— Что?.. — озадачилась Мэрит, сбитая с толку таким поведением Эджила. — Но ты и Диана…
— Женаты, — пояснил герцог. — А в моей семье меня всегда учили быть верным своей второй половине. Разве в вашей семье иначе, леди Айдж?
— А?.. Нет… Я… это… — мямлила девушка, не моргая смотря на мужчину.
Она его не узнавала. Не знала, как реагировать, чего ждать, и всё шло не по задуманному сценарию. Привычный для неё спектакль рушился на глазах. И это опасно… Эджил раскрывает себя. Только не это! Мы ещё не готовы к игре в открытую.
— Эджил! — строже произнесла я, пытаясь его остановить.
— Хорошо, — с улыбкой отозвался молодой мужчина, после чего наклонил голову к моему лицу и, как бы в шутку, играючи, провёл носом вдоль моей пухлой щеки. — Уже идём, — шепотом заверил он, но Мэрит всё слышала. Более того, посмотрел на девушку и добавил: — Моя жена голодна. Прошу нас простить, леди Айдж.
Слегка поклонившись, мужчина развернулся к девушке спиной и продолжил путь.
— Это было безрассудно, Эджил, — обратилась к Воланду, когда расстояние между нами и дочерью барона стало безопасным. — Она теперь точно поймёт, что что-то не так.
— И пусть, — холодно и зловеще, без тени улыбки произнёс герцог. — У меня кончилось терпение плясать под чужую дудку.
— Я понимаю, но… у нас ничего нет.
— Сдаётся мне, что и у неё… ничего нет, — задумчиво протянул Эджил.
— О чём вы? — спросила у него, но ответа не последовало. Похоже, Воланд и сам до конца не был уверен, а возможно, он и в самом деле больше не мог терпеть.
***
Как обычно после урока Сюзи помогала мне собрать сумку с тетрадями и учебниками. Тем временем я мило общалась с некоторыми одноклассницами, которые изредка находили в себе смелость обращать на меня внимание. Среди них, естественно, была Ханна.
Девушка часто звала к себе на чашечку чая, чтобы обменяться сплетнями, слухами и просо переживаниями. А если учесть, что академия сейчас на ушах стоит, это вполне естественное желание современной леди.
Я ждала Сюзи, стоя в коридоре и общаясь с другими девушками. Да, свой предыдущий круг общения вернуть вряд ли удастся. Им нужна власть, а она сейчас целиком и полностью в руках Мэрит. Но есть и те, кто не бежит за деньгами, славой и властью, но им интересна светская жизнь. Именно с такими людьми отношения лучше поддерживать на хорошем уровне. Ещё можно сказать, что на окружающих повлияло отношение Эджила ко мне. Он дал мне возможность говорить и требовать. Я считалась капризной женой, которую можно задобрить только драгоценностями с бессовестно огромной ценой. Это не совсем правда, но именно такой слух заставляет всех прислушиваться к детскому голосу проклятой герцогини.
Девушки уже собирались пойти вперёд, договариваясь о том, чтобы встретиться немного позже и пообщаться, как одна из них неожиданно вскрикнула, смотря мне за плечо. Я обернулась, ожидая столкнуться с чем угодно. В какой-то момент я даже подумала, что это Мэрит. Вновь что-то удумала и решила проявить себя, но нет… Это была не Мэрит.
— Брат?.. — только и успела произнести, перед тем как высокий юноша молча подхватил меня на руки, и со скоростью атлета побежал вдоль коридора, и выскочил из академии на улицу.
В голове в тот момент крутилась всего одна мысль: «Только не это!»
Мне было страшно.
Я не знала, куда Эрик тащит меня, но видела, как академия всё больше и больше отдалялась от нас. Мы пробежали мимо сада из роз, прошли ограду, забежали в небольшой лес и остановились только тогда, когда добрались до огромного тёмно-синего озера. Только после того как Эрик убедился, что за нами никто не идёт и поблизости ни души, он отпустил меня на землю.
Неосознанно я прижалась к широкому стволу дерева, которое находилось за моей спиной. Что же он задумал? Что на этот раз? Очередное проклятие? Но почему? Я думала, что Эрик постепенно приходит в себя, но… неужели всё вернулось? Эрик не кричал, не проклинал меня, просто старался отдышаться, так как бежал действительно быстро, и искал что-то в карманах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ваша Светлость?.. — робко начала я, стараясь не злить юношу лишний раз.
— Диана, ты… — произнёс Эрик, нахмурив брови и поджав губы. Словно ему плохо. — Ты имеешь полное право ненавидеть меня…
— Что? — не поняла его.
— Я… действительно даже «братом» твоим зваться не имею права, — продолжал он. — Раньше… Раньше нам даже не нужно было говорить друг с другом, чтобы понять, кто о чём думает. Мы и так всё прекрасно знали. Что же с нами случилось? Нет… Что со мной случилось? Почему?.. Я… Диана, — взглянул мне в глаза. — Я так виноват… Я предал тебя и нашу дружбу.
По щекам парня потекли крупные слёзы сожаления, вины и ненависти к себе. Находясь в светлой форме студента академии, он рухнул передо мной на колени, совершенно не заботясь о том, что ткань на штанинах мгновенно впитала всю болотистую грязь вокруг.
Эрик выглядел разбитым. Он даже в детстве никогда так горько не плакал. Всегда был сдержан и передо мной старался выглядеть лучше. Но сейчас… взрослый юноша стоит на коленях и плачет, не в состоянии посмотреть в глаза.
— Э… Эрик, — позвала его, чувствуя растерянность. Как мне следует поступить в такой ситуации?
— Диана, я, правда, не понимаю, почему так поступил, — пытался он объяснить. — Словно мной манипулировали, но… Это был точно я. И точно моё тело. Мои руки… Мои слова… Это было так жестоко и так несправедливо по отношению к тебе. Я понимаю, что простого «извини» будет недостаточно.
— Эрик, всё хорошо, — попыталась поговорить с ним, чтобы успокоить. — Это не твоя вина. На это есть причины. Позже я всё объясню. А пока…
— У меня нет уверенности в том, что я вновь не совершу что-то ужасное, — тихо произнёс брат, после чего достал из-за спины ритуальный нож из кабинета по изучению тёмной магии.
Как он смог его оттуда достать? Весь инвентарь преподавателей хранится под защитным заклинанием. Что она удумал?!
— Брат?..
— Хах! — улыбнулся юноша, который своей красотой был больше похож на ангела, нежели на человека. — Ты до сих пор зовёшь меня так? Даже после того как я желал тебе смерти и пытался убить? Ты так… мила.
— Брат, прошу, убери нож, — просила Эрика, старясь сохранять строгость и спокойствие в голосе.
— Но что, если я вновь буду не в себе? — продолжал он рассуждать вслух. — Что, если я вновь попытаюсь причинить вред своей семье? Своей единственной сестре? Если подобное повторится, то я…
— Эрик Хэлстейн, послушай меня внимательно. Это не повторится. Это…
— Уж лучше я, нежели ты, — закончил Эрик, после чего нанёс ножом резкие режущие раны на запястье и шее.
— НЕТ! — закричала, вытянув ладонь перед собой, но было уже поздно.
Эрик — талантливый волшебник. Как только порезы ритуальным ножом были совершены, юноша закрыл глаза и принялся шепотом читать заклинание. Кровь, которая вытекала из ран, видоизменялась и принимала форму магических рун, которые тут же приобрели серебряный цвет и окружили стальными браслетами его руки и шею. Рана затянулась, но теперь на шее и запястьях было клеймо… Клеймо клятвы.
Эрик сам себя проклял.
— Теперь всё будет хорошо, Диана, — улыбался брат, у которого до сих пор стекали слёзы по щекам. — Теперь, даже если я вновь потеряю рассудок и попытаюсь навредить тебе, заклинание убьёт меня раньше. Я неопасен…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Эрик… — вздохнула я, закрывая глаза. — Что же ты наделал?..
— Прости, — шептал брат. — Я так виноват…
В тот момент мне ничего не оставалось, кроме как шагнуть к юноше и попытаться обнять его. Руки брата крепко обхватили моё тело, словно он только этого и ждал.
