Успех его первого фильма был сугубо коммерческим. 16-летний Спилберг заработал на прокате $600, затратив $500 на производство.
Низкий балл школьного аттестата помешал ему поступить в лос-анджелесскую киношколу. От удовольствия учиться вместе с Джорджем Лукасом (будущим создателем «Звездных войн») пришлось отказаться.
Где-то он все же учился, якобы готовясь стать филологом-англистом. На самом деле ему, как и большей части соучеников, просто не хотелось присоединяться к героической американской армии во Вьетнаме.
Хотелось снимать фильмы, а под боком был Голливуд, в котором молодыми режиссерами считали основательно потисканных жизнью людей в возрасте от 40 лет.
Стивену еще не было 20, и он попросту вторгся на территорию киностудии Universal.
* * *
Спилберг беспрепятственно вошел в здание (вахтер принял его за незаконнорожденного сына какой-то знаменитости), занял пустующий кабинет, повесил на дверь табличку со своей фамилией и стал ждать, что кто-нибудь по ошибке подпишет с ним контракт на производство фильма.
Дело действительно кончилось тем, что его приставили к производству телевизионных серий.
Кинозвезда Джоан Крауфорд, которая была уже не так блистательна как в 1940-е, подрабатывала на телевидении и с заинтересованностью удава рассматривала прыщавого подростка в ежиссерском кресле, который потел от ужаса, но все же делал ей замечания.
Спилберг навеки невзлюбил телевизионные сериалы и кинозвезд, с которыми впоследствии по возможности стремился ни при каких обстоятельствах не иметь дела.
Большая часть голливудской продукции конца 1960-х – начала 1970-х годов вполне удручала. И главное, приносила убытки. Сборы делали в основном любимцы публики 1920-х годов. Джон Форд и Альфред Хичкок снимали свои последние фильмы.
К Спилбергу, просиживающему штаны на съемках сериалов, присоединился Лукас, получивший-таки диплом лос-анджелесской киношколы. Голливуд ожидали большие перемены.
Обоих занимали спецэффекты, панорама звездного неба и гигантские декорации, воспроизводящие целые города.
В традиционную голливудскую структуру, в которой актер-звезда загребал в виде гонорара примерно 50 % сметы фильма, а на оставшиеся деньги скромно покупалась одна лампа и пара досок – космические фантазии не укладывались ни в финансовом смысле, ни идеологически.
Но Спилбергу в провинциальном американском детстве отчаянно не хватало игрушек, и он намеревался восполнить этот пробел за счет Голливуда.
Он занялся поисками сюжета, в который можно было втиснуть по возможности все известные ему спецэффекты. Требовался также продюсер, который уговорит студию эти эффекты оплатить.
Гранки романа «Челюсти» он стащил со стола продюсера-неудачника Ричарда Занука, сына легендарного киномагната Даррела Занука – за два месяца до выхода книги. Права на экранизацию уже были приобретены – всего за $175 тыс. Режиссера, который согласился бы возиться с акулой-убийцей, Занук найти не мог.
Когда книга вышла в свет, Спилберг и Занук носились по книжным лавкам, скупая экземпляры сотнями, чтобы обеспечить роману попадание в список бестселлеров. Это называлось предварительной рекламной кампанией.
Ричард Занук совершенно всерьез полагал, что самое блистательное техническое решение – отлов и дрессировка акулы-людоеда, которая, вне всякого сомнения, была бы счастлива стать кинозвездой.
Но Спилбергу, с одной стороны, хотелось механическую игрушку, а с другой – он совершенно не намеревался проводить съемки, сидя в клетке.
Акула была изготовлена в трех экземплярах (что обошлось студии в $3 млн). В результате технических неполадок у нее образовался неправильный прикус – челюсти как следует не смыкались. Но после первых трех недель съемок всем на это было уже совершенно наплевать.
Спилберг самым серьезным образом опасался, что наступит день и съемочная группа, которую он заставлял сутками торчать в открытом море, его попросту утопит. А к ней присоединятся хозяева отелей на прибрежном курорте, которым он безнадежно портил пляжный сезон.
Бюджет фильма перевалил за $10 млн. Студия Universal все еще питала робкую надежду заработать миллионов 30…
В первые 80 дней проката фильм «Челюсти» перебил кассовые рекорды «Унесенных ветром» и «Крестного отца» и стал самым прибыльным фильмом всех времен и народов на тот период времени.
Спилбергу, которому непредусмотрительная студия гарантировала довольно-таки солидный процент от дохода, фильм принес в общей сложности $60 млн.
* * *
Вкуса к богатству у Стивена Спилберга не оказалось. Он как-то совершенно не возбуждался от разверзшихся внезапно возможностей и перспектив. Например, заказывать доставку свежих устриц самолетом.
В упоение его приводило только то обстоятельство, что после «Челюстей» Голливуд был готов оплачивать любые постановочные излишества.
В последующие 20 лет он не отказал себе решительно ни в чем.
Для фильма «Близкие контакты третьего рода» он истратил $21 млн на студию-ангар в 283 тыс. кубометров, на модель космического корабля и на две сотни техников, обслуживающих конструкцию.
Инопланетянин из фильма Extra Terrestrial – ужасное и пленительное существо – обошелся в $1,5 млн. Он совершал 85 разнообразных движений и совершенно покорило Каннский фестиваль.
К съемкам «Индианы Джонса» он центнерами заказывал экзотических змей и личинок жуков. Личинок в специальном инкубаторе доводили до стадии жуков, и они демонстрировали нетривиальные актерские дарования.
Слоны, необходимые для одной из серий были, очевидно, подкуплены профсоюзом. Они с достойной пунктуальностью в шесть часов вечера прекращали любую деятельность, не позволяя себя задобрить фруктами. Это растягивало съемочный период и чрезвычайно раздувало смету.
Мысль о том, что хотя бы малую толику денег, израсходованных на добычу живности и техники, можно потратить на участие в фильме, скажем, великого Марлона Брандо, который был капризен, разумеется, но уж, во всяком случае, не так как эти самые слоны – показалась бы Спилбергу абсурдной, если не кощунственной.
Он превратил Голливуд из питомника высокооплачива емых звезд в зоосад электронных и живых монстров и сборище энергичных программистов, увлеченных Толкиеном.
Вместо слова «фильм» он говорил «проект» и никогда не снисходил полюбопытствовать, насколько хорошо актер вжился в образ.
В ответ Голливуд невзлюбил его от всей души.
За бейсбольную кепку, за неухоженную бороду, за отсутствие причуд и капризов, по рангу положенных звезде.
И, разумеется, за богатство.
Давно нерентабельный Голливуд потихоньку распродавал себя японским корпорациям.
В то время как к середине 1980-х доходы от проката фильмов Спилберга достигли $2 млрд. А список первых десяти кинохитов состоял на одну треть из Лукаса и на две трети – из Стивена Спилберга.
Его личное состояние превосходило $100 млн. Между тем ему не было еще 40 лет.
Киноимперия отомстила единственным доступным ей способом, призвав на помощь профессионалов пера.
Было разработано понятие коммерческой культуры и убедительно доказано, что достойный фильм, по определению, не может и не должен приносить доход.
Научные киноэнциклопедии отказывались посвящать Спилбергу отдельную главу, внося его петитом в обзорные статьи «Ужасы и фантастика». Его даже стали писать с маленькой буквы, превратив в понятие нарицательное.
Самое обидное – ему не давали «Оскара», на которого он претендовал (и был, кстати, неоднократно номинирован) много лет подряд.
В обиде он уезжал на океанское побережье, строил на пляже языческие алтари из песка, произносил ритуальные заклинания и ждал знамений – будет ли пользоваться успехом очередной фильм.
К концу 1980-х в знамениях Спилберг, строго говоря, уже не нуждался. Просто ему нравилось в одиночестве полеживать на теплом песке, обдумывая сценарии и мечтая об «Оскаре».
* * *
История Оскара Шиндлера – гуляки, коммерсанта и джентльмена – бродила по киномиру почти с десяток лет. Один начинающий немецкий режиссер годами добивался экранизации, требуя от министерства культуры ФРГ всего-то – 850 тыс. марок.
Министерству деньги были дороже, чем хорошая репутация и министерство отказало.
В Голливуде называли имена Копполы и Скорсезе. Однако ни один уважающий себя режиссер не мог позволить себе роскошь орать на съемках в микрофон: «Массовка! Эсэсовцы налево, евреи пять шагов назад!»
Спилберг, который не чересчур уж буквально относился к собственному достоинству, вспомнил свое еврейское детство, ортодоксально-религиозных родителей и приобрел права на постановку «Шиндлера».
По Голливуду поползли насмешливые слухи, но мудрая еврейская мама Стивена Спилберга одобрила новый «проект».
Маму Спилберг слушался всегда – и в 16, и в 46.
Она настоятельно советовала ему не торопиться с женитьбой – и он оставался холостяком до 35 лет.
