— Мы не против! — заявила Марьяна. — Мы дамы современные, без предрассудков.
— Да я и не… думала… что… — промямлила Лиза. — Просто вы такие раскрепощенные, а у меня уже десять лет один парень.
— Да ладно?! — ахнула Марьяна.
Фая убежала купаться — подробности об «одном парне» она хотела услышать на трезвую голову, а Алиса, наоборот, подлила себе вина и под шумок ухватила последний эклер.
— Ну, да… — кивнула Лиза.
— Слушайте! — Алиса расхохоталась и долго не могла успокоиться. — У Лизы такой вид, словно она призналась, что спит с шимпанзе, а на досуге устраивает оргии на могилах, а на самом-то деле у нее просто десять лет один парень! Ох, ну, мы извращенки!
Вылезшая из пруда Фая села рядом с Лизой, приложила ладони к щеками и очень грустно спросила:
— Как же ты, бедненькая?
За что схлопотала пендель от Алисы.
— Ладно, кто он? — улыбнулась Марьяна. Видимо, так она рассчитывала подбодрить Лизу.
Но та еще больше помрачнела.
— Просто хороший человек! — отрезала она.
От нее исходила такая враждебность, что девушки насторожились.
— Я что, тебя обидела? — резко спросила Марьяна, которая не любила таких фортелей.
— Да, Лиза, в чем дело? — растерялась Алиса.
— Я просто не люблю, когда лезут в мою личную жизнь, — спокойнее, но все еще не очень любезно ответила Лиза.
Алиса только было собралась выдать что-нибудь дипломатичное, как вмешалась Фая:
— Не любишь?! — воскликнула она. — А слушать о том, как мы, с кем и где — любишь?! Молчать!!! — заорала она на Алису, которая попыталась ее утихомирить. — Нет уж, дорогуша, так не пойдет! Мы тут тебе не «Комеди Клаб» и не «Секс в большом городе»! Мы твои подруги, так что не надо делать такое лицо и говорить таким тоном!
— Послушай меня… — Лиза тоже попробовала повысить тон, но она не знала Фаю.
— А тебе нечего мне сказать! — грохотала Фая. — Либо ты с нами — и рассказываешь о своей личной жизни, либо иди-ка ты, подруга, в консерваторию и беседуй там беседы о высоком и прекрасном! Ясно?!
Фаю уже было не угомонить. С ней случались такие припадки — стоило услышать фальшивую ноту, и она выходила из себя, прихватив весь свой непальско-еврейский темперамент.
Однажды она мирно поедала креветок на каком-то празднике, и к ней подошла знакомая, которая уставилась на Алису и сказала, мило улыбаясь:
— Ой, какой красивый цвет волос! Только от краски волосы та-аак сохнут, выглядят, как солома, и ничего не помогает…
Но она была вынуждена замолчать, так как Фая швырнула на землю тарелку с креветками и завопила:
— У тебя сейчас вообще волос не останется! — и кинулась к вражине.
Но при всем том, подобные припадки случались не всякий раз — Фая нацеливалась на жертву по какому-то ей одному известному принципу.
Лиза вскочила, пробормотала «пока» и побежала к машине. Это еще хорошо, что они приехали на двух автомобилях — Марьяны и Лизы, иначе ей бы пришлось топать пешком — Фая не разрешила бы довезти ее до гаража.
— Нет, ну вы посмотрите… — Фая раздувала ноздри и топала ногами.
Подруги, привыкшие к таким выходкам, спокойно уселись на траву и вернулись к пирожным.
— Чего ты вообще распсиховалась? — небрежно спросила Марьяна.
— А она мне никогда не нравилась! — смело заявила Фая.
— Да ладно! — рассмеялась Алиса. — Да ты первая кричала, какая Лиза классная, как с ней весело…
— Я имела в виду не Лизу, а все эти вечеринки и ее возможности. Она сама мне не симпатична.
— Почему? — Марьяна налила в стакан минералки и протянула Фае.
— Вот поэтому… — Фая кивнула в ту сторону, куда убежала Лиза. — Что она, как эта… Что за тайна? Ты видела, как она на нас смотрела? Как, блин, Кондолиза Райс на Бен Ладена! А что мы? Мы просто спросили: кто твой парень? Вам не кажется это странным?
Им это странным казалось.
Ну что за парень такой, который стоит того, чтобы испортить пикник? То есть парень, может, и стоит пикника, но они же не только не сказали в его адрес ничего оскорбительного, они вообще ничего о нем не знают! Чушь.
Н-да, Лиза — тот еще фрукт. Может, она встречается с Абрамовичем? Чем еще объяснить подобную скрытность?
Лиза позвонила на третий день. Очень извинялась. Раскаивалась.
— Понимаешь, мне неудобно — у вас бурная личная жизнь… Вы такие раскрепощенные, а я вам все время поддакиваю, а сама уже десять лет живу с одним человекои! — оправдывалась она. — Я, наверное, дура, но мне даже стыдно — я тебе столько всего наговорила по ведьм, про свободу, ты Марика бросила, а я, получается, двуличная прохиндейка… Я просто была не готова. Хочешь, я вас познакомлю?
— Не знаю… — с большим сомнением отозвалась Алиса. То есть, конечно, ей очень хотелось воочию увидеть загадочного любовника Лизы, но она должна была немного ее помучить, ответить равнодушием и пренебрежением.
— Алиса, прекрати дуться! — рассердилась Лиза. — Ничего уж такого ужасного я не натворила! Давай встретимся, пообедаем, а потом я покажу Пашу остальным…
И Алиса сдалась без боя — она должна была оценить этого Пашу, ради которого Лиза чуть было с ней не поссорилась.
Договорились встретиться в «Версии». На всякий случай Алиса приоделась: натянула моднючие узкие джинсы от «Нотифай», платье-халат от «Персонаж» и влезла в босоножки на шпильке от «Миу-Миу», которые прикупила за восемьдесят долларов на Амазон. com, когда была в Сан-Франциско у подруги.
Она забежала в салон на укладку — лень было самой возиться с волосами, и заодно уж сделала изящный макияж — после того, как визажистка показала новые зеленые рассыпчатые тени от «Мак» — перед ними невозможно было устоять. Алиса даже успела за десять минут сгонять в ГУМ (благо ресторан на Варварке) и закупиться такими же, и еще сиреневыми и золотистыми. В ресторан ворвалась счастливая, так как успела заскочить в «Боско-спорт» и отметить чудные пиджаки от «Марис и Франсуа Жирбо» в богемном французском стиле, которые собиралась купить, как только отделается от Лизы.
Лиза выбрала столик у окна. Алиса сразу ее заметила — та надела ярко-красное платье с воротником поло. Больше ничего примечательного Алиса не увидела — молодой человек неприятно ее удивил. Он был… Ну, как если бы ей было лет шестнадцать, и он бы пел в мальчиковой группе — такой объект вожделения для переполненных гормонами подростков. Типа — тебе беленький, мне — черненький.
Правда, «мальчику» было за тридцать, сладенькое личико украшали морщинки, а стиль одежды напоминал каталог «Отто», мужская линия: кожаная куртка, джинсы, белая майка, ботинки.
