— По моему смеху?
Она кивнула, скользнув пальцами по моему горлу.
— Мне хотелось слушать все твои смешки. Чтобы знать, как они звучат на каждом этапе жизни.
Каждое слово врезалось в мою грудь. Я так много у нее отнял. Эти смешки. Нашу жизнь — ту, что мы так долго планировали.
Я обхватил лицо Рэн ладонями, водя большим пальцем вперед-назад по ее щеке.
— Я никогда не переставал любить тебя. Ни на одну секунду.
Мне было наплевать, что для этого может быть слишком рано. Что Рэн не готова услышать эти слова. Потому что она нуждалась в них. Может, я и облажался по-королевски, но не из-за того, что не любил ее.
В глазах Рэн вспыхнули зеленые искорки, и ее пальцы замерли.
— Ты не можешь так говорить.
— Скажу я эти слова или нет, это не сделает их менее правдивыми.
Рэн отдернула руку и натянула простыню, чтобы прикрыться.
— Не надо, Холт. Пожалуйста, не давай никаких обещаний.
Обещаний, которые, как она боялась, я не смогу сдержать. Может, она и не была готова услышать их, но я давал их ей молча. Нас окутала неслышная мольба. И я бы подкрепил свои слова действиями — самым сильным доказательством из всех.
Я притянул Рэн в свои объятия.
— Хорошо. Никаких обещаний. Но и никакой отстраненности.
При этом Рэн немного расслабилась.
— Не знаю, получится ли у меня.
Мои пальцы скользили по ее волосам, и я наслаждался их шелковистостью.
— Ты можешь сделать это сегодня?
Она нервно прикусила губу.
— Да.
Я поцеловал то место, которое она терзала.
— Один день за раз. Это любой из нас может сделать.
И я бы использовал эти дни — каждую секунду каждого из них. Я бы не подвел Рэн. Не в этот раз. Потянувшись к тумбочке, я взял кружку с кофе и передал ей.
На мгновение она выглядела удивленной, будто ожидала, что я не отступлю.
— Спасибо, — сказала она, откидываясь на подушки и делая глоток. — Этот кофе намного лучше, чем готовлю я.
Я ухмыльнулся.
— Уверен, Кузнечик, кофе ты тоже сжигаешь.
Она нахмурилась.
— Неправда.
— Мм-хм.
Рэн схватила подушку и ударила меня ею.
— Грубиян.
Я засмеялся. Теперь я не сдерживался. Не тогда, когда Рэн призналась, что ей не хватало моего смеха. Наклонившись, я провел губами по ее виску.
— Извини. Я отплачу тебе маффинами.
Я протянул ей один с тумбочки.
Глаза Рэн расширились.
— Он теплый.
— Это всего лишь готовая смесь, но они чертовски вкусные.
Она откусила и застонала.
Мои шорты внезапно стали слишком тесными.
— С шоколадной стружкой — самые лучшие, — пробормотала Рэн с набитым ртом.
Это были ее любимые. Сколько раз я видел что-то, что, как я знал, она любила, и хотел иметь возможность отдать ей это? Теперь в моих руках имелись все возможности.
Я откинулся на подушки.
— Как ты себя чувствуешь?
Она внимательно посмотрела на меня.
— Почему у меня такое чувство, что ты не спрашиваешь, больно ли мне?
Я повернулся на бок, мои пальцы скользнули по укрытой одеялом ноге Рэн, нырнув между ее бедер.
— Об этом я тоже хочу знать. Если мне нужно позаботиться о тебе.
Щеки Рэн покрылись ярким румянцем.
— Я в порядке.
Я нежно поцеловал ее.
— Хорошо. И еще я хочу знать, что у тебя на сердце.
На мгновение она замолчала, глядя на маффин.
— Не могу поверить, что ее больше нет. — Рэн посмотрела на меня. — Это не совпадение.
Мои губы сжались в тонкую линию.
— Крайне маловероятно.
В ее карих глазах вспыхнула печаль.
— Мой разум продолжает кружить вокруг причины. Кому нужно охотиться на выживших? Мы все уже через многое прошли.
Боже, я очень хотел получить ответ на оба эти вопроса. Хотел стереть этого человека с лица земли.
— Не знаю, Кузнечик. Хотел бы я знать. Лоу работает над этим, и я помогу ему, чем смогу.
Она кивнула.
— У него есть зацепки?
— Не думаю. Я отвезу тебя на работу и посмотрю, смогу ли провести с ним несколько минут.
Этим утром я проверил свой телефон и обнаружил одно единственное сообщение: «Не выпускай Рэн из виду». Оно не оставило после себя приятного чувства.
Рэн начала вставать.
— Я в душ. Можем выйти пораньше…
Я нежно потянул ее за руку обратно на кровать.
— У нас есть время. Сначала мне нужно поговорить с тобой, а тебе нужно поесть. Не хватало еще, чтобы ты потеряла сознание.
Рэн проворчала себе под нос что-то о властных альфа-самцах, но откусила маффин.
— Говори.
Я поджал губы, чтобы не ухмыльнуться. Но эта улыбка уже не казалась такой приятной, когда я подумал о том, что последует дальше.
— Нам нужно поговорить о твоей безопасности.
Она напряглась.
— Ладно.
— Я уже заказал у своего друга Кейна кое-какое базовое оборудование для твоей собственности.
— Ты же должен был дождаться моего бюджета.
— Да, но я могу отправить обратно все, что не будет соответствовать твоим тратам. — Это было правдой. Но я также знал, что Кейн отдаст мне половину оборудования бесплатно, если потребуется подойти творчески к тратам.
— Отлично. Делай все, что считаешь нужным. Только никаких камер и датчиков движения в доме. Мне совсем не нужно, чтобы Тень или я подняли ложную тревогу.
Хаски появилась на звук своего имени, держа в пасти косточку и тяжело дыша.
Рэн выгнула бровь.
— Вижу, балуют не одну меня.
— Надо позаботиться об обеих моих девочках.
Выражение лица Рэн смягчилось, прежде чем она заставила себя снова перевести свое внимание к маффину.
— Что-то еще?
— Никуда сейчас не ходи одна, ладно?
Она погрузилась в молчание.
— Как думаешь, кто бы это ни был, он придет за мной?
Мое сердце резко сжалось от жуткого предчувствия.
— Возможно. — Но я этого не позволю.
— Я никуда не пойду одна.
Мне не нравилось слышать удрученный голос Рэн. Переплетя наши пальцы, я сжал их.
— Это не навсегда.
— Знаю. Я не буду делать глупости.
Я кивнул, а затем отпустил ее руку, чтобы взять с тумбочки еще несколько предметов.
— Это тревожная кнопка, такую мы даем клиентам. Нажми сюда, и прозвучит сигнал тревоги, который услышат все в радиусе двух кварталов.
Рэн поиграла с крошечным брелком.
— Удобно.
— Ты упоминала, что у тебя есть электрошокер, но мне было бы спокойнее, если бы ты какое-то время держала при себе еще и это.
Я бросил ей на колени маленький перочинный нож. Рэн уставилась на него, не двигаясь ни на дюйм. Нож был потрепанный, гравировка на боку практически стерлась, потому что я постоянно водил по ней пальцами. Холт Хартли. Буду любить тебя вечно. С 18 — летием. С любовью, Кузнечик.
— Ты сохранил его.
Это не был вопрос, но он требовал объяснения.
— Брал его везде, где бывал. Без него не ходил ни на одну миссию, ни на одно задание. Он защищал меня больше раз, чем я могу сосчитать. Теперь он будет защищать тебя какое-то время.
Рэн сглотнула и посмотрела на меня.
— Я оставлю его на некоторое время.
Но это продлится дольше, чем она думала. Потому что даже когда она будет в безопасности и вернет его мне, я все равно буду здесь. И рано или поздно она поверит, что вечность — это всего лишь жизнь, состоящая из нескольких мгновений.
Глава 26
Р ЭН
Холт остановился на парковке сбоку от полицейского участка, и я поборола желание поерзать на месте. Эта нервозность возникла у меня с того момента, как мы сели в машину. Мне казалось, что Холт смотрел на меня, оценивая, изучая каждую рану и шрам, чтобы он мог их исцелить.
Но их не было. Он переплел наши пальцы и крутил головой по сторонам, сканируя дорогу и улицы города. Вероятно, искал призрака, который может выскочить в любой момент.
Я глубоко вздохнула. Выпуская воздух, представила, как надеваю маску. Которая скроет мои истинные чувства, когда люди в миллионный раз будут спрашивать меня сегодня, в порядке ли я. Которая позволит всем забыть, что вчера я позволила шоку полностью поглотить меня. Насколько я помню, к тому времени, как мы ушли, в участке почти никого не оставалось. Мое лучшее выступление должно быть перед Абелем.
