— Не удивляйтесь и не пугайтесь, — продолжила девушка с легкой улыбкой, — мы знаем, кто вы, а вы вскоре узнаете, кто мы. Прадедушка редко встречается с незнакомцами, предварительно не проверив их. Ему уже девяносто два.
Она остановилась у калитки, за которой виднелось хитросплетение уходящих в самшитовую чащу тропинок Адам ободряюще глянул на друзей. Замечание девушки подтвердило его подозрение: прелестная Кэтлин Джордан была посвященной, и за ее плечами лежал опыт множества прошлых жизней.
Грядущая встреча теперь представлялась Синклеру совсем в ином свете. Некоторое раздражение, правда, вызывала мысль, что их «проверили». Адам Синклер мог быть Магистром Охоты у себя в Шотландии, но здесь Магистром был сэр Джон Грэхэм. Неизвестность держала Адама в легком напряжении, хотя в целом он не ощущал опасности.
— Это вход в наш лабиринт, — лукаво улыбаясь, сказала Кэтлин и распахнула калитку, жестом приглашая гостей войти. — Держитесь правой тропки, и вы не собьетесь с пути.
Последняя фраза могла быть просто дружеским напутствием, но, принимая во внимание предыдущие высказывания девушки, Адам понял, что в этих словах звучал скрытый намек. В эзотерике понятие «Правой Тропы» означало следование путем Света и противопоставлялось пути Тьмы. Таким образом, невинное замечание могло иметь целью подбодрить их. И все же, ступив на петляющую дорожку, Адам ощущал смутное беспокойство и нервно теребил сапфир на своем перстне. За его спиной беззвучно ступал Маклеод Отряд замыкал Перегрин, и Синклер поймал себя на мысли, как воспримет лабиринт самый младший и наименее опытный из них.
В то же самое время Перегрин размышлял, почему хозяин решил принять их здесь, на открытом воздухе, когда в доме это было сделать значительно проще. Странным казалось и то, что очаровательная Кэтлин оставила их одних. Лабиринт, конечно, был совсем детским по сравнению с теми, которые ему доводилось видеть, например, знаменитый лабиринт Тюдоров в Хэмтон-Курте. Однако по мере того, как они продвигались к центру, художник отчетливо ощутил скрытую подземную энергию, словно поверхность лабиринта представляла собой часть сложного замка, и нужно только подобрать подходящий ключ, чтобы освободить таящиеся в нем силы. Вокруг стояла неестественная тишина. Здесь почти не пели птицы, и ветер чуть шевелил на деревьях листья. Воздух едва ощутимо вибрировал, словно вдалеке работала динамо-машина Чем дальше они углублялись, тем сложнее становилось сосредоточиться. Мысли стали вялыми, и почему-то клонило в сон.
— Адам, куда мы попали? — прошептал Перегрин, хватая друга за рукав.
Синклер остановился. Его лицо выражало невозмутимое спокойствие.
— Я думал, ты догадаешься, — обронил Магистр. — Это магический лабиринт, типичная модель для сохранения и управления психической энергией. Конкретно этот предназначен не для работы — скорее для создания защитного экрана. Он тебя беспокоит?
Перегрин судорожно кивнул головой. Его сознание затуманилось, словно под воздействием наркотика.
— Да, — наконец выдавил молодой человек. — Мы в опасности?
— Вовсе нет, — уверил его Синклер. — Здесь обитает добрая сила. Хотя и она может угнетающе воздействовать на новичков. Ты бы надел кольцо, будет легче сохранить ясность мысли, пока мы находимся в зоне действия лабиринта. Думаю, этот эффект пропадет, как только мы доберемся до середины.
Только теперь Перегрин заметил, что на пальцах старших товарищей уже мерцали сапфиры. Юноша слабо кивнул и достал из кармана свой перстень. Его камень крепился на ободке в форме китайского дракона. Кольцо скользнуло на палец, и в тот же момент Перегрин ощутил, что окружающий мир изменился, словно из глаза вынули соринку.
— Лучше? — коротко осведомился Синклер.
— Да, намного, — кивнул Перегрин.
Туман, застилавший взор художника, исчез, однако присутствие скрытой силы сохранялось. Тропинка сделала последний поворот и закончилась у открытой площадки, вымощенной плитами из привычного песчаника. В центре возвышалась сама беседка — ажурная белоснежная конструкция, увитая розами. У входа в арку темнела фигура величественного седовласого старца.
Друзьям было известно, что бригадный генерал сэр Джон Грэхэм достиг почтенного возраста девяноста двух лет, но в его облике не было ничего, говорившего о духовной или физической слабости. Напротив, стройность фигуры отставного генерала и горделивая посадка головы свидетельствовали о том, что он сохранил силу и задор молодости. Его чуть восточные глаза смотрели спокойно и проницательно. Все еще красивое лицо покрывала сетка тонких морщин, которые прочертили не годы, как решил Адам, а тревоги и заботы. Старик был облачен во все черное, начиная от пуловера и широких брюк, и заканчивая эбонитовой прогулочной тростью с серебряным набалдашником, на котором величественно покоились его руки. На плечи отставного генерала было накинуто легкое летнее пальто, в тон всему костюму. Ощущение спокойной власти, исходившей от темной неподвижной фигуры, немедленно сообщило Синклеру, что перед ним стоит представитель одной из самых древних эзотерических традиций.
Согласно древней английской вере, существовавшей задолго до того, как христианство достигло берегов Альбиона, Человек в Черном олицетворял фигуру Бога Месяца, царственного супруга Королевы Луны. Вместе они воплощали могущественное Божество, которое оберегало туманный остров от всяческих напастей — болезней, мора и иноземных вторжений. Последний раз его действие проявилось во времена Второй мировой войны, когда вражеская нога так и не ступила на землю Британии. Скорее всего это было дело рук сэра Джона, подумал Синклер, поскольку он был самым старшим Человеком в Черном, возможно, самым могущественным на территории Англии. От старика исходила невероятная сила. Адам с легким удивлением осознал, что встретил личность равную, если не превосходящую его самого. Однако с каждым шагом Синклер убеждался, что сэр Джон, представ перед гостями в своем истинном облике, выказывал им наивысшую степень уважения. Он признавал их ровней, своими соратниками на службе Свету и Истине. Такое признание невозможно завоевать двумя телефонными разговорами, в одном из которых Адама представляла холодная, всегда сдержанная Линдси. Кэтлин прямо сказала, что их «проверили». Сэр Джон был отставным офицером разведки, но в случае с Охотниками это еще ничего не значило. Следовательно, Джон Грэхэм обладал иными источниками информации, неподконтрольными самому Синклеру, так как это был единственный способ узнать, кем и чем являлись его гости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
