бы слишком жестоко. Поэтому решено было отправить их в ссылку, как раз князю Владимиру нужны были руки для восстановления рыбацких поселений. Пусть посмотрят как живёт простой смертный на их землях, может тогда и проникнутся моими целями.
— Александр, поздравляю с победой, — на подъезде к землям Огненного Рыцаря меня встретил Виктор.
— Да, молодец, но ещё раз поручишь мне какую-то скучную ерунду, пока сам будешь сражаться… — произнесла сидящая позади него Королева Охотниц. — Мы поссоримся.
— Всё прошло без боя?
— Почти, небольшие силы враг оставил, но попробуй её остановить… — пояснил Виктор и кивнул назад, в сторону, собственно, Королевы Охотниц. — Замка у него не было, но особняк вполне себе роскошный, а ещё там две породистые лошади. Ну и кое-какие богатства в погребе. Негусто, но лучше чем ничего.
— Разошли всем рыцарям предложение объединиться против Герлиона. Ах да, и насчёт замка… пока слухи ещё не разошлись, нужно разобраться с как можно большим количеством врагов поодиночке. И желательно захватить чей-нибудь замок. Есть на примете какой-нибудь рыцарь, пропивший все отложенные на создание рва деньги?
Глава 15
— М-да… — протянул я, глядя на застывший во тьме замок. — Оторвать бы руки тому зодчему, что потратил впустую столько времени, чужих сил и камня.
Затем со мной на лошади поравнялся и Виктор, который не стал никак комментировать жалкое зрелище. Рва нет, стены прохудились, роль башни выполнял только сам донжон, являющийся главным помещением. Ворота из подгнившего дерева, ужасающая вонь и, конечно же, отсутствие самого рыцаря. К слову, рыцаря мы поймали в борделе, в городке неподалёку.
Я же подшпорил лошадь и поехал вперёд. Бойницы были под моим присмотром, но в ответ на нас никто уже не смотрел. Гарнизон составляли едва ли тридцать человек, что довольно много, но не для Королевы Охоты.
— Проклятье! — вдруг под ноги к нам упало брошенное со стены тело, которое напугало лошадь Виктора и едва не выбросило того из седла. — Твоя любовница не может действовать аккуратнее?!
— Неа, — раздался ленивый голос самой Королевы, которая скучающе смотрела на нас со спины. — Гарнизон уничтожен, ворота вот-вот откроем. Правда нахрен нам эти руины я понять не могу.
В её словах имелся смысл, однако действительность была такова, что остальные рыцари получили чёткие и однозначные указания от Герлиона. Но собраться вместе без своего лидера они не смогли из-за множества ссор и споров о том, кто возглавит общую армию, а после попытки Огненного Рыцаря дать мне бой все смекнули, что не всё так просто. В результате Герлион приказал всем сесть в замках и ждать его.
Хотя на самом деле дело было не только во мне. В нескольких деревнях поднялся мятеж крестьян, а ещё князь Владимир начал делать то же, что и я, только с большим размахом. Он собрал под своим началом целую рать и склонял одного вассала Герлиона за другим на свою сторону силой, угрозами и авторитетом.
У него получалось куда лучше, чем у меня, однако замков на полуострове было прилично и даже наших общих сил не хватало, чтобы быстро и молниеносно взять под контроль большую их часть. В некоторых из них гарнизоны были свыше двух сотен человек! В других городках в ополчение призывали всех мужчин, которые не дадут нам взять даже стены из дерева.
Да, на самом деле мы могли взять несколько замков и городов, но что потом? Армию мы истощим, большую часть не захватим, а там уже и Герлион прибудет, после чего объединится со своими оставшимися в тылу вассалами и разобьёт нас. Проблем хватало и требовался новый план. Поэтому князь Владимир уже спешил к этому замку дабы увидеться со мной лично.
— Как там твоя разведка в Стальном? — поинтересовался я у Виктора, попутно спешиваясь во внутреннем дворе и проходя через гигантские дубовые двери донжона.
— Народ в целом на нашей стороне, мы готовили почву долго и если Герлиона ещё хоть как-то уважают, то вот Маннелига презирают даже его же люди. Он мало того что от похода на север отказался, так ещё и спрятался тут, решив не выступать против нас и князя Владимира. Это восприняли за трусость. Ну и, конечно же, слухи о его связях с троллихой своё дело сделали. Не знаю даже что обсуждают сильнее, то, что Маннелиг не держит слово, или то, что он скотоложец.
— Разве тролли это скот?
— А ты это простому люду иди объясняй. Это прозвище уже прижилось, ничего не поделаешь.
К вечеру снова выпал снег. Затем к замку прибыло и наше подкрепление. За столь малый срок мы не смогли подготовить профессиональную армию, но благодаря влиянию Виктора среди егерей и помощи охотниц нам удалось сделать достаточно луков и запас тетивы для них. Стрел тоже должно было хватить на одну битву, а вот провианта по расчётам оставалось до конца года. Зима будет тяжёлой для победителя, кто бы им ни был.
— Меня очень волнует Маннелиг, он что-то затеял, — за широким столом, на котором мы расположили карты, произнёс Виктор.
— Что-то? Он просто трус, который ждёт, пока его враги поубивают друг друга. Даже я это понимаю, хоть и не жила на вашем полуострове, — усмехнувшись произнесла Королева, ковыряясь трофейным кинжалом в зубах. — Лучше скажите сколько мяса мы нашли в кладовых. Мы, охотницы, зерно жрать не будем.
— Кто о чём, а дикари о жратве! — что-то уж слишком вспыльчиво воскликнул Виктор, чем уже было заставил Королеву схватиться за меч, и только мой взгляд спас его от ответа перед весьма опасной женщиной.
— Виктор, друг, я всё понимаю и Маннелига мы призовём к ответу за все его преступления. Однако только из-за твоих личных мотивов мы нападать на него не станем, — терпеливо пояснил я, надеясь, что этим не подолью масла в огонь.
— Дело не в моих мотивах! Маннелига нельзя оставлять за нашей спиной! Его нужно убрать первым!
В результате мы начали спорить о том, кого нам стоит убить первым: Маннелига или Герлиона. В обоих случаях выходило так, что оставленный в живых нас точно добьёт, а каких-то новых аргументов найти не удавалось. В результате мы начали обсуждать одно и то же по второму кругу и уже хотели начать третий круг, как вдруг явился князь Владимир в сопровождении своих храбрых и воспрянувших духом дружинников.
— Давно не виделись, братцы! — весело воскликнул он и рассмеялся, упирая руки в бок, а на правой кисти его уже красовался простой механический протез в виде перчатки. — И сёстры! Помню я
