с Патриком помирились. Видела вчера, какие вы напряжённые приехали, но не
стала приставать. Хочу, чтобы ты знала, Валерия, Патрику нужен законный сын. Нашему роду
нужен наследник. Я буду рада, если ты родишь его поскорее.
Я скромно опустила глаза. Очень хотелось перестать дурить голову женщине, но ведь если я
открою правду, что я тут только ради Камиллы, что на самом деле люблю Роберта и именно с ним
я провела ночь, то графиня, скорее всего, выгонит меня из особняка, и Камиллу я больше не
увижу.
За ужином к нам присоединился Патрик, придя почти под конец. На бывшем был серый камзол
нараспашку, и рубашка была небрежно расстёгнута до середины груди. На шее красовались следы
поцелуев, а взгляд блестел сытой хищностью. Служанка, которая подавала блюда, подолгу
кружила вокруг Патрика, подливая ему вино и виляя задом перед его физиономией.
Когда она подошла ко мне, налить вина, я закрыла бокал рукой.
— Может быть, после прошлой ночи я забеременела, не буду, спасибо, — натянула на лицо
улыбку, поглядев в глаза Паше.
Не могла поверить, что когда-то этот человек был мне не безразличен. Ему было нужно моё
жильё и деньги, ведь по сути содержала нас я. Я же нуждалась в надёжном плече, и он прекрасно
играл. Да, играл до момента, пока я не заболела. Тогда я узнала истинную сущность Паши-Патрика. Роберт же, зная, что у меня почти нет шансов остаться в живых, сделал всё для меня.
Сердце сжалось в предвкушении встречи с любимым. Я наполнилась уверенностью, что ночь
снова проведу в его объятиях.
Улыбнулась сама себе, и поймала млеющий взгляд графини. Она, наверное, уже имена для
наследника выбирала.
После ужина Камилла с сёстрами Соррен и графиней остались играть в настольную игру. А я
решила принять ванну перед встречей с Робертом.
Но, когда вернулась в спальню, то обнаружила, что дверь отсутствует. Следом явился Патрик, он
как будто специально шёл за мной, чтобы увидеть моё изумление.
— Где дверь?
— Я приказал убрать! Хочешь изменять мне, делай это на виду у всех! — Патрик навис надо мной
с угрожающим видом, я не выдержала и зарядила ему пощёчину.
Прозвучал звонкий шлепок, я зажмурилась — не привыкла бить людей.
— Как ты смеешь?! — прорычал Паша в гневе и схватил меня за запястье.
Я уже приготовилась пустить в ход огненный шар, но за спиной раздались стремительные шаги.
Неведомая сила подхватила меня и отодвинула в глубину комнаты.
— А ну отпусти мою жену! — прорычал Роберт.
Дракон появился из портала как раз вовремя, или, наоборот, не вовремя.
Мужчины столкнулись лицом к лицу, и я поняла, что разборки не избежать.
— Это мой дом, как ты смеешь приходить сюда?! — прошипел Паша.
— А это моя жена! Пока она здесь, я буду приходить. Отдашь Камиллу — мы уйдём.
— Я не отдам тебе ни жену, ни ребёнка! — выкрикнул Паша и сжал кулаки. — Лера моя!
На шум и крики сбежалась прислуга. На лестнице появилась графиня и, увидев Роберта, вмиг
сменила благодушное выражение на молнии в глазах. Она раскрыла рот, чтобы брызгать ядом, на
Роберта. Я помню, как она его ненавидела ещё по той встрече на выставке, когда дракон спас
меня из лап Эскорта. Наверное, даже то, что Роберт носил теперь титул короля её не остановит. Но
дракон не дал графине сказать ни слова.
— Ну, всё, мне это надоело! — прорычал Роберт, расстегнув верхнюю пуговицу мундира. — Я
вызываю тебя на дуэль, Патрик!
Глава 36
— Ты посягнул на мою честь и оскорбил мою жену! — громогласно объявил Роберт, расстёгивая
следующую пуговицу. Глаза его наполнились тьмой, лицо сделалось хищным, и брови угрожающе
сошлись над переносицей.
— Ты не имеешь права меня вызывать! Я ещё не восстановил магический резерв! — пискнул
Патрик, но Роберт не слушал его, продолжая медленно снимать мундир.
— Ты не принимаешь меня, как своего Лорда и короля, кузен. Когда ты залез в постель Констанс, глупец, я не стал вызывать тебя на поединок, потому что не хотел убивать. Я отправил тебя в
другой мир, чтобы защитить тебя, дурака, от меня самого! Ведь я бы тебя порвал на куски. Но ты
ничего не понял. По древнему закону, я обязан объяснить тебе, как старший младшему. Как
король своему подданному. Ты встанешь на колени и примешь меня, как короля, или лишишься
жизни! Я всё это терпел только в память о том, что моя мать и твой отец были родными братом и
сестрой, но с меня довольно — страдает моя честь.
Патрик побледнел и осунулся, видать понял, что всё серьёзно.
— Ты просто мстишь моему сыну за то, что женщины выбирают его, а не тебя! Валерия любит
моего сына! —
