Нага Гохо ел жеманно, кладя в рот небольшие кусочки двумя пальцами. Между глотками он что-то говорил и щелкал бичом с короткой ручкой, получая явное удовольствие от своей зловещей игры.
Цветок Кета сидела неподвижно, не поднимая глаз. Рейш некоторое время наблюдал за своим врагом и слушал непристойности, которые произносил самозваный повелитель Перы, чувствуя себя акулой, которая вот-вот набросится на свою жертву. Он испытывал страх и отвращение и вместе с тем предвкушал сладость мести.
Он неслышно вошел в комнату. Илин-Илан подняла голову, но не подала вида, что заметила его. Рейш сделал ей знак молчать, но Нага Гохо поймал ее взгляд и резко обернулся, вскочил на ноги, так что драгоценный меховой плащ свалился на пол.
— Ха хо! — бешено завопил он. — Крыса во дворце!
Он попытался достать свою саблю из ножен, висевших на спинке кресла. Но Рейш опередил его. Не удостоив Нага Гохо удара саблей, он выбросил вперед кулак — и властелин Перы, перелетев через стол, едва не растянулся на полу, но, обладая незаурядной ловкостью и силой, перевернулся в воздухе и встал на ноги. Рейш бросился на него, однако вскоре убедился, что Нага Гохо так же овладел искусством борьбы, как и Рейш, знающий изощренные приемы, придуманные жителями Земли. Чтобы привести в замешательство Нага Гохо, Рейш нанес ему несколько ударов в челюсть левой рукой. Когда Нага Гохо схватил его за эту руку, чтобы вывернуть и сломать кость или перебросить его через плечо, Рейш ринулся вперед и ребром ладони правой руки нанес удар противнику. Нага Гохо, сделав отчаянное усилие, попытался пустить в ход ноги, но Рейш был готов к этому; схватив врага за ступню, он потянул изо всех сил, вывернул ему ногу, поднял как можно выше и сломал щиколотку. Нага Гохо упал на спину, Рейш ударил его ногой по голове; через минуту тот лежал с руками, связанными за спиной, и с кляпом во рту.
Рейш освободил Илин-Илан. Она закрыла глаза. Девушка выглядела такой бледной и измученной, что Рейш подумал: «Сейчас она упадет в обморок». Но она встала и, рыдая, припала к его груди. Он обнял ее, погладил по голове и произнес:
— Давай уйдем отсюда. До сих пор нам везло, но счастье может изменить. Там, внизу во дворе, дюжина воинов.
Рейш обвязал кожаным шнуром шею Нага Гохо.
— Вставай, быстро! — приказал он.
Нага продолжал лежать, выпучив глаза, что-то свирепо бормоча сквозь кляп. Рейш, взяв бич, ударил его по лицу.
— Встать! — Он потянул за шнур, и бывший предводитель щелкунов поднялся на ноги.
Ведя на шнуре Нага Гохо, который еле ковылял, морщась от нестерпимой боли, они пересекли проход, освещенный чадящими масляными светильниками, и вошли во двор, где за кружками пива сидели щелкуны.
Рейш передал конец шнура Илин-Илан.
— Иди через двор спокойно, не торопись. Не обращай внимания на этих людей. Отведи Гохо на дорогу.
Илин-Илан, взяв в руку шнур, прошла через двор, ведя за собой пленника. Щелкуны, сидевшие на скамьях, повернулись, с удивлением глядя на нее. Нага Гохо что-то настойчиво и быстро прохрипел; щелкуны нерешительно встали. Один из них медленно двинулся вперед. Рейш вышел во двор, держа в руках самострел.
— Назад! Сесть!
Щелкуны отступили, Рейш пробежал через двор. Илин-Илан и Нага Гохо спускались по склону холма. Рейш обратился к щелкунам:
— С вашим вожаком все кончено. И вам тоже пришел конец. Когда будете выходить из дворца, лучше вам оставить здесь оружие. — Он ступил на неосвещенную дорогу. — Не пытайтесь нас преследовать.
Он остановился и стал ждать. Со двора донесся взволнованный разговор. Двое щелкунов двинулись к выходу. Рейш встал в воротах, выстрелил в переднего из самострела и снова отступил в темноту. Прислушиваясь, он перезарядил оружие: во дворе царила полная тишина. Рейш снова заглянул внутрь. Все щелкуны стояли на противоположном конце двора, глядя на убитого товарища. Рейш повернулся и побежал по дороге; Илин-Илан изо всех сил старалась сдержать Нага Гохо, который дергал за шнур, чтобы притянуть к себе девушку, обрушиться на нее всей своей тяжестью и сбить с ног. Рейш выхватил у нее из рук шнур и потянул спотыкающегося и подскакивающего на одной ноге бывшего предводителя щелкунов к подножию холма.
Обе луны — Аз и Браз — взошли на небо: белые развалины древней Перы, казалось, светились слабым внутренним светом.
На площади стояла толпа, собравшаяся, чтобы послушать невероятные слухи, готовая рассеяться среди руин, если будет замечен отряд щелкунов, спускающихся с холма. Увидев лишь Рейша, девушку и ковыляющего Нага Гохо, люди стали подходить ближе, издавая удивленные восклицания.
Рейш остановился и оглядел обращенные к нему лица, бледные при свете лун. Он сильно дернул за шнур и улыбнулся тем, кто стоял в передних рядах.
— Ну вот вам ваш Нага Гохо. Он больше не ваш предводитель. Он разбойничал больше, чем можно было стерпеть. Что будем с ним делать?
Толпа неуверенно задвигалась: люди переводили глаза с Нага Гохо на Рейша и снова на предводителя щелкунов, который вглядывался в окружающие лица, словно стараясь запомнить их, чтобы потом жестоко отомстить. Дрожащий от ненависти, хриплый, низкий женский голос произнес:
— Содрать с него кожу, освежевать скотину!
— Посадить на кол! — пробормотал какой-то старик. — Он казнил так моего сына; пусть попробует, как сладко сидеть на колу!
— На костер! — визгливо завопил третий голос. — Сжечь его на медленном огне!
— Никто и не предлагает его помиловать, — заметил Рейш. Он повернулся к Нага Гохо. — Пришло время умирать. — Он вынул кляп у него изо рта. — Хочешь сказать людям что-нибудь?
Нага Гохо не мог найти слов, он лишь издавал какие-то странные гортанные звуки.
Рейш обратился к собравшимся:
— Давайте покончим с ним быстро, хотя он наверняка заслужил самое худшее. Ты, ты и ты... — указал он рукой на троих из толпы. — Снимите щелкуна. Эту петлю надо освободить для Нага Гохо.
Через пять минут лунный свет озарял темную фигуру, конвульсивно дергающуюся в петле. Рейш обратился к толпе:
— Я недавно прибыл в Перу. Но мне ясно, как, наверное, и всем вам, что город нуждается в том, чтобы им управляли порядочные люди, способные поддерживать порядок. Посмотрите, как этот Нага Гохо и кучка негодяев держали в страхе всех вас! Вы же люди! Почему вы ведете себя как стадо неразумных животных? Завтра вы должны все собраться и выбрать пятерых опытных и честных людей, которые образуют Совет Старейшин. Пусть с общего согласия они назначат предводителя, скажем на год, который будет судить и наказывать преступников. Вы должны организовать ополчение, набрать и вооружить отряд воинов, которые будут отражать нападения Зеленых Часчей и даже смогут изгнать их из окрестных земель или уничтожить. Мы ведь люди! Никогда не забывайте об этом! — Он взглянул на вершину холма, где стояла цитадель. — Десять или одиннадцать щелкунов еще находятся в этом здании. Завтра ваш Совет решит, как с ними поступить. Они могут попытаться удрать. Я бы посоветовал вам установить стражу: двадцати человек, расположенных на дороге, будет достаточно. Рейш указал на высокого чернобородого человека. — Ты мне кажешься смелым и решительным парнем. Возьми это на себя. Ты капитан. Выбери две дюжины из своих товарищей или, если хочешь, побольше, вели им стеречь дорогу. А сейчас я должен пойти посмотреть, как чувствует себя мой друг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
