киска не в состоянии держаться подальше от моего члена. Она умоляет хозяина приласкать ее.
– Забавно, но я возбудилась еще до того, как ты пришел, – сказала я, просто чтобы позлить его.
Он рассмеялся, но когда отодвинулся, я заскулила в знак протеста, не готовая покончить с этим. Сжав мои волосы, Кейд повернул меня лицом к себе и, другой рукой схватив за бедро, усадил на столешницу.
– Почему бы тебе не раздвинуть ноги и не показать, как хорошо ты умеешь играть с собой?
Он убрал руки, сделал шаг назад и выжидающе посмотрел на меня. Я скользнула рукой по бедру и к своему центру, наслаждаясь прохладным воздухом. Но когда Кейд обвел взглядом мое тело, из-за жара в его глазах я почувствовала себя так, будто кожа охвачена огнем. Волосы прилипли к груди, от дыхания она быстро поднималась и опускалась, и я знала, что скорее всего кажусь ему похотливой девушкой, готовой взорваться от оргазма. Я поднесла пальцы к своему влагалищу, но вместо того, чтобы начать ласкать себя, провела пальцем по клитору и застонала, не разрывая зрительный контакт.
Кейд выругался и расстегнул брюки. Между ног все тут же сжалось, когда он вытащил свой длинный член. Кейд принялся скользить по нему рукой, пока я перекатывала клитор между пальцами. Он подстроился под мой ритм, как тогда, в его кабинете, словно хотел действовать одновременно и предугадывать мои движения.
– Иззи, введи в себя палец. Покажи, как хорошо ты умеешь выполнять команды своего босса.
Мое тело дрожало от желания, когда он вел себя так властно.
– Здесь ты не мой босс, Кейд. – Я получала удовольствие от того, что могу бросить ему вызов и что он наслаждается моим бунтом так же сильно, как и я.
Быстрее двигая рукой, он сделал шаг ко мне и провел большим пальцем по пирсингу. Я любовалась представшей передо мной красотой, желая взять его в рот или почувствовать внутри.
– Для тебя я главный везде. Особенно здесь. Ты на моей стороне, Иззи. Делай, что я говорю или… – Он подождал, пока я закончу фразу.
– Ты накажешь меня? – закончила я. Мои пальцы все быстрее порхали по клитору, я приближалась к оргазму такой силы, что рисковала упасть со столешницы.
Кейд резко убрал руку с члена и схватил меня за запястье, останавливая как раз в тот момент, когда я уже была готова взорваться. Затем дернул на себя так быстро, что я упала на него, и он воспользовался этим, чтобы снова развернуть меня к зеркалу лицом и толкнуть в спину так, что я уперлась животом в столешницу, а моя попа оказалась перед ним.
Он сильно шлепнул меня, и я выгнула спину, требуя большего, а мой крик перерос в стон. Кейд сжал член и смочил головку моими соками. Затем провел по ней большим пальцем, словно хотел, чтобы влага смешалась, а после коснулся большим пальцем другой моей дырочки.
– За эту дерзость мне стоит хорошенько отодрать тебя в задницу.
Я быстро дышала, пока он ласкал мою девственную дырочку, дразня и разминая ее так интенсивно, что я забыла о жжении на коже и начала умолять:
– Да, Кейд, дай мне почувствовать тебя.
Он рассмеялся, будто я сказала что-то нелепое, затем вытащил ремень из брюк и наклонился к моему уху.
– Возможно, в следующий раз, если будешь слушаться, я побалую тебя.
После этого свернул ремень и принялся хлестать меня по заднице. Один раз, два, три.
Он отступил назад, словно хотел увидеть результаты своих действий. Будто восхищался красными отметинами на моей коже.
Затем коснулся ремнем моего клитора и сжал волосы, прикосновение кожи в чувствительному месту подарило новый контраст ощущений.
– Двигайся, детка. Будь хорошей девочкой, покатайся на моем ремне.
Другая бы смутилась, но я чувствовала его член, видела голод в его глазах, а главное, так сильно хотела кончить, что сосредоточилась лишь на этой цели.
Крутя бедрами и выгибая спину, я гналась за своим удовольствием.
Оргазм – вот причина, по которой я пришла в ванную, и я получила его, позволив Кейду использовать ремень. Качаясь на волнах эйфории, я словно погрузилась в сон, а он продолжал двигать полоской кожи, позволяя мне насладиться процессом.
– Иззи, ты такая мокрая, что по твоим ногам стекает влага. – Он любовался результатом своей работы, пока я возвращалась в реальность, пытаясь прийти в себя.
Отчасти я всегда хотела победить Кейда, ведь даже сейчас он сжимал мои волосы в кулаке так, будто полностью контролировал ситуацию. Возможно, дело в моем характере, или я выбрала такой способ, чтобы сохранить контроль, но я продолжала подначивать его.
– Видимо, ты все же не способен как следует наказать меня, ведь я не чувствую боли, только удовольствие.
Он пристально посмотрел на меня и, должно быть, понял, как сильно мне хочется подорвать его власть. Его боялись все, кроме меня. Не знаю, беспокоило это его или возбуждало, однако он снова начал шлепать меня, чтобы показать, кто здесь главный.
Я стойко терпела боль, практически наслаждаясь ей, с каждым ударом ремня мое тело дрожало от смеси удовольствия и боли. Он ударил меня дважды, а на третий раз занес руку, но внезапно замер.
– Господи, нам нужно остановиться. Почему ты не велишь мне прекратить?
– Считаешь, пора? – не смогла сдержаться я, мое тело жаждало большего.
– Нам нужно стоп-слово, и ты должна использовать его, если я слишком увлекаюсь. – Он покачал головой.
– Пусть будет просто «стоп». – Я пожала плечами. – И с тобой оно мне не нужно. – Но, думаю, мы оба знали, что я должна была использовать его, даже если сосредоточилась на удовольствии, а не на боли.
– Куколка, из-за тебя мы окажемся у опасной черты. – Он вздохнул и подошел ближе, принявшись потирать красные следы на моей коже и продолжая удерживать мой взгляд в зеркале, словно хотел донести до меня мысль. – Ты опасна, а я, черт подери, не могу отказать тебе. Я зациклился на тебе и на твоем нежелании повиноваться. Мы должны знать, когда остановиться.
Опираясь на локти, я смотрела на него в зеркале. Он массировал мою попу, словно я вдруг стала сокровищем и он считал меня чрезвычайно важной.
– Я не хочу останавливаться, Кейд.
Он хмыкнул, не говоря, согласен со мной или нет. Затем встал на колени и опустил голову. Кейд не собирался использовать член, клянусь, он как будто берег его. Вместо этого нежно лизнул мое бедро и не торопливо коснулся его губами, а потом, по всей видимости попробовав мои соки, пробормотал:
– Как же
