– Вы сами догадались или он рассказал вам?
– Сама. Я думаю, что только тот, кто его действительно любил, мог поддержать его, сказать нужные слова, благодаря чему он так быстро встал на ноги.
– Он сделал это сам. У него фантастическая сила воли. Я никогда не встречал людей, подобных ему. Он решил ходить и стал ходить. Через несколько месяцев никто и не вспомнит, что он был прикован к инвалидной коляске.
– Я очень рада.
Увидев, как заблестели ее глаза, Дюкро несколько минут молча смотрел на нее. Затем он произнес:
– Айван – прекрасный молодой человек. Я бы очень хотел, чтобы он снова был счастлив.
– Снова?
– Он был женат. Вы знаете?
– Нет, я не знала. Она… жива?
На мгновение ей показалось, что от ответа на этот вопрос зависит все. Доктор покачал головой.
– Нет, она умерла, – спокойно произнес он. – Ее звали Элейн Ле Кёр.
Аманде показалось, что она слышала это имя.
– Ле Кёр, – очень тихо повторила она. – Могла ли я что-нибудь о ней слышать?
– Возможно, вы были слишком молоды или вам, англичанке, ее имя может ни о чем не говорить.
– Элейн Ле Кёр, – повторила Аманда. – Откуда-то мне известно это имя.
– Пять лет назад она была казнена за измену Франции, – очень тихо произнес доктор.
– Ну конечно! – воскликнула Аманда. – Элейн Ле Кёр! Теперь я вспомнила: «Предательница», – кричали все газеты. И она была замужем…
– Они были женаты с Айваном всего три недели. Он женился на ней, она уже была приговорена к смерти. Помолвлены они были, естественно, задолго до этого, но не спешили заключить брак. Когда Элейн Ле Кёр была арестована, Айван все время был рядом с ней, и он настоял, чтобы они поженились. Он любил ее, она была очень красива.
– Но как она могла предать свою страну?
– Все не так просто, – ответил доктор Дюкро. – Элейн обожала свою мать. Та была русской и к тому же агентом коммунистов. Ее отец, француз, не подозревал о деятельности своей жены ни когда женился на ней, ни позднее. Он был совершенно равнодушен к политике.
Мать Элейн погибла в результате несчастного случая, и коммунисты убедили, а может быть, заставили дочь взять на себя ту работу, которую выполняла ее мать.
– А Айван знал обо всем этом?
– Он ничего не знал. Я смогу поклясться в этом на своем смертном одре. Когда ее арестовали, он ни секунды не сомневался, что ее немедленно освободят. Я был рядом с ним все время. Она убеждала его, что невиновна, и он по сей день мстит за ее смерть.
– Поэтому он действует наперекор общественному порядку?
– Да, именно поэтому.
– Теперь я начинаю понимать, – словно про себя проговорила Аманда. – А Элейн? Была ли она виновна?
Доктор только развел руками.
– Я не знаю, – признался он. – Думаю, что скорее всего была. Но я очень много времени проводил с Айваном и слышал его версию. Айван непоколебимо верил в ее невиновность, и я затрудняюсь что-либо сказать. Это было бурное время. Похищение военных секретов Франции, бегство ученых за заграницу, отставка правительств, скандалы с чиновниками высокого ранга…
Возможно, Элейн оказалась одним из козлов отпущения. Но всплывшие на процессе факты были чудовищно омерзительны, а она смогла представить лишь слабые аргументы в свою защиту.
Только Айван ни на секунду в ней не усомнился.
– Боже, какой ужас! – воскликнула Аманда.
– Он выжил только потому, что он великий человек. Я говорю это без преувеличения, – сказал доктор Дюкро. – Я убедил его вернуться в армию, откуда он ушел в отставку, когда женился. Его, как мне известно, направили на Малайские острова, и, по рассказам людей, служивших с ним, он вел себя там как герой.
– Для однополчан он был богом. Если бы вы слышали, как о нем говорит мой брат, вы бы поняли, что он для всех них значил, – сказала Аманда.
– Ваш брат! Я чуть не забыл о нем! – воскликнул Дюкро. – Вчера я снял ему гипс и должен встретиться с ним в половине четвертого, чтобы посмотреть, как он.
– Надеюсь, Вернон не слишком утомил вас.
– Он в основном не спорил со мной, – снисходительно проговорил доктор Дюкро.
– Айван должен дать ему задание. Не могли бы вы передать ему, что я очень хочу его увидеть?
– Конечно. Айван приказал мне сказать ему, что дело завершено, но, я надеюсь, он и сам скажет ему об этом.
– Да, конечно.
Внезапно ею овладело беспокойство.
А что, если они с Верноном сразу вернутся в Лондон и больше не понадобятся Айвану Джексону?
Но ведь необходимо добыть еще где-то двадцать пять тысяч фунтов!
– Ну что ж, мне надо идти, – допив вино, произнес доктор Дюкро. – Когда вернется Айван, скажите, что вы в порядке и готовы ко всему, кроме новых авантюр. В ближайшие три недели я настоятельно рекомендую вам вести спокойную, размеренную жизнь.
– Звучит довольно тоскливо, – улыбнулась Аманда. Доктор посмотрел на нее, и в его глазах мелькнул огонек.
– Думаю, что, если вы останетесь здесь, вас ожидает все, что угодно, кроме тоски.
– Посмотрим, что предпримет Вернон, – с сомнением в голосе произнесла Аманда, хотя прекрасно знала, что решать будет Айван.
Доктор Дюкро поднес ее руку к губам.
– Вы смелая юная леди, – сказал он.
– О нет! Я трусиха. Если бы я изучила джиу-джицу! Это помогло бы мне противостоять людям с оружием в руках.
– Думаю, что вам не на что жаловаться, – улыбнулся доктор Дюкро. – До свидания, дорогая, берегите себя и Айвана. Ему нужен кто-то вроде вас.
Аманда почувствовала, как кровь прилила к ее щекам; она поняла, что доктор разгадал ее тайну.
– Я постараюсь, – застенчиво проговорила она. – Спасибо за то, что рассказали мне об Элейн.
– Он убьет меня, если узнает, что я вам проболтался, но, думаю, это поможет вам.
– Несомненно, – ответила Аманда. – Не забудьте передать от меня привет Вернону.
Доктор Дюкро помахал ей на прощание рукой, и его автомобиль покатил по дороге к воротам. Аманда вернулась в гостиную.
Она чувствовала глубокое сострадание и искреннее сочувствие к Айвану. Он любил Элейн и остался верен ей.
«Как ужасно, должно быть, жить с этим!» – говорила себе Аманда.
Примерно час спустя она услышала, как подъехала машина.
Аманда не сомневалась, что на сей раз это был Айван. Он медленно вышел из машины, послышались несколько неуверенные шаги и он показался в дверях. Она стремительно бросилась ему навстречу, сразу забыв все свои сомнения и страхи. Казалось, будто комната внезапно озарилась светом.
– Я вижу, у вас все в порядке? – поглядев на нее, произнес Айван, немного скованной походкой направляясь к креслу у камина.
