из карцера, я села и холодно констатировала: Алви использовал меня, как методическое пособие для урока. Как этично! С другой стороны, о какой этике можно говорить рядом с этим мерзавцем? Он, наверное, даже слова такого не слышал.
Я не расслабилась до самого конца урока. Едва студенты покинули класс, Алви повернулся ко мне.
— Ну как? Узнала кого-то?
— Нет, — ответила я. — А вы как? Много крючков наставили для манипуляции моим сознанием?
Алви подкатил глаза к потолку и выдохнул.
— Зачем мне твоё сознание, Стоули?
— Зачем вам моё сознание, сэр Алви?
Он глянул на меня и расхохотался:
— О, ты лекцию слушала и что-то запомнила? Поздравляю!
— Благодарю за полезные сведения. Игнорировать вас пока невозможно, поэтому буду тренироваться проваливать провокации.
— Какая ты смешная игрушка, Стоули, — покачал головой Алви. — Провокации можно отразить, если они есть. И были на тебя направлены.
— Вы хотите сказать, что вы просто хам? От природы?
Он глянул на меня с прищуром.
— А ты дерзкая, потому что с козами общаться привыкла, или просто очень хочешь новых минусов в рейтинг и покинуть Академию?
"Интересно, что я ему такого сделала? Он ненавидит меня с первой минуты," — подумала я, но взяла себя в руки и вслух сказала с глуповатой улыбкой:
— Простите, сэр, козы имеют неимоверное влияние на развитие характера, а также бараны, овцы и прочие парнокопытные. Это не вы поставили проклятие?
— Зачем мне такие заботы, Стоули? — перестал улыбаться он.
— Зачем вам такие заботы, сэр Алви?
— И всё-таки балл в рейтинг себе вернула, — усмехнулся он. — Пожалуй, даже два. И вообще вон из аудитории, Стоули. У меня законный перерыв.
— Зачем вы рассказали всем про проклятие?
— Я? — сощурился Алви. — Это твоя аура рассказала. Проклятие сокрыть нельзя. Почему бы не попрактиковаться, если есть на чём?
— Я вам не учебное пособие.
— Ошибаешься.
— И не игрушка! Не боитесь, что декан, мистер Элоис, выскажет за подобное? Или мистер Гроусон?
— Будешь ябедничать? — изогнул бровь Алви.
Я не успела ответить, а он добавил:
— Прежде чем сделаешь это, подойди к памятнику основателю перед центральным зданием и прочитай фамилию.
Я расправила плечи и сказала холодно:
— О ваших родовых связях я уже наслышана, господин наставник. Вы хотите сказать, что фамилия на камне позволяет вам унижать людей и игнорировать девиз королевства: "Уважение. Дружелюбие. Развитие"?
Алви внезапно навис надо мной. Встал почти вплотную и взглянул так, что в животе моём свернулся ком, а в ногах появилась слабость, насколько бы "замороженной" я себя не делала.
— Академия — это моё королевство. И да! Здесь, Стоули, мне всё позволено!
* * *
Тяжело дыша, я вылетела из аудитории в коридор. Пахнуло светом, ветром и свободой из раскрытого окна. Ко мне тут же подскочила Агнешка.
— Трея, как ты?
— Ненавижу мистера Алви, — процедила я сквозь зубы.
— Это нормально, — кивнула Агнешка. — Его мало кто любит. На уроках. Инфант террибль, но знания даёт, как никто! У других профессоров на лекциях тягомотина, аж засыпаешь.
— Тут заснёшь… — зыркнула я на дверь аудитории.
— О да, чуть расслабишься, препарирует, как лягушку, и всем кишки покажет, — кивнула Агнешка и спросила с придыханием: — А кто на тебя поставил проклятие?
— Не ты? — кисло взглянула я.
— Нет.
— А кто мог?
— О, если это не было высказано тебе лично, значит, это сделал кто-то крутой!
Я глянула на неё исподлобья:
— Это не могли сделать… твои подруги?
Агнешка запнулась, затем замотала головой:
— Лили и Наяда — боевые маги, они не менталисты. Такое мог проделать только менталист. И повторюсь: менталист с недюжинными способностями.
— Хм…
— Да и вообще, почему ты вдруг так плохо думаешь о девочках? Лили и Ная вполне милые, к ним только надо привыкнуть.
— Но у меня нет здесь врагов! — воскликнула я. — Зачем кому-то это было делать?
— Не знаю… — задумалась Агнешка, затем подняла на меня голубые глаза. — Но мы тут с ребятами посовещались после пары, и Сигал сказал, а он у нас самый продвинутый, лето в горном монастыре провёл среди супер асов… Так вот он сказал, что эта стигма внутри проклятия — точно ключ, который взламывает барьеры. Очень похоже. Но такому ключу нужен посредник — какой-то магический артефакт или предмет. И похоже, что так ты и попала к штогринам. Ты же туда просто попала?
— Да.
В конце концов, меня никто не предупреждал о конфиденциальности, а выяснить, что происходит, с Алви не выйдет. Элоис тоже не разговорчив.
— Обалдеть! — восторженно заявила Агнешка и коснулась моей руки. — Послушай, проклятие обязательно нужно снять. Ты хочешь его снять?
— Конечно, хочу! А то на лестницу не ступить, не понятно, как вообще ходить на занятия!
— О! — обрадовалась Агнешка. — Значит, это была лестница! Я про магический предмет!
— По всей видимости.
Пальцы Агнешки по-дружески сжали мою руку.
— Боже, я очень хочу тебе помочь! Можно я попробую снять твоё проклятие?
— А ты сможешь?
— Да это и не трудно! Ты только больше никому не доверяй, знаешь, тут много разных… умельцев. А у меня на зачёте по снятию сглазов и проклятий "отлично" было. И на практикуме.
Честно говоря, ходить с проклятием мне совсем не улыбалось, а господа преподаватели говорили только про расследование.
— С проклятием оставаться очень-очень опасно! — добавила Агнешка.
— А зачем тебе это?
— Не зря же я учусь. Не только могу помочь, но и хочу!
— Хорошо, — вздохнула я. — И что надо делать? Какой-то ритуал?
— Ага, — радостно кивнула Агнешка. — В полночь.
Тиктаклины на строгой башне зазвенели молоточками. И она убежала. К аудитории сэра Алви подходили студенты. Я рассматривала каждого с пристрастием и не находила то измученное некрасивое лицо. Увы, мне придётся снова идти на занятия Алви… Как же не хочется!
