Но не успела она снять перчатки, как дверь щелкнула. Сердце подпрыгнуло, забилось где-то в горле, когда Сэди резко повернулась и увидела Джека, который закрывал задвижку. Ощущение от этого звука было такое, словно ей под ноготь загнали иголки.
— Ты совсем одичал за время своего отсутствия, Джек Фаррингтон! — возмутилась она, прижимая руки к груди. — О чем ты думаешь? Если кто-нибудь увидит нас вместе…
— Не волнуйся так, дорогая! — Джек обернулся, и на этот раз сердце Сэди не подпрыгнуло. Оно просто перестало биться. Его лицо было сплошной маской боли, губы плотно сжаты, как будто он кусал их изнутри. Такого выражения она не видела у него со дня смерти его матери.
— Ты помнишь?.. — Его брови сошлись на переносице. — Ты не забыла, как мы в первый раз любили друг друга?
Сэди моментально приготовилась к обороне. Неужели он думает, что она могла позабыть об этом? Хотя непохоже было, что он собирается выяснять с ней отношения. Даже не смотрит в глаза! Нет, ничего из ряда вон выходящего не произойдет.
— Я все помню, — сказала она тихо, почти шепотом.
— Отлично! — Теперь он глядел на нее, стиснув зубы. — Потому что, мне кажется, я ни о чем, кроме этого, не могу думать.
И что ей ответить?
— Это потому, что мы не успели многого сказать друг другу. Отсюда такое чувство, что прошлое преследует нас.
— Пожалуй, — бросил он задумчиво. — Это интересная точка зрения.
Сэди шагнула к нему.
— Джек!
Свирепо глянув, он поднял руки.
— Я не могу спать. Я не могу есть. Я даже не в состоянии заниматься любовью, — хрипло произнес он. — Ты просто лишила меня мужского достоинства.
Хоть радоваться тут было нечему, она все равно вдруг почувствовала себя счастливой и захотелось воспарить над землей.
— Значит, ты… значит, ты не спал с леди Гослинг?
Он недоуменно уставился на нее:
— Нет, конечно. Иначе у меня было бы такое чувство, что я предаю тебя.
Пришлось изо всех сил упереться ногами в ковер, иначе она взлетела бы под потолок.
— Ты думаешь, мне было легче? — Сэди ткнула пальцем на дверь. — Мейсон Блейн упорно добивается меня. Но умеет ли он целоваться как ты?
Гибко, по-кошачьи, он метнулся к ней через всю комнату.
— Это ты довела меня до ручки.
Они стояли и в упор глядели друг на друга. Прошла, казалось, вечность. Грудь Сэди тяжело вздымалась. Она задыхалась от гнева. А еще от счастья и горечи. И тревоги. Что теперь будет?
Она знала, что ей хотелось сделать. Нечто невообразимое. От чего все только усложнится. И все равно хотела этого больше, чем чего бы то ни было за всю свою жизнь. Даже больше, чем владеть магазином.
— Джек, — тихо начала она и сделала пару неверных шагов в его сторону — Малыш Джек.
Он немного расслабился.
— Сэдимун, о чем ты, девочка?
Это были слова из их прошлого, такого далекого и такого — о! — сладкого.
Да, она знала, что ей нужно. Не говоря ни слова, приблизилась к нему и расстегнула пуговицы на сюртуке. Джек стоял неподвижно, словно статуя, наблюдая за ней. Она сунула руки под жилет.
Какой у него могучий торс! От тонкого батиста сорочки исходило тепло его тела. Она почувствовала, как напряглись его мускулы, когда провела руками вверх по ребрам, по широкой груди. Остановилась, добравшись до подмышек, а потом неожиданно принялась щекотать его.
Джек подпрыгнул, обхватил ее, но она уже успела добиться того, чего хотела. Он улыбнулся, а потом расхохотался. Вот таким был ее муж, который страшно боялся щекотки.
Вокруг глаз появился веер морщинок, когда он крепко зажмурился. Крупные белые зубы ярко сверкали на загорелом лице. Джек хохотал, не в силах остановиться. Услышать его смех сейчас было все равно, что распахнуть окно в свою душу и впустить в нее солнце после стольких долгих, мрачных ночей.
Словно невидимая плотина рухнула внутри ее. На глаза набежали слезы, а потом потекли по щекам.
— Мне так не хватало тебя! — У нее вдруг сел голос. — Я так скучала по тебе!
— Господи, Сэди! — Он взял ее лицо в ладони и прижался к ней лбом. — Это тянулось так долго!
Она обхватила его руками и уткнулась ему в грудь.
— Лучше не вспоминать.
— Не плачь! — Большими пальцами он вытер ей лицо и, приподняв подбородок, заглянул в глаза. — Я тоже скучал по тебе.
От этого слезы потекли еще сильнее. Ей хотелось рассказать ему, почему ее не оказалось дома, когда он возвратился. Поведать, как сразу на нее навалились черные дни, после того как он уехал. Но что это даст? Ничего уже не изменишь. Лишь вернется ощущение потери и ему станет еще хуже, чем было.
Повернуть время вспять они не в силах, как бы им того ни хотелось.
— Это неправда, что я ненавижу тебя, — призналась Сэди, вспомнив, как бросила ему эти слова вечером в парке. — Очень хотелось, но у меня никогда не получалось.
— Тш-ш. Я знаю. — Он коснулся губами ее влажной щеки, где-то рядом с глазом. — Я знаю. — Его мягкие и теплые губы собирали ее слезы. И когда он поцеловал ее, она почувствовала на них вкус соли и шампанского.
Сэди еще крепче обняла его, прижалась к нему, желая только одного — чтобы он целовал ее. Это было нельзя делать, но очень-очень хотелось. Она приоткрыла губы, встречая его язык. Его рука легла ей на затылок, как будто он боялся, что жена отодвинется от него. Но, она, и не собиралась.
Джек прихватил зубами ее нижнюю губу, легко, пососал, а потом снова поцеловал. Тихо застонав, она была готова растечься по нему, как масло на горячем хлебе. Каждая частица ее тела жила и звенела от ожидания. Через юбку она чувствовала, как он прижимается к ней возбужденным членом. О Господи! Как можно было так долго жить без этого сукина сына!
Они одновременно задвигались, как единое целое, спотыкаясь и раскачиваясь из стороны в сторону. Сэди никак не могла сообразить, куда их несет. Потом ягодицами уперлась во что-то. Диван, что ли? — подумала она.
Джек взял ее лицо в ладони и приник к губам. Она закинула руки ему за шею, прижала к себе, чтобы ничто не мешало целовать ее. Он подхватил ее, легко поднял, словно она ничего, не весила, и усадил на спинку мягкого дивана.
И отстранился.
На миг ей показалось, что все на этом закончилось, но он продолжал держать ее в объятиях и молчал, глядя ей в глаза. Потом провел руками по юбкам, взялся за них и потянул вверх. Она могла остановить его! Поставить на место. Но не сделала этого.
Его рука легла ей на колено, потом скользнула под тонкий шелк и двинулась по голому бедру вверх до подвязки, Дернул же ее черт надеть панталоны!
Теперь юбки у нее были задраны чуть ли не до пояса, а под ними копошились его руки. Когда его любопытные пальцы, проскользнув между бедрами, наткнулись на влажный от пота хлопок, Сэди затаила дыхание. Не отрывая от нее взгляда, Джек нащупал разрез в панталонах и засунул туда пальцы.
