разжала ладони, и все закончилось.
— Готово, — она улыбнулась своим большим ртом. — Теперь его не отследить, во всяком случае, придется хорошо попотеть, а если захотят забрать силой — ничего не получится, только добровольно. Отдать его можно только добровольно.
— Я твой должник, ведьма.
— Я знаю, — она улыбнулась еще шире, а когда вышла провожать гостей, то ухватив дракона за рукав, тихо напомнила то, что говорила уже раньше. — Будь осторожнее, Золотой, отношения человека и дракона — это еще никогда не заканчивалось ничем хорошим. Не все истории, которые начинаются как сказки, имеют счастливый конец.
Глава 15. ДОМА
Первая неделя после нападения оказалась невыносимой, а дальше Мэйгрид просто устала бояться. Ровно через семь дней она спустилась на кухню, взяла в руки кружку с чаем и осознала, что больше не прислушивается к тому, есть ли посторонние шумы в доме. Эта мысль принесла невероятное облегчение и жизнь начала потихоньку налаживаться. Теперь не возникало необходимости дожидаться Аластера, чтобы дойти до почтового ящика, курьеры казались менее подозрительными, но молоток, который она все же держала рядом с входной дверью, на случай если на порог явится монстр — оставался на месте. Так спокойнее и надежнее.
Из того, что она знала — Аластер извинился перед королем за внезапное исчезновение с Весеннего бала, в обтекаемой форме дал понять, что с его помощницей случилась неприятность, и он был вынужден покинуть общество Его Светлости. Это заняло у него несколько строк, которые он надежно спрятал в конверте и отдал посыльному, что явился к ним в дом ближе к ночи следующего дня, перепугав Мэйгрид до смерти. Плевать, что сказала ведьма с болот. Мэй не чувствовала себя в безопасности, каждый шорох вызывал спазм в груди и горле, а воспоминания переносили её в тот момент, когда раскрытая ладонь ударяется в солнечное сплетение и она понимает, что теряет опору под ногами.
— Почему вы просто не можете рассказать королю все как есть?
Мэйгрид задавала этот вопрос не единожды и получила в качестве ответа упрямый взгляд серых глаз и короткое:
— Я не могу втягивать в это Роберта снова.
— Мне казалось он ваш друг.
— Вот именно.
Аластер вел себя как ни в чем не бывало и это неимоверно раздражало. За прошедшую неделю, кроме того что стало понятно: никто не собирается убивать их в срочном порядке, открылся еще один момент — дракон не может носить амулет. Ему становится плохо, шея покрывается красными пятнами и неимоверно чешется. Они пытались придумать разные способы, даже самые дурацкие — нацепить на него шарф или кофту с высоким горлом, но не сработало. Амулет выбрал своей хозяйкой исключительно Мэйгрид. Ведьма заколдовала его таким способом, что Мэй могла передать его лишь добровольно другому, но даже это добровольно вызывало проблемы. Прятать его в каком-то укромном месте казалось и вовсе бредовой идеей, во всяком случае, для Аластера, Мэй не понимала, почему амулет нельзя просто где-то закапать хотя бы в цветочном горшке, но дракон уверил, что это первое о чем станет думать их противник.
— Он не поверит, что я доверил главное какой-то человеческой девчонке. Тем более, что мы оба уже поняли в чем дело.
Аластер сжал амулет в ладонях, словно раздумывая, верно ли поступает, а затем улыбнулся и разжал пальцы.
— Почему вы так считаете?
— Драконы слишком высокомерны, — заключил он. — Не в наших правилах идти против собственного снобизма и доверять ценные вещи кому-то кроме банковской ячейки и себя.
— Вы оставляете его мне?
— Я понимаю, — выдохнул он, — для тебя звучит не слишком разумно, но стоит нам только уйти из дома, уверен — его обшарят до самой маленькой щели в полу. Верить в то, что я оставил его тебе — это вверх безумия для того, кто собирался скинуть тебя с галереи, чтобы снять его с твоей шеи после, — Аластер легонько потянул за шнурок, и Мэйгрид почувствовав странный укол под левое ребро, смутившись, отвела взгляд в сторону.
— Вы сказали, что амулет не работает без меня… Работает, но не так, как нужно.
— Думаю, наш недруг пока не в курсе этой маленькой детали.
— А что будет, если он узнает?
— Тогда он захочет себе амулет и тебя.
Она вздрогнула.
— Не переживай, мы постараемся нанести свой удар по противнику первыми.
Аластер улыбнулся как можно естественнее, ему не хотелось говорить о том, что Брайс мог приказать своим громилам сорвать кулон и дело с концом. Нет, он хотел большего сразу, не просто лишить силы, а растоптать. Отобрать все.
Через неделю после возвращения с бала нестерпимо захотелось нормальной жизни. Человек не может бояться бесконечно, начинается этап, когда страх уходит и остается простое жгучее желание почувствовать себя нормально. Мэй все еще с опасением выходила из дома, но хвала Небесам, особо этого и не требовалось. Доставщики приносили продукты на дом, непродовольственные товары они просто заказывали через специальную службу, используя магический пергамент, а для всего остального был Аластер. Дракон не покидал дом надолго, а когда это случалось, оставлял молчаливую Мариэль, которая приглядывала за домом и Мэйгрид, в случае опасности она могла дать незамедлительный сигнал дракону. Все же с Аластером надежнее, но спустя время Мэйгрид начала привыкать. Она даже позволила себе вольность — искупаться пока Аластер отлучился во дворец, его вызвал король, и это приглашение тот никак не смел игнорировать. Король вызывал Аластера уже второй раз, похоже, он явно понимал, что дело серьезнее, чем хочет представить друг и пытался это выяснить.
Для начала Мэйгрид проверила, что надежно заперла входную дверь, затем убедилась, что Мариэль на месте, призрачная девушка задумчиво склонила голову набок, провожая ту взглядом, идущую наверх по деревянной лестнице и кивнула, словно улавливая ход ее мыслей. На улице царил жаркий солнечный день, и вряд ли на глазах соседей кто-то станет ломиться в частный дом в респектабельном районе, но все же попробуй это объяснить внутренней паранойи.
Мэй с сомнением отвернула винтили на кране, из которых потекла вода, к здешним удобствам она привыкла далеко не сразу, и большая белая ванная казалась волшебством по сей день. Выскользнув из одежды, она аккуратно залезла в ванную и погрузилась в воду. Дома мылись в бане, и если там дома — мытье казалось испытанием, особенно когда тебя прошибает до седьмого пота, то здесь — удовольствием. Вода согревала, но не так, что закипела кровь, а приятные ароматические жидкости, что она добавляла, дарили божественный аромат. Нежилась Мэйгрид недолго, в конце концов, она
