— А все потому, что ты ищешь одну истину. Такого не может быть. Рассмотри все стороны вопроса, и в каждой ты найдешь свою правоту.
Учитель действительно не делился знаниями. Он всего лишь умел ставить задачи. И решая поставленную задачу, человек сам делал открытия. Сам, без подсказок. Если дзенны чему и учили людей, так это магии.
— Это же экстрасенсорика, — хмыкал Роман. — Какая же это магия?
— А в чем разница? — невозмутимо вопрошал дзенн. — И там, и там — управление энергией силой мысли. Вы, люди, обладаете огромным потенциалом, но пользоваться предпочитаете почему–то только малой частью своего мозга.
— Но заклинания?! Это же средневековье!
— Почему? Заклинание — это всего лишь вербальная формула, инициализирующая использование твоим мозгом определенных сил. И нужно оно лишь на первых порах. Если разумный не успокаивается на достигнутом и идет дальше, то эти формулы очень скоро перестают быть ему нужны.
Роман с трудом оторвался от воспоминаний и снова посмотрел на Учителя. И тут заметил его пристальный взгляд. Сразу же мелькнула догадка…
— Снова навеянные воспоминания? — поинтересовался Роман.
— Ты же хотел знать, почему мы вас учим. И чему. Я тебе ответил.
Роман подумал. Покачал головой.
— Может, я глупый, но я все–таки не понял. Разве только то, что вы учите нас думать по–настоящему, самостоятельно.
— Ты не глупый, ты опять отказываешься думать. Пойми, при учебе учится не только ученик, но и учитель. Уча вас, мы и сами учились. Ты не представляешь, человек, сколь многому мы научились от вас. Вы поразительно разнообразны.
— Да–да, мы служим и Свету, и Тьме, и как там еще… Равновесию.
— Ты шутишь, а напрасно. Но ты еще поймешь это. Со временем.
— Надеюсь, Учитель. И… я буду вспоминать вас.
— Вспоминай, человек. Я дал тебе все, что ты смог взять. Скоро ты отправишься домой.
— Да. Через неделю мне исполняется восемнадцать.
В это время учеба заканчивается и… Эх, если бы можно было заглянуть в будущее. Что ждет его там?
— А зачем, человек? Что ты хочешь там увидеть?
— Ну… не знаю. Учитель… Но все–таки. Вот вы сказали, что учитесь и у нас. А вы ведь подготавливаете себе соперников. Мы же только вышли в космос и будем вам мешать. Многие ваши бывшие ученики теперь отстаивают интересы Земли перед вами.
Впервые за пять лет Роман видел улыбку на лице дзенна.
— Молодежь… — с усмешкой проговорил тот. — Только не надо обижаться. Я не о тебе. Я имел в виду всю вашу расу. Вы еще очень молоды и только начали свое восхождение к истинной мудрости. А ученики… Так ведь это же лучшая похвала учителям. Значит, мы хорошо их обучили. И вы не соперники нам. С высоты своей молодости вы судите обо всем по–своему, мы же видим, что в будущем мы с вами пойдем по одной дороге. А неудобства?.. Что значат эти мелкие неудобства, когда впереди ждут все тайны Вселенной? Но пока вы молоды, дерзайте. Решайте свои проблемы, которые сейчас кажутся вам важными.
Задумавшись, Роман вышел из комнаты Учителя. Он понял, что дзенн вовсе не хотел сказать ничего плохого, когда говорил, что сегодняшние проблемы только кажутся людям серьезными. Аналогия ведь проста: когда он сам был ребенком, у него были проблемы, которые тогда казались самыми важными в жизни. Неразрешимыми. Но когда немного подрос, новые проблемы заслонили старые, и прежние уже выглядели какими–то несерьезными, ребяческими. Да, проходит время, и появляются новые проблемы, оттесняя старые. Колька стащил у него рогатку. Ух, какая трагедия была. Сейчас же Роман только усмехался, вспоминая тот случай. Так и здесь. Много проблем у землян, но с высоты мудрости дзенн видно, что это просто детские шалости. Так стоит ли обижаться на детей? Главное — правильно воспитать их. Научить решать свои проблемы, а научившись, они смогут решать и более серьезные, которые обязательно встанут перед ними в будущем.
Воспитать!!! Вот оно! Роман окончательно понял, что дзенны просто помогали людям познать самих себя. Помогали, чтобы однажды люди поднялись до мудрости древних. Но поднялись сами, пройдя свою дорогу, совершив свои ошибки, сделав свои открытия. Ведь если поднять их за шкирку, то это будет просто плохое подобие дзенн. Именно плохое подобие, а не самобытный народ, пришедший к мудрости и пониманию через свою боль и свои заблуждения.
— Что ж, возможно наши проблемы и кажутся вам детскими, но это наши проблемы, — кивнул Роман своим мыслям. — Наши дети или внуки, может быть, достигнут вашего уровня, а пока мы будем решать эти детские проблемы.
— Правильно, человек. Только идя по пути, можно дойти до его конца. Я доволен тобой. Вот теперь наша учеба точно окончена, — раздался в голове Романа голос Учителя.
— Вот хитрец, — хмыкнул юноша. — Все–таки подслушивал. А я–то надеялся, что уже научился экранироваться.
День прошел весело. Роман отыскал приятелей, у которых занятия тоже закончились, и они мотались по станции в поисках приключений. Земная служба безопасности сбивалась с ног, пытаясь призвать к ответу многочисленных юнцов, считающих своим долгом обязательно залезть туда, куда лезть вовсе не стоило. В свое время Роман тоже доставил этой службе немало хлопот.
— Ромка!!!
Он обернулся на крик и махнул своему другу — сержанту СБ. Сержанту было лет пятьдесят, и дружба между ними выглядела довольно странно. Но однажды тот вытащил юношу из таких неприятностей, что Роман был обязан ему по гроб жизни. Он улыбнулся и быстро подошел к сержанту.
— Дейв, разве ты сейчас не на дежурстве?
— Нет. А что, есть какие–нибудь предложения?
— Конечно! Я же окончил обучение! Сегодня — последний день.
— Вот как? — усмехнулся сержант. — Поздравляю. Наконец–то Станция от тебя избавится. Я тут с самого момента ее постройки, но только ты доставлял нам столько хлопот. Вот объясни, за каким лешим тебя понесло в реакторный зал?!
— Дейв, хватит меня пилить! — рассмеялся Роман. — Молод был, глуп. Вот и поперлись с друзьями. Так как? Свободен?
— Свободен, свободен. Будешь угощать?
— А как же! Я ведь обещал, что тебе первому поставлю.
— Виски! — поднял большой палец сержант.
— Тьфу! Как вы можете пить такое дерьмо? Водка — вот лекарство для души.
— Ага, но лично я думаю, что ваша водка… — продолжая давний спор, друзья направились в бар Станции.
Глаза открылись с трудом. Так, похоже, вчера посиделка закончилась довольно поздно… Вроде, они ничего не разнесли. Станция тоже на месте. Пошатываясь, Роман встал.
— О–о–о, — простонал он, хватаясь за голову. — Говорила мне мама: не пей помногу…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
