Кажется, я рассыпаюсь на части. Дикие Гуси не мечтают о женщинах, когда находятся в боевой готовности.
Раздался стук. Он мгновенно поднял ружье. Возможно, это просто сорвался камень.
План путешествия был предельно прост. Транспортная колонна, состоящая из сорока изрядно нагруженных лошадей — тяжеловесов (их предки, возможно, не отличавшиеся породистостью, пришли с первыми поселенцами) и двадцати солдат со снаряжением и запасами продовольствия, должны быть переправлены к самому концу перехода через освоенные регионы планеты на большом транспорте (на самых крупных планелетах, из тех, на котором его вывезли тогда из джунглей). Транспорт должен пересечь пустыню и прибыть к подножию гор и далее сопровождать их к форту на одной конечности континента. Там они выгрузят снаряжение и запасы, несколько дней отдохнут, соберут концентрированные минералы, используемые в строительных сплавах, и, повторив переход, вернутся домой. Целиком путешествие должно занять не более двух недель, в крайнем случае — три, если настигнет песчаная буря. Кстати, это было впервые, когда О'Нейл услышал о штормах на этой планете. Потридж, опять ты вляпался! Таким образом, поход мог закончиться за несколько недель до жатвы.
Это было довольно просто, особенно для цивилизации, последовательно и капризно ограничивающей применение техники.
С одной стороны, они использовали компьютеры, ничем не уступающие компьютерам с «Ионы», обеспечивали Город электричеством благодаря ядерному реактору в Инженерном Центре, смогли создать сложную монорельсовую систему движения в Городе, и сплавы для строительства. А с другой — доставлять грузы предпочитали на лошадях. Единственный крупный планелет, способный преодолевать большие расстояния, принадлежал «Комитету», как ему сказали, и использовался для «официальных» целей.
Эрни объяснял это стремлением сохранить гармонию на планете, за пределами Города. Причем, по тону голоса Музыкального Директора становилось ясно, что он излагает именно официальную версию.
Симус догадывался, что за этим стоит и желание держать под контролем ресурсы планеты, и стремление комитетов защитить коренных зилонгцев (для их же собственного благополучия, разумеется) от контакта с аборигенами или другими «чудовищами», пребывающими в дикости. Именно это словечко вырвалось как-то раз у рассерженной Карины.
— И этим Натом! — добавила сердито она.
— Кто он?
Она же надменно тряхнула головой и направилась к молодому юноше, ожидающему ее.
На следующий день после «приглашения» он направился в Институт Тела для прививки против болезней во время похода. Зилонгцы контролировали ситуацию с возможными заражениями в черте Города и освоенных окрестностях. В пустыне же дело обстояло иначе. Сэмми была очень озабочена. Она не знала, какие именно заражения там возможны; Департамент по Прививкам не подчинялся ее Центру. Их исследования не публиковались, но любой знал, что сыворотки очень эффективны. Повода для опасений не было.
— Неужели людям вроде тебя и Эрни нравятся Фестивали? — неожиданно спросил О'Нейл. — Тебе не противно делить своего мужа с другими?
Сэмми отвернулась, чтобы поставить пробирку с вакциной в холодильник, из которого достала ее. Она стояла, напряженно вытянувшись.
— Конечно, нет. Ты думаешь, приятно терпеть грубые прикосновения работяг? Или ты воображаешь, что я обожаю этих молодых дур… которые обладают моим мужем? Это невыносимо. Но это происходит. И ничего нельзя исправить. Фестиваль — это часть нашей культуры. Это в нашем теле, мы всего лишь его пленники. Мы должны терпеть.
Она оглянулась. Ее глаза светились яростью.
— Ты удовлетворен теперь, Симус О'Нейл? — выкрикнула Сэмми. — Теперь ты знаешь о нас все, что хотел?
Чуть погодя он продолжил:
— Тогда, во время второй половины Фестиваля, когда вы принадлежите друг другу без разбора, вы очень несчастливы. Люди вроде тебя и Эрни искренне привязанные друг к другу, вынуждены все время лгать. Я требую, чтобы вы не подчинялись этим правилам, как бы добродетельны вы ни были. Я прошу, заклинаю тебя, той ночью, когда спас вам обоим жизнь в подземке.
Она швырнула в него пустой шприц и выбежала из комнаты. Симус вздохнул.
Хорошенькие дела. Похоже, что их действительно разрывает на части. Ну что, глупцы во главе с Ее Преосвященством, довольны? Проклинаю себя за то, что сделал сейчас.
Когда наступил час прощания, Сэмми и Эрни откровенно загрустили.
— Они не посмеют сделать это, — причитала она. — У нас заключено соглашение…
— Они вольны сделать то, что считают нужным, моя дорогая, — Эрни беспокойно теребил накидку. — И ты это знаешь.
— А, бросьте, не нужно волноваться за меня, — Симус помахал им рукой. — Будьте уверены, космический скиталец сумеет постоять за себя. И почему я не рассказал вам о том, что произошло в баре на Третьей Коллежской, когда этот урод… — И он поведал им историю, столь же невероятную, как и то происшествие в подземке.
— Что ж, безусловно, ты нас убедил в своих возможностях и умении защищаться, — Эрни поднял бокал с ликером в знак уважения его достоинств. — Я-то сам был не в состоянии оценить тебя тогда, но, судя по рассказу моей супруги, у тебя отличные бойцовские качества.
— Он страшный противник, — она восторженно глядела на Симуса. — У вас на Таре все поэты владеют приемами борьбы, так же восхитительно, как и ты, Гими?
— Не совсем, не совсем, — смущенно слукавил Симус. — Я не самый лучший. Вы бы поглядели на Диких Гусей. Вот однажды я и один парень из Диких Гусей влипли в пьяную драку на Керре, и…
И понеслось.
Довольно быстро ему простили сцену в Институте Тела. Сэмми смотрела на него полными восхищения глазами, и когда они прощались в Военном Центре, порывисто поцеловала его и пообещала:
— Если ты будешь отсутствовать три недели, Гими, я задолжаю тебе шестьдесят поцелуев.
— Как минимум. У нас ставки повышаются, когда пациент покидает доктора.
Бог Мой, ведь она не верит и никогда не верила в эту шутку. Просто ей нравится целовать меня. Ну разве это не интересно?
Когда он заметил, что Мариетта внимательно наблюдала за сценой прощания, настроение его изменилось. Прелестно, почему же эта молодая особа подглядывает за мной вместо того, чтобы ожидать в департаменте, как обещала?
Он попытался скрыть замешательство и принялся атаковать девушку вопросами о возможных опасностях во время предстоящего путешествия.
— Никаких опасностей, — она старалась не смотреть на него, — самый обыкновенный поход.
— А дикие туземцы?
— Встреча с ними возможна, но опасаться их не приходится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
