садовник причудливо постриг кусты.
– Значит ты не собираешься делать это с официанткой из Хэтфилд? – вспомнила она о начале разговора.
– Делать что? – спросил я.
– Заниматься сексом, дурашка.
Я промолчал.
Майя подняла голову встала напротив меня, загораживая собой весь обзор на кусты. Ее брови нахмурились, а в глазах снова проскользнуло осуждение.
– Блейк, она не должна становиться кем-то, за чей счет ты сможешь потешить свое эго, – серьезно сказала она.
– Я вовсе не собираюсь, как ты выразилась, тешить свое эго. Она сама начала войну.
– Уложив ее в постель на спор, думаешь, ты выиграешь эту войну? Ты знаешь, у Кайла полный хаос в жизни, он не уверен в себе и не уверен в завтрашнем дне. Его отношения с матерью разваливаются, отец оказался предателем. Ему нужно помочь, а не вестись на его провокации продиктованные собственной болью.
– Я делаю это не из-за Кайла! – вспылил я. Иногда меня бесило то, что Майя мнила себя всезнайкой.
– А почему же тогда?
Я отошел от окна и отвернулся от подруги.
– Не знаю. Она словно сама хочет вступить со мной в игру. Кажется, я нравлюсь ей.
– А она нравится тебе, – заметила подруга.
– Нет, абсолютно не в моем вкусе, – бросил я через плечо.
– Ты сам не знаешь своих вкусов, тебе не удавалось распробовать хоть одну из тех, кто покидал твою постель, – сказал Джим, застывший в проходе, опершись плечом о дверной косяк. Майя, как весенняя бабочка полетела к нему и приникла к его груди. Он приблизился к лицу своей девушки и оставил на ее губах нежный поцелуй.
Брр. Нужно промыть глаза кислотой.
– Я первым покидаю постель, – ответил я на выпад Джима.
Его рыжие волосы были зачесаны назад, а лицо гладко выбрито. В этом ретро джинсовом жакете он был похож на человека, сбежавшего с одной из ферм Техаса.
– Видишь, в этом и проблема, – ответил Джим, поглаживая Майю по плечу.
Еще один всезнайка.
– Предлагаешь покидать постель вторым? – насмешливо предположил я.
– Предлагаю вообще ее не покидать.
– Это не в моих интересах, – сказал я.
– Тогда ты не можешь знать до конца кто в твоем вкусе, – уверенным тоном выдал друг.
Меня скорее смешили их потуги наставить меня на путь истинный, чем злили. Чувствую, будто попал не на будничный ужин, а в секту.
– Сомневаюсь, что мне пригодятся советы от Вилли Нельсона1, – усмехнулся я.
Майя громко захохотала.
– Я знал, что этот джинсовый жакет тебе понравится, – улыбнулся Джим.
– Да, прости не смогу прийти на концерт, – фыркнул я.
Майя отошла от своего парня и встала прямо напротив меня.
– Блейк, хватит острить. Ты весь вечер был сам не свой, а стоило этой девчонке подойти к нашему столику с блокнотом в руках, твои глаза засияли.
– Конечно, если бы она поступила так с тобой…
– То я бы точно обратила на нее внимание, – перебила она меня. – Джим прав. Убери свою жизнь с быстрой перемотки, настрой нормальную скорость и прочувствуй каждую секунду. Поверь это стоит того, – уверяла она меня.
– Давно в философы заделалась?
– Я маленький ангелок, сидящий на твоем плече и вечно спорящий с твоими демонами.
– Тогда ты знаешь, что моих демонов не переубедить, – серьезно сказал я.
Она вздохнула.
– Я не хочу их переубеждать, я лишь хочу, чтобы они увидели чуть больше, позволили себе сделать нечто новое для разнообразия.
– Ты говоришь не о сексе, – догадался я.
– Не-а, не о нем.
Майя всегда была такой, просто маленькая командирша любящая поучать и давать свои ненужные советы.
– Для чего делать то, что мне не нравится? – задал я вполне резонный вопрос.
– Ты не пробовал, как ты можешь говорить, что тебе не нравится? – не сдавалась она.
– Ладно, ты утомила меня, красотка, – сказал я, проходя мимо нее и Джима, направляясь в столовую.
– Я еще даже не начинала, – крикнула она мне вслед.
Вот и не стоит начинать.
***
На следующий день, я сидел в своем кабинете и в сотый раз читал одно и то же сообщение, которое отправил Дикарке этим утром:
Хочу увидеть тебя сегодня.
Она прочла его два часа назад, но так и не соизволила мне ответить.
Со дня нашей встречи прошло больше недели. И все это время я был занят и даже не имел возможности встретиться с ней.
Сегодня мы, наконец, смогли продвинуться в работе над проектом. Заказчик определился с планом здания, и я принялся за чертеж. Вечер будет свободен.
Мне действительно хотелось увидеть ее сегодня. Чего мне не хотелось, так это испытывать странного чувства, вроде предвкушения этой встречи, и отвлекаться на мысли о Джоанне, когда мне нужно заниматься проектом строительства нового здания. Я не хотел чувствовать чуждую мне тяжесть в животе, когда слышу ее звонкий голос и не хотел улыбаться, когда видел ее улыбку.
Было странно не получить от нее ни одной смс за все эти дни. Обычно девушки писали и названивали мне не переставая. Их не интересовало, занят ли я, или наоборот отдыхаю, их интересовали лишь собственные цели и желания. И кто еще из нас был неуважителен?
Обычно мне приходилось блокировать их, потому что это порядком раздражало. Но Дикарка была не такой, она не звонила и не писала мне, предпочитая сохранять молчание. С одной стороны это радовало меня: она не сумасшедшая и не навязчивая фанатичка. Но с другой стороны, я что, совсем не увлек ее? У нее ни разу не возникло желания написать мне?
Я точно знал, что нравлюсь ей. За годы практики, я научился определять это. Девушки менялись в моем присутствии. Так было и с Джоанной: стоило мне оказаться рядом, ее плечи едва заметно напрягались, а если и вовсе припереть ее к стенке, синие глаза становились темнее и глубже. Поразительно.
Тогда какого хрена она продолжала играть в это равнодушие? В начале вечера ее лицо не выражало абсолютно никакого интереса. Будто я привел ее в поле, показывать сухую траву.
Я привык, что девушки смотрели на меня как на запретный плод, как на то, что хотят получить, как на то, чем хотят единолично обладать. Я не был тщеславным, и не требовал этого обожания от них. Все просто складывалось подобным образом, у меня не было власти над этими вещами.
Не хочется признавать, но наш ужин в ресторане прошел неплохо, в любом случае сравнивать мне не с чем, я никогда не ужинал с девушками. Иногда лишь угощал их выпивкой, позволял посидеть рядом со мной в клубе,
