нам воды.
– Подождёшь меня здесь? Я сбегаю до речки, тут недалеко – я слышу.
– Да давай просто снега натопим на огне, – предложила я, не понимая, о каком расстоянии идёт речь.
– Долго, – поморщился князь. – Я быстрее управлюсь – по звуками похоже, что рядом с нами полынья. Подождёшь меня?
– Куда я денусь, – усмехнулась я, не став спорить.
Конечно, мне было не по себе оставаться в незнакомом безлюдном месте одной, но вряд ли бы Сириус оставил меня, если бы услышал рядом что-то подозрительное.
Этим я и пыталась себя успокоить, пока ждала князя, нервно прислушиваясь к каждому шороху. Однако я-то ждала жужжание Саблезубой Моли или ещё какое подозрительное хлопанье крыльев. Но никак не ожидала услышать за спиной знакомый голос:
– Келли?
Обернувшись, на Мейсона я уставилась как на призрака. Последние надежды на его случайный приезд в Северное княжество растаяли. Здесь он явно не случайно проходил, а забрался за Стену в поисках меня. Упрямый как всегда.
– Что ты здесь делаешь? – тут же ощерилась я, чувствуя себя неуверенно.
– А ты как думаешь? – спокойно пожал он плечами, впрочем, не подходя ближе. – Я искал тебя. Ты внезапно сбежала, все темнят. Я едва-едва напал на твой след и приехал поговорить.
– Мне не о чем с тобой разговаривать, – вздохнула я, отступая на шаг.
В этот момент я чувствовала себя ужасно. Несколько лет, пока я сама о себе заботилась, я считала себя сильной и уверенной в себе. А сейчас словно окунулась в прошлое, где была всего лишь красивой куклой, глупой разменной пешкой в мужских делах. За меня решали всё, и я почему-то отчаянно не хотела возвращаться в те времена.
– Келли, дедушке нездоровится, – начал говорить Мейсон, но всё высказать не успел.
Между нами словно стрела пролетела. Я бы ни за что не успела среагировать, однако Мейсон всё же был более сильным магом и ушёл от атаки внезапно выскочившего Сириуса.
– Леди не хочет с вами разговаривать, – сообщил князь, напрягшись всем телом. Казалось, в любую секунду он готов броситься в драку, если потребуется.
– А вы кто такой, что за неё говорите? – тут же вздёрнул бровь маг, тоже готовясь к драке. Я буквально ощущала, как воздух вокруг нас меняется.
Только этого мне и не хватало.
– Я за неё не говорю, а повторяю то, что вы прослушали, – поправил Сириус, кажется, ничуть не страшась происходящего, а потом обратился ко мне: – Келли, любовь моя, ты не могла бы ненадолго отвернуться? А то я боюсь, что происходящее тебе не понравится.
– Сириус, что ты собрался делать с моим братом? – совершенно спокойно уточнила я, и напряжение, царившее на полянке, внезапно пропало.
51
– Братом? – тут же изумлённо глянул на меня дракон.
– Да, братом, – подтвердила я, а потом обратилась к Мейсону: – А ты какого чёрта огрызался с князем ледяных драконов?
– Князем?! – не меньше опешил брат, глядя на Сириуса уже совершенно иначе.
– Ох, мужчины! – закатила я глаза, словно невзначай возвращаясь к костру. – Вечно вы сперва драться собираетесь, а потом разбираетесь, что к чему.
К моему удивлению, оба тут же сменили гнев на милость, так ещё и решили нормально познакомиться. Сириус, видимо, хотел произвести приличное впечатление на моего родственника, раз уж я не хочу оторвать никому голову. Мейсон же всегда ценил полезные связи, к которым целый князь безусловно относился.
– Между прочим, я сразу сообщил, что планирую просто поговорить, – деликатно напомнил брат, перемещаясь ближе к костру, в который решил подкинуть веток, а потом глянул на меня и уточнил: – Кстати, тебе не холодно?
Только сейчас я, наконец, решилась на него нормально взглянуть. Естественно, разгуливать по северным территориям в чём попало он не решился. В тёплых сапогах, плотных штанах и меховой шубе с шапкой смотрелся брат, конечно, непривычно. И тем более странновато для местных диких лесов за Стеной.
– Сириус подарил мне артефакт, – легонько качнула я кулон у себя на груди и сообщила: – А говорить я с тобой не хотела – я уже всё сказала перед своим побегом.
– Ты мне лично сказала? – попытался без укора напомнить брат, хотя чувствовалось, что он слегка обижен.
– Я объяснила свои причины отцу, – пожала я плечами, пока Сириус разбирался с нашим ужином. – Мама тоже в курсе.
– Нам с дедушкой сообщили, что у тебя бунтарский возраст, – огорошил меня Мейсон, а я только глаза выпучила:
– В двадцать шесть лет?!
– Вот и я удивился, но это все подробности, которые мне удалось узнать. Ничего другого родители не говорят даже наедине. Чарльз места себе не находит…
После упоминания бывшего я непроизвольно скривилась.
– Вы с ним что-то не поделили? – прозорливо заметил брат, да только немного не попал.
– Я не поделила его с тремя любовницами, и решила самоустраниться, – буднично сообщила я.
Толстая ветка в руках брата хрустнула. Я только подивилась, что он способен переломить такую, но ничего говорить не стала. У Мейсона, кажется, слова тоже закончились, однако через пару минут дыхательной гимнастики, он всё же заговорил, чуть сменив русло беседы:
– Конечно, я понимаю, почему ты не хочешь возвращаться в империю. Особенно если родители в курсе, но оставили тебя саму разбираться с проблемой.
– Они не увидели в этом проблемы, – дотошно поправила я, и брат только ещё сильнее вздохнул. Впрочем, отказываться от главной цели ради моего спокойствия он и не собирался.
– Может ты всё же съездишь ненадолго? Ради дедушки?
– Могу написать письмо или связаться с помощью артефакта, – отрезала я и пояснила: – Я безмерно люблю дедушку и, конечно, хотела бы его ещё хоть раз увидеть, но лучше от моего приезда ему не станет. А вот меня, если выследят, в покое уже не оставят. Не ясно, как отреагируют родители – возможно, захотят следить за мной более тщательно и право на свободное перемещение мне придётся отстаивать через имперский суд.
– Мне кажется ты драматизируешь, – тут же попытался меня успокоить Мейсон, но я не сдалась.
– Возможно! – согласилась я. – Но ты же прекрасно знаешь, каким Чарльз может
