глазами.
— Я понимаю, что вы боитесь, Рэйчел, но поверьте мне, жители Хэмби сыты по горло Кэпшоу и тем, как они уклоняются от любого вида уголовного правосудия против них. Если вы поможете положить этому конец, никто не будет думать о вас хуже.
Ким потянулась через стол и положила свою руку поверх руки Рэйчел. Как только рука Ким коснулась ее руки, Рэйчел почувствовала холод, который пронзил ее и обвился вокруг ее позвоночника. Ей не нравился ни этот детектив, ни положение, в которое она ее поставила. Она уже достаточно натерпелась и теперь просто наслаждалась жизнью. Теперь она может оказаться в тюрьме на всю оставшуюся жизнь, и это было нечестно.
— Так, когда мне нужно быть в Хэмби? — спросила Рэйчел, убирая свои руки из-под руки Ким и кладя их себе на колени.
— Это займет еще как минимум несколько недель, так что будьте готовы прыгнуть в самолет и вернуться домой. Я уверена, что там есть люди, которые скучают по вам и хотят знать, что вы живы и здоровы.
Меньше всего Ким хотелось напугать ее и заставить не верить в свою историю. Если ей удастся каким-то образом заставить Рэйчел вернуться в Хэмби, то карточный домик Кэпшоу рухнет. Рэйчел кивнула головой, и улыбка, появившаяся на лице Ким, едва была заметна в уголках ее губ.
Глава 12
Паула стояла перед зеркалом в пол и смотрела на свое отражение. Она вернулась домой, в особняк на Беверли-Хиллз, который так любила, но проводила там очень мало времени. Когда Гаррет уехал на съемки фильма за границу, она снова осталась совсем одна в доме площадью пятнадцать тысяч квадратных футов. Муж не оставил ее совсем одну. После этого инцидента тут было полно сотрудников Службы безопасности. Он доверял Ким не больше, чем кто-либо другой, и не без оснований.
Она потерла рукой живот и отвернулась в сторону. Да, она определенно была беременна. Она понятия не имела, что сейчас будет означать для нее рождение ребенка. До этого момента у них с Гарретом не было большой ответственности, кроме самих себя. Они могли вскочить и отправиться в любой город или страну, куда захотят, ни о чем не беспокоясь.
Ребенок означал, что им придется притормозить, но она была готова. Будучи в возрасте тридцати четырех лет, пришло время обзавестись семьей. Паула вошла в свой дорогой гардероб и включила свет. Здесь были ряды дизайнерской одежды, стеллажи с сотнями пар обуви, и все ее сумки и аксессуары резко контрастировали с чистым белым ковром, стенами и шкафами. Она потянулась за своим любимым кашемировым свитером и натянула его, зная, что очень скоро не сможет влезть ни во что в этом шкафу. По ее лицу скользнула улыбка, и она не могла дождаться, когда же все узнают об этом.
Гаррет знал, и все. Она не была готова говорить со своей матерью и уж точно не могла рассказать об этом Кейдену из-за их недавней потери. Лана. Как она ей все расскажет? Это было несправедливо, что они потеряли своего ребенка, и теперь, когда ей придется рассказать им о своей радости, ничуть не облегчило бы ситуацию. «Я подожду, пока это не будет совершенно необходимым», — подумала она. Но это все еще было не единственное, чего она боялась.
С этими словами Паула смирилась и решила переодеться к вечернему ужину с друзьями. Она будет прикрываться тем фактом, что не пьет, из-за проблем с желудком или что-то в этом роде. Ее друзья были очень любопытны, и они распространяли сплетни быстрее, чем любой таблоид в городе. Зазвонил ее сотовый телефон, заставив вернуться в комнату и взять кубическое устройство с верхней части огромной кровати с балдахином. На экране высветилось «Хэмби Секьюритиз, Лтд.».
Паула глубоко вдохнула свежий воздух, боясь, что вместо него ей позвонит Кирк. Она не хотела говорить с ним, если только речь не шла о делах, и даже тогда старалась говорить коротко. В ту ночь, когда произошел инцидент, они с Кирком переспали — колоссальная ошибка, и она хотела бы исправить ее. Он звонил несколько раз, желая поговорить, и она была не то что не заинтересована, а скорее напугана, что ее ребенок мог быть от него.
Она нажала кнопку ответа и поднесла трубку к уху.
— Алло? — сказала она в трубку.
Когда менеджер службы безопасности начал говорить, он сообщил ей о сигнале тревоги, который сработал в ее доме в Хэмби. Она сидела на кровати, а он продолжал рассказывать ей о надписях, которые были разбрызганы на стенах ее дома.
— Когда это случилось? — спросила она.
— Несколько дней назад. Мы пытались связаться с вами.
Паула вздохнула, не совсем понимая, что происходит. В прошлом никогда не было ничего подобного. «Может быть, это Ким», — подумала она. Как только это пришло ей в голову, она тут же пришла в ужас.
— Вы можете усилить охрану? Есть ли кто-то, кто мог бы присутствовать на территории? — спросила она.
Выяснив все детали расходов, Паула продиктовала по телефону номер своей кредитной карты, уверенная, что к утру кто-нибудь обязательно придет. После того, как она закончила разговор по телефону, ей нужно было договориться, чтобы кто-нибудь на следующий день закрасил надписи на ее доме.
Когда Паула повесила трубку, по ее лицу пробежал холодный пот. Что-то было не так. На мгновение ей захотелось позвонить Кирку и попросить его разобраться, но она передумала. Сегодня ей нужна нормальная жизнь, а завтра она будет иметь дело с сумасшедшей.
* * *
Тетя Мэй, измученная, сидела в задней части закусочной, обмахиваясь веером, пока кухонная команда обслуживала гостей. Работа становилась все труднее и труднее с каждым годом, и она не хотела признаваться в этом самой себе. Несмотря на то, что в последнее время ей становилось все тяжелее обслуживать, готовить, убирать и командовать всеми вокруг, как обычно. Когда она наблюдала за посетителями закусочной, наслаждающимися едой, на сердце у нее потеплело. Улыбки на их лицах, разговоры, связь с городом были для нее лучшей наградой.
Что она могла делать, сидя дома весь день напролет и сходя с ума от скуки? Тетя Мэй заставила себя выбросить эту мысль из головы, схватила стоявший перед ней холодный чай со вкусом лимона и сделала большой глоток. У нее было много работы, и она намеревалась делать ее до тех пор, пока не силы окончательно не покинут ее. Возможно, настанет день, когда она не сможет этого сделать, но уж точно
