без нарядных машин с куклой на радиаторе.
О каждом таком выезде известно заранее. Свадьба не сваливается внезапно. Женихи с невестами, подав заявление в загс, договариваются с представителями таксомоторного хозяйства: когда подать машину, куда намерены по дороге заглянуть. Официальный бланк имеет неожиданную графу: «ритуал». Одни после загса совершают прогулку по Москве, подъезжают к Александровскому саду - идут на Красную площадь, к могиле Неизвестного солдата. В субботний день там скапливается десяток-другой машин, из которых галантно выбирается жених в черном и помогает выйти смущенной невесте, путающейся в длинном свадебном платье. Шоферы терпеливо ждут в опустевших машинах, иногда выбираются наружу - поразмяться. Спрашивают друг друга весело: «А у тебя кто?» - «У меня совсем молоденькая. Кажется, ткачиха с «Трехгорки». Хорошенькая. Чудачка, плачет. От радости».
Ритуал занимает обычно три часа. Пассажиры, прощаясь с водителем, не догадываются, что сейчас он достанет другой лист, в нем другие адреса, но процедура сходная: дом, загс, прогулка, дом. Второму свадебному экипажу везет больше: машина приходит уже нарядной. Иногда прибавят еще лент, воздушных шаров, а куклу посадят на полочку у заднего окна.
Вечерние диспетчеры, готовя завтрашние свадебные кортежи, распределяют выезды по паркам. Семь парков возят женихов с невестами - 3, 4, 6, 7, 12, 13 и 15-й. Выписывают наряды, стараются закончить процедуру до ночи, чтобы к приезду курьеров из парков все было тщательно подготовлено, проверено.
Здесь немыслимо допустить ошибку. Сколько огорчений может принести она - истолкуют недоброй приметой. А в парках знают, что машины на свадьбы посылать лучше без шашечек. Можно простить молодым невинное тщеславие: пусть окружающие думают, что жених везет невесту на собственной машине. А потом, когда водитель снимет ленты, цветные шары, он поместит на виду припасенную табличку: «Такси». Бывалые пассажиры это знают, не принимают машину за ту, что только что пришла с завода и не успели поставить на ней таксистский знак. Садясь, спрашивают водителя: наверное, на свадьбе сегодня были?
Никто не бывал на свадьбах больше, чем таксисты. Уже говорилось, в апреле - в пятницу и субботу - по пятьсот свадеб. Меньше всего зимой - двести, триста. А иногда случаются дни, когда вдруг заявок на длительные поездки со счастливыми молодыми окажется мало. Так мало, что трудно даже понять, почему. 7 февраля прошлого года, например, было двадцать - всего двадцать заказов на свадебные машины. Это был четверг - день будничный, но в остальные непраздничные дни в Москве все равно справляют по меньшей мере свадеб сорок.
Иногда - это бывает, к счастью, редко - праздник молодых вдруг обрывается. Однажды все началось так славно: нарядная счастливая невеста, красавица, в фате и белых перчатках, высокая, в отменном платье чуть ли не до полу… Она улыбалась, стыдливо опускала длинные ресницы, когда ее поздравляли. Она не спеша поднялась во Дворец бракосочетания, и только тогда водитель увидел, как она твердо, уверенно ступала по ступеням - платье оказалось такое длинное, едва были видны туфли и то лишь потому, что девушка застенчиво чуть придерживала его.
И вдруг водитель увидел ее в подъезде одну! Она бежала покрасневшая, со стуком отшвырнула дверь, подхватив обеими руками подол платья, бежала к машинам в лентах. На минуту она растерялась, остановилась - все машины одинаковые. Но шофер узнал «свою» невесту, открыл дверцу, и тогда она тоже узнала его, кинулась на сиденье и попросила:
- Скорее, уедем отсюда скорее.
Это было нарушением ритуала, оговоренного в путевом листе, но водитель не только поэтому медлил.
- Скорее, я очень прошу скорее, - сказала она таким голосом, что ясно стало: спорить, уговаривать незачем.
Водитель все-таки выехал медленно, оставляя возможность невесте одуматься, а ее спутникам, от которых она бежала, остановить. В это время на улице появился грузовик. По всем правилам, он должен был уступить дорогу, но водитель свадебного такси намерен был его пропустить. Произошла заминка, но из Дворца бракосочетания никто не выбежал.
И они поехали… Тогда невеста открыто расплакалась. Из глаз побежали темные струйки слез - линяли накрашенные ресницы. Невеста сорвала упругую фату, смяла ее и стала вытирать ею слезы:
- Напился! Еще до свадьбы напился! Всегда боялась, что попадется мне пьяница. А говорил…
Испуганный, полный жалости, водитель вставил слово:
- Дочка, а может, ты ошиблась? Ну выпил - свадьба же!…
- Он и раньше выпивал, - сердито, с убеждением возразила она. - Дал слово, что никогда, никогда ни рюмочки, а на свадьбе только шампанское. И уже обманул. Не хочу…
Она опять принялась тереть лицо фатой. Исполнившись решимости, вдруг перестала плакать, откинула голову назад и почти спокойно сказала:
- Домой. Поедем домой. На Делегатскую. А свадьба - пропади она пропадом.
…У диспетчеров, сидящих в большом зале, напротив коммутатора и «циркуляра», конечно, не одни только постоянные пассажиры и свадебные прогулки. Наоборот, это самая малая часть их забот. Им посвящаются свободные промежутки. Главная работа - пассажир, которому некогда.
Большинство пассажиров торопится. Ах, ну где они были раньше! Ведь знали же, что надо будет поехать на вокзал, в аэропорт - позвонили бы заблаговременно, и отсюда по прямому проводу спокойно передали бы заявку в ближайший от дома парк. Там и шофер обрадовался бы: придет перед выездом к диспетчеру, а она ему дает адресок и - прямехонько из ворот парка на квартиру клиента. Никакого холостого пробега!…Можно сесть за резервный пульт коммутатора, снять наушник и, включая тумблеры, слушать, о чем говорят по телефону.
- Такси. 92-й.
- Ой, такси! Мне нужно срочно ехать во Внуково.
- Могу принять только в течение часа.
Здесь для краткости опускают слова, без которых смысл все-таки ясен, но это обеим сторонам экономит время. Вероятно, правильнее было бы: «Могу принять заказ, который может быть исполнен не раньше, чем через час», но
