Противоречивы и сведения об этапах, через которые должно пройти мироздание. Об этих этапах мы подробно расскажем ниже, а сейчас лишь вкратце обрисуем связанные с ними хронологические противоречия.
Зороастрийская литература называет три эры существования мира: «Творение», «Смешение» и «Разделение», по 3000 лет каждая. «Творение», в свою очередь, делится на два этапа: сначала Ормазд создавал духовные образы всех грядущих существ и предметов, а потом воплощал их в материи. Иногда на каждый из этих этапов отводят по 3000 лет, и тогда эра «Творение» длится 6000 лет{402}.
Вторая эра, Смешение, началась, когда дух зла Ахриман вторгся в мир и положил начало смешению добра и зла. Знаменитый литературный памятник «Бундахишн» (в переводе – «Сотворение основы»[91]) отводит на «Смешение» не 3000 лет, а 9000. Однако оговаривает, что «в течение этих девяти тысяч лет три тысячи лет все будет происходить по воле Ормазда, три тысячи лет – в смешении (воли) Ормазда и Ахримана, а в последние три тысячи лет злой дух будет обессилен»{403}. В результате «Смешением» называют как весь 9000-летний период, так и 3000 лет собственно «смешения воли» внутри него. Причем, согласно тому же «Бундахишну», творение материального мира началось уже после начала эры «Смешение». И можно считать, что первые 3000 лет этого «Смешения» являются, по сути, вторым этапом эры «Творение».
Современный российский теолог Т. Г. Сидаш пишет: «Сама эра Смешение, таким образом, была поделена на три периода (последний из которых, вероятно, будет иметь только начало, но не будет иметь конца). В самой эре Смешение начинают мыслиться первые три тысячи лет, как период Творенья. В 3000 году от начала эры Смешение рождается Зороастр, и в эре Смешение начинается период Смешение…»{404}
Но тут снова возникает противоречие. С одной стороны, до возникновения материального мира все будущие создания «оставались духовными образами, которые были недумающими, неподвижными и с неосязаемыми телами»{405}. Да и первый человек, Гайомард (Гайа Мартан), сотворен в самом конце 6000-летней эры «Творение», «когда прошло шесть тысяч лет», «в (период) зла»{406}. С другой стороны, на рубеже первого и второго 3000-летнего периодов «Злой дух увидел творения Ормазда, и они показались ему творениями очень одухотворенными, любознательными и достойными хвалы». Авторы настоящей книги затрудняются представить себе создание, будь то божество или человек, «недумающее» и «любознательное» одновременно. Более того, в это же время, на рубеже первой и второй эр, Ормазд приходит к печальной мысли: «…теперь, в период Смешения, есть много людей, которые совершают больше грехов, чем праведных дел»{407}. И если можно представить духовный прообраз будущего человека, одаренный любознательностью, то допустить, что этот прообраз во множестве совершает грехи, пожалуй, будет слишком смело. Поэтому не вполне понятно, когда же, собственно, духовные прообразы получили материальные тела и, в частности, когда же был сотворен первый человек. Соответственно, границы эры «Творение» и эры «Смешение» оказываются крайне неопределенными.
Третья эра, «Разделение», ознаменуется тем, что добро и зло снова отделятся друг от друга и зло будет полностью уничтожено. После чего в мире навеки воцарится добро. Миг окончательной победы добра над злом называется Фрашегирд (Фрашо-кэрэти), что означает «чудоделание, чудотворство». Но этот замечательный миг источники, а вслед за ними и современные исследователи, снова рисуют очень противоречиво. Например, современный российский специалист по зороастризму В. Ю. Крюкова утверждает: «Конец Эры Смешения, эры борьбы добра и зла, должен прекратить акт “Чудоделания”, окончательной победы гармонии над хаосом…»{408} Поскольку, как представляется авторам настоящей книги, хаоса в окружающем мире пока что предостаточно, а окончательной победы гармонии в ближайшее время не предвидится, Чудоделание, вероятно, еще не произошло. Соответственно, и эра «Смешение» отнюдь не завершена, а эра «Разделение» маячит в далеком будущем. Однако же В. Ю. Крюкова, вероятно, удовлетворена гармонией окружающего мира, она пишет: «Начало последнего трехтысячелетия – Эры Разделения – ознаменовано рождением Заратуштры…»{409} Но Заратуштра родился около 3000 лет назад, и, по логике исследовательницы, эра «Смешение» должна была в те годы смениться эрой «Разделение», а значит, Чудоделание и победа над хаосом давно стали достоянием истории Древнего мира.
В этом вопросе мы полностью согласны с Мэри Бойс, которая считала, что мы живем в эру «Смешение», и в 1979 году писала: «А пока все печали и трудности в настоящую эру “Смешения” – часть битвы против Злого Духа»{410}.
Впрочем, можно допустить, что эра «Разделение» давно наступила. Но тогда надо признать, что Чудоделание должно прийтись не на начало, а на конец этой эры. Такой точки зрения придерживается, например, И. В. Рак[92]. Он, как и В. Ю. Крюкова, считает, что «Разделение» началось с рождения Заратуштры или же с того дня, когда пророк получил откровение от Ормазда. Однако Чудоделание, с его точки зрения, начнется через 3000 лет после этого, а то, что наступит после Чудоделания, будет лежать уже вне основных трехтысячелетних этапов. Он пишет, что с приходом пророка в мире должна была наступить «Эра Разделения – последние три тысячи лет мировой истории»{411}.
Если И. В. Рак называет «Разделением» эпоху, которая завершится Чудоделанием, то Мэри Бойс называет этим словом эпоху, которая за Чудоделанием последует. Она пишет:
«…Человечество имеет с благими божествами общее предназначение – постепенно победить зло и восстановить мир в его первоначальном, совершенном виде. Замечательный миг, когда это совершится, называется Фрашо-кэрэти (на пехлеви Фрашегирд), что, вероятно, означает “Чудоделание, чудотворство”. На этом вторая эра закончится, так как начнется третья – “Разделение” (на пехлеви Визаришн). Тогда добро будет снова отделено от зла, а поскольку последнее будет окончательно уничтожено, то “Разделение” продлится вечно…»
Короче говоря, путаница в зороастрийской хронологии и терминологии царит невероятная{412}. В значительной мере она связана с тем, что тексты, которые затрагивают эту тему, по своей сути восходят ко временам Заратуштры, но сохранились в основном в рукописях конца I тысячелетия н. э. или в их еще более поздних копиях. Как бы мы ни датировали жизнь пророка, между ней и доступными нам сегодня текстами обычно лежит не менее полутора-двух тысячелетий. За это время зороастризм пережил и массовое уничтожение рукописей, и устную передачу традиции, и иноземные влияния…
Так что не будем нервно перечислять возможные сроки жизни Заратуштры и высчитывать возможные даты Конца Света. Сегодня никто уже точно не скажет, что такое «Разделение» и когда именно произойдет Чудоделание…
Но существует и еще один повод для оптимизма. Дело в том, что понятие времени у зороастрийцев отличается от того, к которому мы привыкли в повседневной жизни. Они различают «время безграничное» (Зурван Акарана) и «время ограниченное» (Зурван Даргахвадата)[93]. Первое – «нестареющее, бессмертное, безболезненное, нечувствительное, нетленное, неуязвимое, навсегда и навечно, и никто не может схватить его (и) ослабить его власть»{413}. Второе – время в обычном понимании этого слова. Ормазд сотворил в «безграничном времени» Зурван Акарана конечный замкнутый его отрезок – Зурван Даргахвадата, время конечного мира продолжительностью 9000 или 12 000 лет.
