно отчитывается о противодействии незаконным перевозкам, но я не думала, что компания Вестейна может быть в них замешана. И ни за что не поверю, что Вестейн Винг стал рисковать бы репутацией ради сомнительной выгоды. Ему и свое дело нужно лишь чтобы доказать брату превосходство, с деньгами у драконов нет проблем.
