Длинного, при таком разнообразии огнестрельного оружия, в доме не нашлось ничего компактного, вроде того же револьвера, или чего-то подобного. Обычно, как описывалось это в многочисленных книгах, охотники всегда имеют при себе нечто подобное. Мало ли что может произойти, и револьвер, как оружие последнего шанса, может быть очень даже необходим. Вспомнилась даже фотография из будущего с Леонидом Ильичом Брежневым на охоте, где тот держа в руках карабин имел подвешенный на поясе револьвер.
Самыми главными приобретениями, по мнению Длинного были карманные часы, даже на вид выглядевшие очень дорого, оставшиеся от прежнего хозяина и подробные карты местности, сшитые в одну папку и позволяющие рассчитывать дорогу не только по реке, но и в большей части Европы, где видимо побывал в свое время Граф. При этом во многих местах имелись отметки обозначавшие видимо места его ранних стоянок, или особенно понравившихся мест. При этом при каждой такой отметке, имелась сноска, на которой были выписаны какие-то цифры, и фразы, порой обозначающее вообще, или что-то очень редкое или не несущее никакого смысла. Впрочем учитывая другие записи в нескольких дневниках, нечто подобное встречалось и там, и потому воспринималось просто необычной причудой, одинокого человека.
Полностью экипировавшись и приготовившись к дальнему переходу, друзья решили покинуть ставший таким родным дом и в один из вечеров отплыли от пристани, и поймав легкий ветер устремились вниз по течению Дона, навстречу новым впечатлениям.
Глава 13
13
Вечер был выбран из-за некоторых записей, найденных в избушке Графа. В его дневниках неоднократно отмечено, что в казачьей станице Цимлянской, расположенной примерно в пятидесяти верстах ниже по течению, любого путешественника, спускающегося вниз по реке, ждет очень нерадушный прием. Вот несколько строк из тех записей: «Если идущий по реке вооружен, опасен, знаком казакам и зарекомендовал себя именно с этой стороны, жди косых взглядов и опасайся возможного удара в спину. И тебе очень не повезет если хотя бы на миг, потеряешь бдительность. Если не проявляешь агрессии, значит показываешь свою слабость, в этом случае нападение на тебя гарантировано». Далее было описано, что собственно поставленная на реке станица и живет в основном с обирания проплывающих, и с добычи соли. И если на промысел последней уходят в основном в теплое время года, то с реки кормятся постоянно. «Я бы не советовал любому путешественнику даже останавливаться в станице, а проплывать мимо нее лучше всего или поздней ночью, или ранним утром, и дело не в трусости, а скорее в том, что как бы не был смел, но на лодке или баркасе, все равно будет меньше людей, чем казаков, желающих поживиться за твой счет».
Из когда-то прочитанной истории этих мест, Длинный знал, что все это имело место. Правда насколько он помнил ту самую историю, советская власть в станице была установлена еще в 1921 году. То есть как минимум полгода здесь хозяйничали большевики. Но вот изменилось ли что-то с речным рэкетом, история об этом скромно умалчивала, и скорее всего потому, что больших изменений не наблюдалось. Разве, что теперь казаки делились с новой властью.
Судя по карте, станица большей частью находилась на правом берегу, а расстояние между берегами доходило до пятисот метров, Ночь была достаточно темной, и потому наш герой очень рассчитывал, что ему повезет и он сможет проскочить незамеченным. В крайнем случае ему есть чем встретить любителей легкой наживы, и он совсем не собирался стрелять в воздух, чтобы кого-то напугать. Картечь, заряженная в патроны, сама найдет своего избранника. Вначале хотел отказаться от этой затеи, и попробовать проскочить на удачу, не вооружаясь дополнительно. Но подумав отказался от этой затеи. Это на буере, можно поймать ветер и пролететь мимо если и замеченным, то все же с некоторой гарантией, что тебя не смогут догнать. А на парусной лодке с ее максимальной скоростью в десять-двенадцать верст в час, это просто нереально. Казакам достаточно будет спустить на воду шестивесельный баркас, и самое многое через полчаса ты будешь в их руках. Да, что об этом говорить, если, выйдя от пристани примерно в десять часов вечера, они добрались до станицы только под утро, проплыв пятьдесят верст за шесть часов, то есть скорость оказалась даже ниже расчетной. Поэтому, ружье, или вернее то, что от него осталось, было взято с собой, и проверено в деле перед отъездом.
Возможно приятели и подверглись бы атаке с берега, но судя по некоторому шуму, чуть в стороне, ближе к берегу, кто-то уже попытался пройти мимо станицы, чуть раньше друзей, и как раз сейчас, «добровольно» жертвовал все нажитое непосильным трудом, на нужды красных казаков. Но все равно, друзья постарались прикинуться ветошью и проскочить незамеченными, а то, кто их там знает, вдруг покажется мало и нападут еще и на них. Но вроде бы пронесло, и когда станица скрылась за парой изгибов Дона, приятели облегченно вздохнули, и позволили себе наконец закурить, и поделиться впечатлениями.
Решив не останавливаться, друзья продолжили путешествие. Тем более, что по большому счету именно сейчас остановка была не нужна. Собираясь в путь, было приготовлено достаточно еды и питья, чтобы хотя бы до следующего вечера чувствовать себя вполне прилично. Конечно рано или поздно придется остановиться, и лучше это сделать как можно дальше от буйных поселений. Хотя, как раз сейчас трудно было гарантировать лояльность других. Все же прошлогодняя продразверстка задела не только Поволжье. Просто именно там это проявилось в большей степени, чем где-то еще. Поэтому перед тем как остановиться нужно было выбрать не слишком заметное местечко.
Судя по имеющимся картам друзьям оставалось пройти около двухсот пятидесяти верст. Продуктов в дорогу было взято достаточно, поэтому чтобы не слишком светиться и не подвергать себя излишнему риску, провоцируя местных жителей, приятели строили свой маршрут так, чтобы проходить мимо крупных поселков и городков в темное время суток. Благо, что торопиться было некуда и можно было останавливаться в любое время, и большую его часть, посвящать отдыху, рыбалке или наконец занятиям. Чистописание разумеется пришлось пока отложить, а вот изучение языка или чтение остались вполне доступны. Вдобавок ко всему, изучение языка превратилось в некую игру, которая тем не менее давала ощутимые результаты. С некоторых пор, друзья старались большую часть времени общаться на Испанском. Проходило это довольно весело. Даже если не учитывать Российский акцент, который однозначно при этом присутствовал. Строя какую-то фразу, приходилось или вспоминать то или иное слово или зарываться в словарь, взятый с собой в дорогу. И после того, как фраза была составлена и произнесена, словарь тут же перекочевывал
