выполнила приказ. Ее всю еще колошматило после пережитого оргазма. И это еще до начала всего! Между ее ног уже все хлюпало от влаги. Ладонью Сергей размазал влагу по всем складочкам. О как горели его глаза. Как он пытался впитать в себя каждое мгновение происходящего. Она чувствовала его дрожь и сдерживаемое нетерпение.
Ухватила свои колени и развела ноги достаточно широко для полного обзора. Она тоже рассматривала сильное рельефное тело. Он обхватил ладонью свой член, готовый взорваться в любой момент. Достаточно крупный и ровный орган. Нет, она совершенно не собиралась сравнивать. Искать зацепки для охлаждения момента. Но член показался слишком огромным. И когда Сергей все же приблизился. Головкой прошелся по нежности складок. Рукой ухватил полушарие груди. Склонился и поцеловал ее полураскрытый рот.
Головка уперлась в самое начало. И довольно узко было там для нее. Оба застонали. Он входил медленно. Продвигаясь и завоевывая. А потом уже не мог остановится. Набирая сумасшедший темп. Подхватил девушку под бедра и вколачивался, уткнувшись ей в шею. Шелест белья, шлепки и стоны.
— Кончи для меня еще! Элина! — Кончая, Сергей закричал. И Элина последовала его просьбе.
Он обмяк на ней. И не хотел выходить. Там было так, как только может быть в раю.
Приподнялся на локтях. Мокрые. Горячие. Они дышали руг в друга. Все еще соединенные. И неожиданно неудовлетворенные. Она понимала, что даже после такого забега, желает продолжить.
Капля пота скатилась по его лбу, на ее щеку. И почему то подумалось — она пожалеет об этом завтра.
— Нет! — он ухватил ладонью ее лицо. Пальцами сжимая щеки. — смотри на меня! Смотри! Элина! Ты не будешь ни о чем жалеть! Это то, что нам обоим доставляет удовольствие. Это вовсе не плохо и не противозаконно!
— Меня столько раз осуждали и не понимали. С чего ты взял, что буду жалеть!
— Ты будешь жалеть не о сексе. О том, что тебе понравилось. И не просто понравилось. Ты хочешь повторения и продолжения. И да, моя милая. Я не остановлюсь!
24
Ей снился странный сон. Что-то неистово приторное и мягкое обволакивало ее кожу. Что-то неведомое медленно и верно стремилось по ее венам. Элина открыла глаза и тихо вскрикнула. Потому-то в ее лоно проник настойчивый член Сергея. Они лежали на боку. И ее нога слега приподнята его сильной рукой. Он двигался быстро и напористо. И она сама выпятила свою пятую точку, подстраиваясь поудобнее.
На смятых простынях, пропитанных их страстью, притихли после того, как кончили одновременно.
— Утро доброе, любимая жена. — он положил свою голову ей на живот, когда она села в постели. Хотела встать, но ей не позволили.
— Я хочу в душ.
— И мы отправимся туда. Сначала ответь на вопрос. Ты готова начать лечение?
— Не лечение, Сергей, а новые испытания. Нет. И никогда не буду готова.
— Жалеешь?
— Нет. Я вообще ни о чем в своей жизни не жалею. Скорблю о своих ошибках, но не жалею.
Она все же выскользнула с кровати. Но ее быстро настигли. Подхватил на руки. И снова невероятная серия ласк под струями теплой воды. Под звуки собственных криков.
— Хочу так, как никто еще тебя не имел.
Элина дернулась, но напрасно. Ее припечатали к прозрачной стене. Он подсунул руку ей под низ живота и заставил отодвинуть попу. Так, чтобы ему было удобно пристроится. Он пальцем прошелся по тугому колечку. Повернул ее лицо так, чтобы запечатать рот поцелуем.
— Твои все страхи позади, Элина. Я боли не причиню. Ты забыла? Ты больше не чувствуешь боль.
Зато она слишком ярко чувствовала все остальное. Настолько остро и горько-сладко. сначала мягко и упорно пальцем прошелся по окружности, проникая на фалангу внутрь. Элина напряглась. Нет. Не больно. Необычно. Странная наполненность там, где не должно быть.
— Открой глаза, — он повернул ее так, чтобы видеть. — хочу! и ты уже не сможешь отказать! Самой же интересно! Да, красивая моя девочка. — он вымыл ее, как ребенка. Бережно лаская, возбуждая. Проникая пальцами в нее, но не позволяя кончить. В какой-то момент она даже захныкала. Попыталась рукой прикоснуться к себе, но ей не позволили.
Он завернул ее в большое пушистое полотенце. Отнес на кровать. И положил так, чтобы колени на мягком ворсе ковра. Попа в воздухе повисла. Она все так же завернута в полотенце и не может пошевелиться.
— Так останься! — новый приказ. Встал. Что-то взял в маленьком шкафчике. Прохладная жидкость потекла по ее ягодицам. Сергей целовал ее плечи и затылок. Все так же пальцем лаская ее узкие щелочки. И теперь она начала дышать чаще, понимая, что ее ждет нечто новое и неизведанное.
— Я не хочу! — в своих путах-полотенце она не могла двигать руками. Ее бедра теперь плотно прижаты к кровати и к телу мужчины. Он склонился, обжигая дыханием ее шею.
— Тихо, моя девочка. Ты поймешь, что ничего не знала раньше. — головка члена уперлась в узкий проход. Он начал медленно проникать внутрь. Скользкая жидкость позволяла сделать это вполне легко. — Да! О, да! — он сам задышал слишком часто. Казалось сердце готово остановиться от неимоверных ощущений. С этой девочкой даже такой привычный для него акт превратилась в новый аттракцион.
Он почти полностью вошел в нее и остановился. Слезинка скатилась по щеке Элины. Нет. Не из-за боли. От переизбытка эмоций и ощущений. Все ее тело медленно и верно подчинялось рукам и телу этого мужчины. Он играл ею. Он подчинял. И пользовался тем, что на много опытнее.
— Скажи, что ты чувствуешь.
— Хочу умереть.
Рукой он прошелся по ее влажному животу. Пальцы нырнули ниже. Поиграли с мягкой кожей. Он умело надавил на клитор. И оргазм накрыл Элину, как волна. С головой. В это же время начал двигаться в ее заднем проходе. Аккуратно шлепнул по попе. Скинул полотенце. Приподнял ее так, чтобы спиной прижать к себе. Обхватил полушария грудей и сдавил сильнее.
— Ну что моя милая, вперед к звездам. — он трахал ее самозабвенно и жарко. Ласкал и доводил до потери контроля. Она словно теряла почву под ногами и поднималась в неведомую даль. Он знал как довести ее до оргазма. И не просто до яркой вспышки. До отключения сознания. До пьянящей эйфории.
А вечером, когда Сергей снова исчез на свою таинственную очередную встречу. Элина нарядилась и упорхнула из отеля. Ни одна самая строгая охрана не смогла бы ее удержать. Навыки скалолазания никто не отменял. Легкая, неуловимая. Она все еще могла
