Психов было немерено.
От Эдитона зависело, пойдёт ли Роберт Уорд со своим адвокатом в банк. Его присутствие там было совсем не нужно. Всю процедуру должен был завершить адвокат. Таким образом они на пару с мистером Шиай через нужные приспособления подделали голос главного помощника Уорда и срочно вызвали его в Белвью по телефону. Уорд купился. Все последующие звонки Роберта с лёгкой руки Ска переводились на телефон Эдитона, который точно знал, как и о чем разговаривать.
С последним номером на сцену должен выйти Лайз. Когда Уорд заявил Мёрфи, что ему необходимо срочно вернуться, адвокат подготовила все необходимые документы.
Сидни установила микрофоны в офисе женщины, в ее машине и даже дома. Как? Очень просто. В конторе Сид сильно расплакалась, и тогда адвокату пришлось выйти, чтобы принести воды бедняжке. Одна минута и слепки ключей, небрежно оставленные Мёрфи на столе, были готовы. Лайз бесшумно взломал автомобиль, а Сидни вошла в квартиру. Правда, собачек пришлось подкормить, чтобы выйти в целости и сохранности. После всех этих махинаций они знали всё о жизни адвоката. Раз плюнуть!
Лайз и Сид должны были работать вместе. Когда Мёрфи покинет дом или контору, чтобы ехать в банк, Лайз, переодевшись в полицейского, остановит ее за какое-нибудь нарушение. Пока адвокат будет спорить с полицейским-недотепой, Сидни незаметно подменит документы. Затем сядет к Эдитону на мотоцикл и отвезёт бумаги Дачиане, уже полностью переодетой в одежду, которую Сид прихватила с собой из дома адвокатши.
Вышла ещё одна проблема. Вихо думал, что они сделают перевод на счёт шантажиста, но тот пошёл на попятный. Побоялся проводить подобные махинации, заявив, что сам лично приедет за деньгами. Вихо заподозрил в этих изменениях что-то неладное, но спорить с человеком, у которого его сестра, не стал.
Взять деньги и успеть уехать — теперь главная их задача, для выполнения которой у них будет всего несколько минут.
Глава 16
Беседа по душам
Дачиана просунула голову в дверь и улыбнулась.
— Можно к тебе?
— Тоже не спится? — бросила Сидни, приглашая ее к себе на мягкие кресла из красной кожи, между которыми стоял кофейный столик. На нем — пачка сигарет и стакан, наполненный золотисто-бронзовой жидкостью. Бренди или виски — Дачиана не знала, просто не разбиралась в этих напитках.
Она присела, и Сидни без лишних слов наполнила бокал для неё.
— Не знаю, стоит ли пить перед завтрашним днём, — засомневалась Дачиана.
— От пары глотков ничего не случится. Я не предлагаю напиться. Разбирайся в этом, Дачи. Я предлагаю снять напряжение.
— Наверно, ты права и стоит расслабиться. Я пришла сюда, потому что очень нервничаю. — Дачиана быстро коснулась руки Сидни. — Видишь? Ладони влажные.
Глаза Сид сверкнули в полумраке комнаты, но лицо осталось непроницаемым.
— Я видела, как ты это делаешь. Уверена на все сто, что ты готова.
Дачиана вздохнула, затем сделала маленький глоток бренди. Они замолчали, разглядывая ночной город за окном и луну, величаво плывущую в небе. Исход завтрашнего дня полностью зависел от неё, Дачиана это понимала. Ведь именно на неё легла важная миссия — забрать деньги. И либо она сработает чисто, не позволив банковским служащим что-либо заподозрить, либо она провалится… Вот тогда плохо будет всем. Ее схватят, Вихо и остальных… А Тамилу убьют.
От последней мысли мелкая дрожь пробрала всё ее тело. Она снова сделала глоток. Жидкость обожгла горло и ухнула в пищевод. Девушка кашлянула, затем убрала бокал от себя подальше.
— Как давно ты работаешь с Вихо? — спросила Дачиана. Ей казалось, что отвлеченная тема поможет не думать о плохом.
— Кажется, что целую жизнь.
Сказано это было не слишком бодро.
— Может быть, это не моё дело, но вы как будто избегаете друг друга. — Выпив, Дачиана окончательно осмелела. — Я давно это заметила. Когда Вихо отворачивается, ты сверлишь его взглядом, а он смотрит на тебя, когда ты не видишь.
— И как же он на меня смотрит? — Сидни подалась вперёд, в глазах появился нескрываемый интерес.
— С… — Дачи запнулась. — С обожанием. Нет, это я так это восприняла. Ещё там, в Белвью. Поверь, сидя на стуле, мне просто было нечего делать.
Сидни снова откинулась на спинку кресла, ноги подобрала под себя, взгляд вернула в окно. В стальной шелковой пижаме она выглядела маленькой и беззащитной.
— Он всё ещё любит меня.
— Любит? Странная у него любовь. Он же делает вид, что ты ему безразлична!
— Он наказывает меня.
— Да за что?
— За что? — Сидни с грустью усмехнулась. — Поверь мне, есть за что. Он долго меня ненавидел за то, что я сделала.
Дачиана молчала, осмысливая сказанное. Она не хотела настаивать, но в то же время любопытство не давало покоя. Вихо и Сидни работают вместе, при этом она безукоризненно ему подчиняется. До Нью-Йорка они едут в одной машине, Сидни явно демонстрирует свои чувства к нему, не только хорошие. Чаще можно наблюдать у нее раздражение или грубость в поведении. Теперь выясняется, что он всё ещё любит её. А не подпускает к себе лишь потому, что она совершила какую-то непростительную ошибку. Вопрос — какую?
— Эдитон немного рассказал о Вихо, — издалека начала Дачиана. — О том, что он был военным или что-то в этом роде.
— Он был уволен со службы по состоянию здоровья. Был признан военно-врачебной комиссией негодным к военной службе. А ведь Вихо мечтал подняться по карьерной лестнице, дорасти до полковника. Не вышло. Остался майором Кэйном. — Уголки губ Сидни слегка приподнялись. Она говорила о нём с любовью.
— Вы… встречались?
— Да. Ещё бренди?
— Нет! Ты пей, а я, пожалуй, воздержусь.
Сидни наполнила свой стакан бренди, сделала глоток и рассказала Дачиане всю правду о себе и Вихо.
— Мы начали встречаться, когда он ещё служил. Забавное было время. Я тоже проходила службу… но это не важно.
— Важно! Ты тоже военная?!
Сидни скромно улыбнулась.
— Второй лейтенант.
— Ух ты! Чего ещё я не знаю?
— Я ушла со службы вслед за Вихо. Тогда мы звали его ещё Саймоном. Мы стали жить вместе. Я ладила с Тамилой, помогала ей с учебой. Для меня она тоже много значит, понимаешь? А потом…
Сидни потупила взгляд и снова припала к бокалу. Дачиана видела, как дрожали ее руки, а глаза наполнились слезами. Сердце сжалось при виде её печального лица.
— Потом, — сказала она, — я забеременела. Но Вихо не сказала. Я знала, что он мечтает о детях, но сама не была готова стать матерью. И тайно сделала аборт.
Дачиана приложила ладонь к своим губам, которые совсем тихо произнесли слово
