Винс взял записку в руки и прочитал, втайне надеясь на то, что это не очередное извинение молодой женщины.
«Винсент, – было написано ровным почерком Шарлотты, – пожалуйста, надень сегодня свою военную форму. У нас назначена важная встреча в одиннадцать часов».
Наверное, Винс ДаКоста был единственным человеком в Америке, который шел на встречу с президентом Рузвельтом, испытывая при этом легкое разочарование.
Он-то до последней минуты надеялся, что они с Шарлоттой возьмут такси и отправятся в Мэриленд, где сразу же зарегистрируют их официальный брак.
Но Чарли задумала нечто иное.
Когда Джеймс был награжден медалью посмертно, в Белом Доме проходила торжественная церемония в память о тех, кто погиб в тот страшный день. Чарли тоже должна была присутствовать там, но она лежала в кровати с гриппом. И тогда президент Рузвельт разрешил ей встретиться с ним в Белом Доме, когда ей будет удобно. Если, конечно, время устраивало и его самого.
В то январское утро 1944 года назначенное время его устроило.
– Будь лаконичным и говори по делу, – давала Шарлотта последние инструкции, когда их провели к Овальному кабинету.
– Спасибо тебе, – тихо сказал он, понимая, что говорит что-то совсем не то. Она предоставляла ему шанс, хотя и незначительный, но все же шанс – сделать что-то, что изменило бы ход войны в лучшую сторону.
И, возможно, умереть.
Он видел все это в ее глазах, несмотря на то что внешне она оставалась на удивление спокойной.
– Да, – кивнула она. – Без всякого сомнения, я пожалею об этом.
И вот они вошли в кабинет и оказались лицом к лицу с президентом.
Винс вспоминал потом, как прошел к огромному столу и пожал руку президенту Рузвельту. Но даже в тот момент он еще не знал, что будет говорить.
Тарава. Он рассказал президенту о том, что случилось на Тараве и как все происходило. Потом он сказал, что вырос на море, и объяснил, как его навыки пловца могли бы помочь добыть нужные сведения об острове и способах проникновения туда.
Он хорошо помнил, как отражался свет в стеклах очков президента, запах сигаретного дыма. Потом в кабинет ворвался помощник и попытался выставить Винса и Шарлотту в коридор, потому что они оставались наедине с президентом дольше назначенного времени. Но Рузвельт дал сигнал секретарю, и тот незамедлительно удалился.
Президент предложил Винсу присесть на диван, а сам вышел из-за своего громадного стола и устроился рядом с гостем. Президент рассказал ему о том, что подобный отряд уже формируется в Форт-Пирсе, штат Флорида, и будет называться Командой для уничтожения противника под водой. И тогда Винс понял, что его мечта воплощается в жизнь.
В какой-то момент в ходе беседы Рузвельт спросил Винса, не хочет ли он сам стать членом такой команды, и ДаКоста искренне ответил: «Да, сэр!» После этого Шарлотта поднялась со своего места, тихонько извинилась и вышла из кабинета, оставив мужчин одних.
Для Винса победа оказалась сладко-горькой. Ему нужно было почти сразу же отправляться во Флориду.
Он получил то, чего хотел, к чему так стремился.
Правда, еще больше Винсу хотелось завоевать сердце женщины, которая, как она уверяла, не любит его.
И только в самый последний момент в решение проблемы вмешалась сама судьба.
– Да, – сказал Винс, раздумывая о поездке на Гавайи в 2003 году. – Я действительно хочу ехать. А что ты думаешь по этому поводу?
– Почему это вдруг стало так важно для тебя? – спросила она.
И внезапно его осенило. Он все понял.
Да просто потому, что он сам прожил жизнь Джеймса.
Винс прожил ту самую жизнь, которая должна была принадлежать Джеймсу Флетчеру. И теперь он обязан был совершить это путешествие, чтобы отдать дань уважения человеку, смерть которого сделала возможным счастье Винсента ДаКосты.
– А ты сама подумай, – негромко произнес он и взял из шкатулки у двери ключи от машины. – У нас кончилось молоко, я поеду в магазин.
– Винсент! – позвала Чарли, откладывая ручку в сторону.
Но он уже вышел из дома.
Выезжая из гаража, он понял, что все эти годы вовсе не Шарлотта избегала разговоров о Джеймсе.
А он сам.
7
– У вас найдется для меня минутка, лейтенант?
Малдун поднял глаза и увидел, что у открытой двери в кабинет Сэма Старретта стоит Джоан.
И тут же понял, что лейтенантом, внимания которого она так добивалась, был на данный момент вовсе не Сэм.
– Здравствуйте, Джоан, – поприветствовал женщину Сэм, словно не заметив ее ледяного тона. – Входите. Я уже собрался убегать по делам. – Да уж. На самом деле он только что сообщил Малдуну, что следующие несколько часов ему предстоит скучная работа с бумагами в кабинете. – Располагайтесь, пожалуйста, и чувствуйте себя как дома.
Он поспешно вышел в коридор и закрыл за собой дверь.
И они остались вдвоем. Майкл быстро поднялся со своего места.
Это он имел полное право злиться на нее, а не наоборот. При одном взгляде на Джоан он ощутил, как начинает закипать изнутри. Он чувствовал в себе такую злость, что испугался, как бы, поддавшись моменту, не наговорить глупостей. Нет, то, что он сейчас произнес про себя, он не повторил бы ни просто вслух, ни тем более в шумной компании.
– У меня действительно есть для тебя только одна минута, – соврал он. – Так что, если тебе нужно больше времени…
– Господи! – выдохнула Джоан. – Ты что же, решил прятаться от меня? Сначала я волновалась, когда ты не появился, поскольку ты обещал моим бабушке и дедушке экскурсию по базе…
– А разве со Стивом были проблемы? – спросил он. – Как правило, именно он занимается у нас почетными гостями. Я думаю, что более компетентного экскурсовода не найти на всей базе.
– Нет, он отлично справился с задачей, – подтвердила Джоан. – Но… ты же знаешь, что мне хотелось увидеть тебя. Послушай, ведь я провела ночь не со Стивом!
Она хотела пошутить, чтобы хоть как-то разрядить обстановку и заставить его расслабиться, но Малдун даже не улыбнулся.
– Я думаю, мы сможем это организовать, если тебе захочется.
Если бы сейчас Майк протянул руку и влепил ей звонкую оплеуху, Джоан, наверное, была бы потрясена гораздо меньше. Она так и застыла на месте, а когда пришла в себя, поняла, что начинает сердиться по-настоящему. Она гневно сверкнула глазами:
– Да что с тобой стряслось? Как ты можешь говорить мне такие гадости?
Да, он, конечно, погорячился, но и он был зол не меньше. И обижен. Сильно обижен.
– Если бы ты действительно хотела повидаться со мной, ты бы обязательно позвонила мне, Джоан. Например, вчера вечером. Но прошел не один час с тех пор, как закончилась пресс-конференция и Брук заявила перед всем миром, что между нами двоими ничего не было и не будет. Как будто после этого остались какие-то причины, из-за которых мы с тобой не могли встретиться. Разве что твой страх испортить себе карьеру!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
