этаж.
Там мы подошли к небольшому кафетерию, сели за столик на троих, самый, надо сказать, замаскированный, укрывшийся за пышной и довольно-таки пыльной пластиковой пальмой, и Толя заказал нам по чашке капучино.
– До сих пор любишь кофе? – спросил, казалось бы, небрежно.
– И кофе тоже, – кивнула я. – А еще травяные чаи.
– Он немного опаздывает, собрание затянулось, – пояснил Толя причину отсутствия мэра на встрече, которую тот сам и организовал. – Эсэмэска пришла…
Нам принесли кофе, и мы болтали ни о чем, потягивая приятный напиток из больших белых кружек. Разговаривать о делах не время: в любой момент может подойти наш собеседник из верхов. Успеем еще все обсудить, думаю.
Тут я увидела подходящего к нам мужчину в толстовке с капюшоном, в темных очках. Он сел на третий стул.
– Здравствуйте. Надеюсь, вы меня узнали.
– Боитесь огласки? – не выдержала я, признав в незнакомце мэра.
– Опасаюсь, пожалуй. Журналисты – они такие… журналисты. Обязательно придумают какую-нибудь пакость. А мне рейтинг поддерживать надо по возможности. И без того невесть что в городе творится!
Тоже верно.
– Но почему не в мэрии?
– Не хотел смешивать личные дела и работу.
– Вполне объяснимо, – отозвалась я, случайно глянув на Толю.
Тот только что не пожирал меня глазами. Заметив, что я это увидела, помрачнел и, кажется, даже слегка покраснел.
Умильно! Суровый мужик с легкой небритостью и довольно-таки брутальной физиономией – и розовеет, как девица-красавица.
– Так в чем дело? Зачем вы нас… пригласили? – разорвала я затянувшееся молчание.
Такое ощущение, что этот властный цепкий мужик мнется как институтка, боится озвучить что-то для него важное. Толя не спешит ему помогать…
Мэр нервно потер свой затылок.
– Полагаю, то, что мне удалось выяснить, может пригодиться в вашем расследовании… если вы, конечно, до сих пор не обнаружили преступника.
– Интересно, продолжайте, пожалуйста, – кивнула я.
– Ну что же…
– Не тяните, Виталий Сергеевич! – надавил немного Толя, демонстративно взглянув на наручные часы.
Мэр тяжело вздохнул. Вот так глянешь – и не узнаешь в этом усталом и грустном мужике средних лет яркую медийную личность, мелькающую на экране в местных новостях и поглядывающую на читателей чуть не с каждого новостного сайта.
– Постараюсь. Мне как-то не свойственно откровенничать на такие личные темы, – заметил он. – Но, полагаю, вы сможете мне помочь… если захотите. У вас, Анатолий Анатольевич, сложилась репутация… честного и неподкупного мента. Полицейского, то есть. А ваша знакомая, Евгения Охотникова, зарекомендовала себя как отличный профессионал-телохранитель. Пожалуй, такой команде я готов довериться. Итак, очевидно, мои опасения все же подтверждаются. Моя жена мне изменяет.
– Вот как? И каким же образом? – спросила я.
Хваткий мужик. В принципе, теперь ясно, зачем он нас позвал: выяснить, с кем, рассказать ему, а там он… примет меры. Впереди перевыборы, и запятнанная репутация тут не помощник.
Мэр замялся, подбирая слова.
– Мой человек видел, как она села в машину мужчины… и поцеловала его вроде бы в губы, – делиться такими известиями ему было тяжело, это заметно. Но я по-прежнему не могла понять, при чем здесь мое расследование.
– Чем мы можем вам помочь? Выяснить личность мужчины? Охранять от него вашу жену? – заинтересовалась я.
– Да нет, жену охранять не надо. Полагаю, она у меня отправится… ну, скажем, в Крым, здоровье поправить… и поддержать отечественный бизнес. Личность мужчины я уже выяснил. И это – небезызвестный вам Глухалов.
У меня округлились глаза от удивления.
– Да быть не может! – вырвалось у меня.
– Абсолютно точно. Вчера около шести вечера он забрал ее с работы, и они поехали в отель «Монблан». Глухалов оттуда уехал, а моя жена все еще не выходила из снятого им номера.
У меня просто не было слов! Этот мужик, Глухалов, что, собирался поэтому избавиться от жены? Из-за того, что намерен отбить супругу мэра? Но блин, это ни в какие ворота не лезет. Во-первых, разводы никто не запрещал. Во-вторых, одно дело – любовник, но действующего мэра променять на какого-то тренера провинциальной команды?! Да не блажите! Помню я мэршу, персона медийная, этакая ухоженная светская львица. Обожает позировать на фото рядом с мужем, и смотрятся они неплохо. И что, такая рафинированная дамочка сменяет статусность на невесть что? Три «ха-ха».
– То есть вы намерены отправить жену в Крым? – уточнила я. – Разводиться не собираетесь?
– Разводиться? А с чего? – удивился мэр. – Ну, неприятная ситуация, особенно теперь, накануне голосования. Марина дама разумная, понимает, что уходить от меня к полунищему тренеру определенно не стоит. Не тот у него статус. Просто… если вдруг кто-то что-то знает… Чтобы успели примолкнуть, отправлю ее на курорт.
– Ага, ваша позиция понятна, – кивнула я. – Спасибо, что рассказали нам – это и впрямь полезная информация. И извините за наглость, но, возможно, сможете нам помочь еще кое в чем?
– Постараюсь, – хмыкнул Кружков, с уважением глядя на меня.
Глава 8
Кружков нервно забарабанил пальцами по столу.
– Что вы еще хотите?
– Мне нужно, чтобы вы сказали, в каком номере сейчас находится ваша жена, – прямо сказала я.
– И зачем же вам это?
– Мне необходимо с ней поговорить.
Кружков недовольно поджал губы, но ответил:
– Пятьсот тринадцатый номер, Евгения. Будьте благоразумны, пожалуйста.
– Без проблем.
Мы втроем встали из-за стола, Толя оставил купюру за кофе, более крупную, чем нужно.
Подойдя к выходу из торгового центра, мы быстро обменялись любезностями с мэром. Тот вышел через запасной выход.
Мы с Толей пошагали по парковке к моей машине.
– Что думаешь? – спросил он.
– Не знаю, – отозвалась я. – Все это очень запутанно. Если Глухалов собрался убить свою жену, чтобы быть с любовницей, ему не было смысла убивать Рудникова. К тому же тогда он бы согласился на эти подставные матчи – за них деньги платят. А статусная дама этих самых денег требовать будет. Незадача.
– Согласен.
