Находясь в глубине зала и лично наблюдая выпавшие на долю Беллы унижения, убежденный, что он сам приложил руку к падению прелестной красавицы, нечаянно раскрыв ее инкогнито в доме Ланса, мучимый чудовищным чувством стыда, сэр Роланд Гиббон покинул бал, чтобы повидать своего друга в одном из клубов. Он намеревался призвать его к ответу за то, что отдал прекрасную молодую женщину на съедение волкам, поскольку, по его мнению, именно их идиотское пари стало началом всех выпавших на долю Изабеллы Эйнсли невзгод.
Войдя в тускло освещенный игорный зал закрытого клуба для джентльменов, далеко не страдавшего от недостатка обеспеченных членов, готовых спускать огромные суммы, ставя целые состояния на карту или проигрывая их в кости, Роланд нашел Ланса, только что завершившего неудачную партию в «фараон»[5].
Заметив друга, лорд Бингхэм поднялся, храня на лице суровое, непреклонное выражение.
Роланд негромко рассмеялся.
— Для человека, которому обычно везет в карты, у тебя необычайно постная физиономия.
Ироничная улыбка тронула губы Ланса.
— Сегодня у меня несчастливая ночь. Как тебе хорошо известно, я обычно нахожу карты достаточно приятным занятием, однако сейчас я никак не могу сосредоточиться. Давай-ка лучше мы с тобой выпьем.
Два друга покинули общество картежников и заняли удобные кресла в холле. Ланс кивнул лакею, чтобы тот принес два бренди на их стол.
Последовало несколько минут вежливой тишины, затем Роланд задумчиво произнес:
— Я только что прибыл с бала Шофилдов в Мейфэре — как обычно, восхитительное событие.
— Тогда почему ты там не остался?
— Я направился сюда, чтобы разыскать тебя. Вдовствующая графиня Харворт задалась целью пойти против мнения всего света и вновь ввести мисс Эйнсли в общество, чтобы она заняла подобающее ей место. Идея, насколько я успел сегодня заметить, абсолютно провальная. Конечно, нельзя не восхищаться ее храбростью, однако прекрасной Белле Эйнсли не позавидуешь.
С раздраженной гримасой Ланс откинулся на спинку кресла и взял в руку стакан.
— А какое это все имеет ко мне отношение, Роланд?
— Самое что ни на есть прямое, мой друг, — заметил Роланд, положив ногу на ногу и стараясь говорить тоном спокойным и безразличным.
Ланс окинул приятеля ледяным взглядом:
— Это каким же образом?
— Белла Эйнсли стала парией почти для всего высшего лондонского света. Мне представляется в высшей степени несправедливым тот факт, что в то время, как она подвергается столь суровому остракизму, беспринципный негодяй, принесший ей в жизни столько несчастий и перечеркнувший все ее надежды на будущее, наслаждается дарами фортуны.
Ланс замер с поднесенным ко рту стаканом.
— Ты преувеличиваешь, Роланд. Мисс Изабелла Эйнсли прекрасная молодая женщина, дебют которой признан самым успешным в этом сезоне.
— Это было до того, как она тебя встретила. С тех пор как стало известно, что она провела некоторое время наедине с тобой в твоей спальне, все в свете уверены, будто она использованный товар. — С хмурым удовлетворением Роланд наблюдал за тем, как начала подрагивать мышца на окаменевшей нижней челюсти Ланса. — Она поступила очень смело, решив показаться на балу и открыто выступить перед лицом столь откровенно выраженной враждебности. Ты бы задумался о том, как тебе повезло, что ее бабушка не стала выдвигать против тебя обвинений в разбое. В результате всех твоих действий мисс Изабелла Эйнсли оказалась беззащитной перед жестоким презрением света и, вероятно, вынуждена будет покинуть Лондон, чтобы жить в постыдной изоляции в Вилтшире.
— Да ладно, Роланд, все не может быть так плохо.
Роланд вопросительно посмотрел на друга:
— Ты и в самом деле не имеешь ни малейшего представления, Ланс?
— Сезон уже скоро завершится, а я видел ее последний раз ровно две недели назад. Я нигде не бываю, за исключением своего клуба, полностью погрузившись в дела управления имением, поскольку твердо намерен отбыть в Райхилл через несколько дней. А кроме того, — с презрением добавил он, — в нашем кругу, словно в насмешку зовущимся приличным обществом, не принято обсуждать открыто обстоятельства, касающиеся вас лично. Только за глаза. И как она выносит все это?
— Она и не выносит… если только я не упустил что-нибудь из виду. Впервые, когда я имел честь встретить мисс Эйнсли, ее окружала сверкающая, словно искрящая атмосфера, — я был оглушен, ошарашен… А теперь искры потухли, она безжизненно плывет по течению. Несомненно, ей будет очень тяжело простить тебя за всю ту травлю, что ей пришлось вытерпеть.
Ланс почти не придавал значения мыслям о том, что Белла может испытать на себе презрение общества.
Он внезапно вспомнил о своем отце. Поскольку Ланс был его единственным отпрыском мужского пола, тот считал своим долгом делиться с сыном мудростью, приобретенной им на собственном опыте, учить мальчика не словом, а личным примером. Превыше всего отец желал донести до него подлинное значение понятий о чести и долге, и его уроки Ланс не раз применял на практике, как во время военной службы, так и в повседневной жизни. К сожалению, эти представления о чести и долге отсутствовали в его отношениях с Дельфиной, однако ему следует не забывать о них, собираясь разрешить постыдную ситуацию с Беллой.
И как это часто случалось с ним в последнее время, к своей великой досаде, он невольно поддался грезам об этой прелестной молодой женщине.
И хотя он считал себя невосприимчивым к искусным женским уловкам и к тому же был знаком с Беллой совсем недолгое время, лорд Бингхэм все больше и больше задумывался о том, что никогда не сможет освободиться из ее нежного плена. С самого начала она обостряла все его примитивные мужские инстинкты. И чем чаще прекрасная мисс Эйнсли посещала его сокровенные мысли, тем более обескураживающими эти видения представлялись для его мужской гордости.
Он попал в ловушку и был не в состоянии думать о том, как справиться со стоявшей перед ним неразрешимой дилеммой. Между тем брачные путы все туже стягивались вокруг его шеи. Если он женится на Белле, все может сложиться не так уж и плохо… Однако в данный момент Ланс ощущал ярость оттого, что вынужден подчиниться обстоятельствам и принять абсолютно неприемлемое для него решение, не в силах контролировать свое собственное поведение.
— Насколько я понимаю, — продолжал Роланд, — ты оказал ей очень плохую услугу. И у тебя нет иного выхода, кроме как попытаться спасти ее из незавидного положения, в которое она попала. На балу нет недостатка в симпатичных кавалерах, однако никто не приглашает ее на танец. Господи боже мой, Ланс, мне сложно винить эту леди, если ей взбредет в голову возненавидеть тебя.
