сюрпризом.
София попыталась пойти следом. Но Элина сама махнула головой. Ни каких слов. Теперь уже поздно. Не факт, что Сергей хотел порадовать Элину. Он понимал, что все не так просто и понятно! И каких родителей обрадовал бы такой союз?
Аркадий подошел к Тобольскому и не очень дружелюбно заговорил:
— Вы же понимаете, что Элина еще ребенок.
— Боюсь, что именно вы не увидели ее взросления!
— Это очередная махинация или способ повлиять на кого-то? На кого? Сергей…
— Романович. Но, в данной ситуации, вполне достаточно просто Сергей.
— Давно ж ты по лицу не получал, Сергей Романович. Дочь свою не отдам.
— Поздно. Скандал уже ничего не изменит!
Элина стояла в помещении дамской комнаты. Она закрыла глаза и прислонилась к стене. Пульс зашкаливал. Она здесь. Так сложно играть роль перед близкими. Так сложно понимать, что они возможно прощаются сейчас. Видеть слезы в глазах мамы. Молчание отца. Укор в глазах сестры. Они злятся и не верят в настоящее. Открыла кран и пальцами плеснула в лицо водой. Косметика выдержит. Хотя, плевать. Она все равно не понятно на кого похожа. Это ее призрак. Это не она. Дима. Он знает? Если Тобольский пригласил ее семью. Они знали, куда едут?
— Я могу тебя вывести не заметно. И спрятать. — На звук этого голоса девушка вздрогнула. Марина Станиславовна Саульская. Стояла, прислонившись к золотой стене. — А ты красотка. Только тебя не узнать. Странно, как родители приехали сюда.
Элина понимала, о чем речь. Она провела в салоне Кэтрин часа три, как минимум. И да. Теперь ее роскошная шевелюра превратилась в черную шелковистую массу. Арина пыталась воспротивиться. Или позвонить Тобольскому. Смешно было наблюдать. Элина закрыла ее в туалете. Так было весело. Но отступать она не собиралась. Они с Кэтрин курили и залпом опрокидывали в себя текилу. И нет никакого действия алкоголя. Вообще. В ней яд происходящего выжигает даже яд никотина и алкоголя.
— Я замуж выхожу.
— Знаю. — протянула Элине крошечную бусину. — это датчик. Можешь закрепить ее в волосах. Только потом не забудь снять. Я должна быть в курсе, где ты. И номер запомнишь. Позвонишь с любого телефона. Номер только для тебя. Запомнишь?
— Мне нужно его увидеть. — они скрестили взгляды, понимая, что речь не о номере телефона. Саульская тяжко вздохнула.
— Нет. Он и так пол города разхерачил в пьяном угаре. Я его закрыла вместе с братцем. Выпущу, когда ты улетишь. Ты хоть понимаешь, что он после операции! Антибиотики водкой запивал! А потом на своей машине гонял по городу. Братец его нашел. Кстати, Андрей Соболев все еще на подписке. Тобольский хоть и забрал заявление, и теперь даже готов на сотрудничество, но не все обвинения сняты. Элина, пойми, ты тихонечко свалишь, жить на берегу океана. А эти двое будут в тюряге гнить. И я реально их обоих закрою и виновата будешь ты.
— Я вам настолько неприятна.
— Элина, это не вопрос личного характера. Вот ни хуя подобного. Ты мне вполне даже симпатична. Справилась с такими казусами своей жизни. Ты очень даже героическая личность. Вот только с Димой вы не пара. Ну, похожи слишком. Вдвоем вы, как чека и граната, блять. Отскакиваете, и вокруг все к хуям летит.
— А Тобольский? Он мне пара?
— О, ты тут бочку не кати! Я тебе предлагаю побег. Нормально предлагаю. Спрячу тебя, как у Христа за пазухой. Ни одна мышь не найдет.
— Закопаете живьем? В гробу меня никто не найдет. — рассмеялась очень тихо и надрывно, — Вы никто никогда не сможете понять ни меня, ни Диму. И то, что я замуж выхожу, это ничего не значит. Мы не пара. Вы правы. Только не в этом суть. Совсем не в этом.
— Соболев оценит твое понимание.
— Наша с ним связь нечто большее чем слова. Немного другой уровень. Мы можем в одном помещении, глядя друг на друга трахаться с другими. И это будет тем, что никто никогда понять и принять не сможет. Вы можете отпустить Диму. Не важно, где я нахожусь. Он знает все. Е го выходки не из-за меня. Он себя так наказывает. И этот датчик. Там где я рядом с Тобольским блокируются все сигналы. А номер я запомню. И свяжусь. — хотела уйти, но остановилась, — Марина Станиславовна, один вопрос. Мне это нужно знать. Тобольский… Он на самом деле убивал?
— Такой информации у меня нет. И даже если была бы, тебе знать не надо.
— Я недавно видела Диану Соболеву. Ее…
— Когда ты ее видела? — Странное волнение в голосе Саульской взволновало и Элину.
— А что? Что-то случилось?
— Пропала она. Из психушки, как в воздухе растворилась.
Элина понимала, что все ответы есть лишь у Тобольского.
— И все же, пара минут на размышление. Элина.
— Я уже его жена. Все это лишь представление. Мое согласие и не требуется.
— Твою ж мать. Окрутил он тебя крепко. Ладно. Когда вы улетаете?
— Сразу отсюда в аэропорт. Я так думаю.
— Быстро.
Элина не хотела уезжать из этого города. Она не хотела уезжать туда, где нет Его. Она хотела его увидеть. До треснувшего сердца. До отчаянного воя.
Выбежала, когда услышала разговор на высоких тонах. Аркадий возмущенно доказывал что-то Тобольскому. Элина встала между мужчинами. И спиной повернулась именно к Сергею. Загораживая собой.
— Пап, не надо. Я вовсе здесь не под влиянием чего-то. Пойми. Это мое решение.
София ухватила Элину за руку. В ее больших глазах застыли слезы.
— Я твоя старшая сестра. И хочу тебя вразумить.
Элина оглянулась на Тобольского. Он молча наблюдал. Не особо радовался происходящему. Но выражением лица дал понять, что не станет вмешиваться. Элина кивнула, словно в знак благодарности. По-другому и не могло быть. Не важно, здесь сейчас или позднее.
— Софи, ты мне сейчас кажешься не старшей, а младшей. Что за истерика?
Вокруг появились официанты с подносами. И Элина недолго думая махнула одним глотком бокал шампанского.
— Это упрек за мой роман с Алексом?
— Алекс? — Элина начала смеяться, — Соф, какой он на фиг Алекс? Скорее Сэр Алекиус! И по отчеству! Ты-то чем меня лучше? И с чего вообще все решили, что есть причина? Вот такая я любвеобильная и непредсказуемая! Ты ждешь не дождешься, когда твой старичок разведется с психованной женушкой.
Рената подошла ближе к дочери.
— Эль, Алексей мог тоже присутствовать здесь. Но, ты не знаешь. Диана погибла.
— Я же видела ее
— Она утонула. Так что, Алекс теперь вдовец. И нет. Я не ждала их развода. И сейчас он от меня
