деталях?». Но ты с самого начала был мне симпатичен, — призналась Дачиана с ноткой гордости в голосе.
— Я должен был вызвать у тебя доверие. Потом Вихо оставил тебя с Эдитоном, чтобы ты и с ним познакомилась.
— Браво! — она захлопала в ладоши. — Отлично сработали. Всё это было подставой! Могли бы просто поговорить со мной начистоту.
— Не вышло бы. Психологический фактор. Не сработало бы.
— Значит, — девушка начала подходить к сути их разговора, — то, что ты собираешься сказать, известно всем?
— Нет. Только мне и Вихо. Остальным знать не нужно. А теперь, когда у вас с Эдитоном… — он смущенно опустил глаза. — Отношения… В общем, он может всё испортить. А если это случится, то никто нас не выручит.
— А теперь к делу, мистер Шиай. Мне наскучил весь этот разговор. — Она покраснела от злости и напряжения. Возможно, Шиай спас ей жизнь, она не знала. Узнав правду, ей стало как-то скверно. Её использовали в своих целях! Такое сложно осознать.
— Для начала я должен кое-что сделать. Больно не будет.
Шиай попросил Дачиану оголить внутреннюю сторону голени. Ей ничего не оставалось, как подчиниться. Откуда она могла знать, что получит бесплатную наколку.
— Ай! — вскрикнула она, почувствовав колющую боль. — Что это ещё за… — Она посмотрела на голень, прищурилась. — Цифры?
Он словно выжег на ее коже какие-то мелкие цифры и имя непонятной штукой, что извлёк из куртки. Они были едва заметны, но при тщательном рассмотрении можно было различить буквы и цифры.
— Прости, — сказал Шиай. — Это номер и имя человека, к которому ты обратишься, если вдруг нас схватят. Полиция или… не важно кто. В любом случае, ты позвонишь ему.
— А с чего ты взял, что меня никто не схватит?
— Хороший вопрос. Но ты ведь жертва. Поплачешься и тебя отпустят. Я сам лично скажу, что ты взята нами в заложницы. Ещё вопросы?
— Как от этой красоты потом избавиться?
— Ее легко вывести. Не волнуйся. Это же не татуировка! — Он вздохнул. — Зато не потеряешь номер. Это важно, Дачи.
Она схватилась за голову. Принять всё это оказалось не так просто. Шиай дал ей время рассмотреть «наколку». Она хотела прочитать имя, но это вовсе было не имя, а какое-то несуразное прозвище. «Ещё один», — подумала она.
Немного успокоившись, Дачиана попыталась рассуждать здраво.
— Хорошо. Допустим, вас схватила полиция. Я чудом осталась на свободе. Что я должна делать? Позвонить ему? И что сказать? Знаете таких — Вихо и мистера Шиай? — Она начала кривляться. — Они попали в беду. Так, что ли?
— Это ещё один пункт, — сказал мистер Шиай и встал. — Ты позвонишь ему, представишься. Не бойся называть своё настоящее имя. Он не враг, а друг. Только для начала убедись, что говоришь с нужным человеком. После этого, не выдавая наши имена, называешь пароль.
— Пароль?
— Да. Он лёгкий. Ты быстро запомнишь. — Шиай улыбнулся, показав свои белые ровные зубы. На фоне черной щетины они смотрелись как в рекламе зубной пасты. — Ты скажешь: «Привет. Меня зовут Дачиана. Твахтман хочет водку с перцем» и ждёшь его ответа. Потом выполняешь его инструкции. Всё.
На лице бедной девушки читалось крайнее недоумение.
— Лёгкий?! Как ты сказал? Тахман? Квахман?
— Твахт-ман, — по слогам повторил Шиай. — Имя известного художника. Мы что украли? Картину. Вот и запомни, что Твахтман, художник, хочет водку с перцем.
Дачиана надула щёки, затем медленно выпустила воздух.
— А если я забуду его в ответственный момент?
— Не забудешь. — Шиай посмотрел на чистое небо, на небоскрёбы Нью-Йорка, которые окружали их со всех сторон, а окна этих громил отражали лучи западного солнца. Снаружи город был придавлен влажностью. Ни дуновения, ни ветерка. Не жарко, но свежий воздух не поступал в лёгкие.
— Я могу просто запаниковать!
— Я говорил и ещё раз повторю, что ты умная. Запомнишь. «Твахтман хочет водку с перцем». Видишь? Всё просто!
Дачиана несколько раз повторила фамилию художника. Левая нога тряслась от нервов. Она измяла свои волосы, они стали лохматыми.
— А если «ожог» этот увидит кто-нибудь?
— Сочинишь историю. Но постарайся, чтобы никто не увидел.
— Шиай, я… — Дачиана запнулась, закрыла глаза, снова сделала глубокий вдох. На неё легла огромная ответственность. А кто-нибудь спросил, хочет ли она того? Нет! Ее просто поставили перед фактом. Мистер Шиай лишь укрепил ее уверенность в том, что она для них игрушка. Точно же! «Подушка безопасности»!
— Дачиана, это всего-навсего предосторожность.
— Я боюсь, что не справлюсь.
— Ты всё сделаешь. — Шиай был твёрд и серьёзен. — Захочешь спасти Эдитона, справишься.
Подготовка
Три последующих дня прошли в нетерпеливом ожидании. Внук Истмена Уорда готовился продать работы своего деда на аукционе. Чтобы не упустить никаких деталей, Ска, нарядившись в элегантный дорогой костюм, который пришлось взять на прокат, отправился туда и наблюдал за процессом. Табличку с номером он держал на коленях. Мёрфи, адвокат Роберта Уорда, тоже была в зале. Ее интеллигентное лицо производило приятное впечатление.
Разведена. Дочь изъявила желание жить с отцом
Сама Мёрфи проживала в квартире с двумя собаками.
Являлась адвокатом по наследственным делам.
Всю эту информацию мистер Шиай добыл в течении часа. Ему совсем не казалось бесстыдным копаться в чужом белье. А если это вполне симпатичная женщина, то ему даже в радость.
Сидни успела познакомиться с Мёрфи. Она пришла с душещипательной историей к ней в контору. Шиай заранее навёл справки о месте работы адвоката. В Белвью она приезжала лишь дважды. В первый раз — известить Уорда о завещании. И второй — проследить, чтобы благотворительная выставка прошла без инцидентов. Мёрфи просчиталась. Если бы она уехала на два дня позже, то, возможно, обнаружила подмену «Вечернего бриза». Именно она таскала за собой экспертов, договаривалась о том, чтобы выставить картины на аукцион, и торопила Уорда. Как выяснилось, галереи Нью-Йорка отказались платить баснословную сумму за полную коллекцию. Мёрфи заявила Уорду, что дед указал в завещании минимум, который желал получить за свои работы, поэтому единственным выходом для них был аукцион.
Всё шло по намеченному плану. Вихо время от времени информировал шантажиста о передвижениях как Роберта Уорда, так и их самих. Вихо руководил всей операцией.
Сидни скопировала подпись адвоката. Пользуясь своей фирменной ручкой-камерой, ей удалось заснять Мёрфи в движении, за столом, и в разном настроении. Дачиане предстояла самая сложная работа — скопировать. Под строгим контролем Вихо она проделывала путь до банка, а затем они с Сидни разыгрывали беседу между сотрудником и Мёрфи — подставной Мёрфи. Девушка часами выводила подпись на бумаге, а Шиай сравнивал, насколько точно у неё это получалось.
