оба дракона приблизились и сели на поле. Смерч снова потянулся к драконице, собираясь, кажется, схватить её зубами за хвост, но она так ощутимо шлёпнула им его по морде, что тот ошарашенно замотал головой.
— Не боитесь за своего дракона? — улыбнулась я, обратившись к лорду Сугробу.
— Нет, — уверенно ответил тот. — Он знает, что делает, — в его тоне послышалась лёгкая задумчивость. — Обратно полетите со мной. Драконица пусть следует за вами. И… подумайте над именем, которое вы ей дадите. Похоже, она ваша.
— Но… — я повернулась за ним, когда он отошёл. — Я же не наездник!
Стало слегка страшно. Меня ничему не учили, я вообще побаиваюсь летать! Особенно одна.
— Мастер Вескотт, вы завершили сбор? — проигнорировал моё замечание лорд Сугроб.
— Да… — рассеянно ответил тот.
— Значит, возвращайтесь в гарнизон. Леди Блэкторн и её новая знакомая полетят со мной спасать нашего заблудшего золотого дракона.
Глава 10
Глава 10
Оказалось, дракон Люциана забрался очень далеко в снежную долину. То ли сбился с пути, то ли намеренно хотел отдалиться от Раскола, но при этом не смог оставить своего всадника одного в этом недружелюбном краю. Что бы ни творилось в его драконьей голове, он забрался в неглубокое ущелье и теперь сидел там почти незаметно. Я даже не сразу его заметила: так сильно его занесло снегом.
— Он ещё жив? — спросила у лорда, слегка повернув к нему голову.
Он сидел позади, крепко держа меня рукой за талию — и я старалась не обращать на это внимания.
— Жив, — кивнул, коснувшись лицом моих волос, наверное, случайно. — Но если так продолжится дальше, рано или поздно замёрзнет. Резонар не даёт ему покоя. Связь с наездником потеряна, но из-за кристалла он не может освободиться полностью. Поэтому и не знает, куда деться. Нам нужно проводить его в гарнизон.
Драконица всё это время летела за нами, хотя, кажется, не особо понимала, зачем ей всё это нужно и куда мы следуем.
Погода портилась — и это беспокоило ещё больше. Если разразится более сильная буря, Даргон может её и не пережить. Мы сделали круг над его укрытием, драконица, кажется, почувствовала присутствие ещё одного сородича внизу и даже проявила лёгкую заинтересованность. По крайней мере, она не сбежала, а спустилась ниже, а затем села на скальный выступ прямо над разломом и посмотрела вниз.
Смерчу это не понравилось, он предпринял было попытку приземлиться тоже, но Дэриан велел ему оставаться в воздухе. Дракон ответил на это недовольным рыком, от которого, кажется, осыпались снежные шапки с некоторых вершин, но всё же подчинился.
Но любопытство драконицы помогло! Даргон зашевелился.
Сначала он поднял голову, стряхнул с неё снег и на своём языке тихим рокотом будто бы спросил что-то у гостьи.
Она ответила — и эта вибрация отдалась в спрятанный у меня за пазухой резонар. Так они «разговаривали» некоторое время — после чего несчастный беглец расправил крылья и несколько раз взмахнул ими, явно готовясь лететь.
Решив, что миссия исполнена, драконица вновь поднялась в воздух и присоединилась к нам. А Даргон начал медленно выбираться из своего сугроба, чем поднял в ущелье настоящую метель. Из-за снежной пелены некоторое время его не было видно, а затем он взмыл вверх — тяжело, лениво, будто ему приходилось заставлять работать свои мышцы.
Похоже, он и правда был близок к полному замерзанию.
— Возвращаемся в гарнизон, — коротко сообщил мне Дэриан.
Я же к тому моменту уже перестала понимать, в какой стороне он находится. Буря усиливалась, моё лицо то и дело начало залеплять снегом — я лишь успевала смахивать с него стремительно тающие потоки.
Но, к счастью, лететь до гарнизона пришлось недолго.
Даргон быстро терял силы и снижался, я опасалась, что он окончательно рухнет, но каким-то чудом ему ещё удавалось держаться. Видимо, помогали уговоры драконицы — она буквально сопровождала и подгоняла его, возвращалась, если ему было тяжело, тогда он снова находил в себе силы лететь дальше.
Смерч кипел внутри — это было видно по его резким движениям, по тому, как он постоянно поворачивал голову, чтобы проследить, чем там заняты эти двое. Похоже, драконица нравилась ему, но она его чувств не разделяла. Может быть, пока.
Наконец впереди показались башни Драконьего Утёса, а вокруг замка неожиданно погода бушевала гораздо меньше.
Первым во дворе сел Даргон — и замер, распластав крылья в стороны. Только переведя дух, он подобрал их, давая место сесть другим.
— Его нужно накормить, — сделал вывод Дэриан, пока мы наблюдали за ним с высоты. — Он совершенно обессилен.
— Но разве он не должен был поесть перед вылетом сюда? — спросила я.
— Должен был. Но Раскол забрал у него силы. Поэтому есть определённые правила: драконам, которые не родились вблизи Раскола, желательно не задерживаться рядом с ним надолго, — Дэриан помог мне спрыгнуть с шеи Смерча, когда мы приземлились, и на пару мгновений я замерла в его руках, когда он обнял меня ими слишком крепко, не так как того требовала ситуация.
Смерч недовольно встряхнулся, чем вывел нас из лёгкого оцепенения, а затем снова взлетел. Драконица же осталась сидеть рядом с золотым страдальцем, неотрывно глядя на меня, будто чего-то ждала.
— Чего она хочет? — спросила я у лорда. Он понимает поведение драконов гораздо лучше меня.
— Подойдите и узнайте, — усмехнулся он.
Я подняла воротник бушлата и медленно, всё ещё опасаясь неожиданных реакций, пошла к драконице. Она сидела неподвижно, вопросительно изогнув шею. На ходу я вынула резонар из «тайника» — может, импульсы, которые я в нём ощущаю, позволят понять что-то лучше?
Между нами явно есть какая-то связь через него. Или дело не во мне?
Решив, что могу себе это позволить, я протянула свободную руку в перчатке к морде драконицы, чтобы коснуться — хотелось выразить ей свою симпатию и показать, что я всё ещё не желаю ей зла.
Лорд Холдгейд стоял позади и наблюдал, как будто тоже до сих пор не доверял ей.
И вдруг драконица резко выбросила голову вперёд и клацнула зубами прямо перед моим лицом — у меня даже волосы в стороны разлетелись от её дыхания. Разумеется, я отшатнулась! И заодно случайно выронила резонар себе под ноги.
— Миранда! — предупредил меня Дэриан.
Я не увидела, скорее почувствовала, как он
