мужчина, готовый разрешить любую проблему.
— Марина, я хотел извиниться, — решил я начать с самого простого, глядя прямо ей в глаза.
Она мягко улыбнулась, указав в сторону кухни.
— Хорошее начало. Пройдем?
Уверенно кивнул.
— И ты трусишка — тоже. Я начинаю волноваться, что же такого произошло, раз прячешься.
Аня тут же с независимым видом вышла к нам, первой направившись к кухне.
— Между прочим, я не трусила, а выжидала.
— Как скажешь, милая.
Стоило догнать Аню хотя бы ради того, чтобы шепнуть на ухо:
— Ощущение, будто с твоей мамой знакомлюсь.
Кудряха как-то нервно хмыкнула, включая чайник.
* * *
Меня всегда злило, когда брат и сестра относились ко мне как к младшей. Особенно учитывая, что я уже совершеннолетняя. Сейчас же я чувствовала себя, как нашкодившая пятилетка, которую оставили в квартире одну как взрослую, а она…
Мда. Привела какого-то парня. Хотя, между прочим…
— Ты сама его домой притащила, — напомнила на всякий случай сестре.
И Марина, и Ник глянули на меня осуждающе.
— Спасибо, что напомнила. Чаю?
— Не откажусь, — кивнул кошак.
Какие они молодцы, как потрясающе делают вид, что все нормально. Отличная пара выйдет. И что я тут забыла?
Чинно рассевшись с чашками чая: я на кресле, Марина на стуле, а Ник на подоконнике, — я ждала, когда все покатится в тартарары.
— Давно вы с Аней знакомы? — мило улыбнувшись, начала расспрашивать сестра.
— Неделю, — просиял улыбкой Ник. — Это была любовь с первого взгляда.
Мы переглянулись с Мариной, и я постаралась незаметно покрутить у виска.
— Аня… — с укором произнесла она. — Ну что ты как дикарка...
Вот что за ерунда? Почему встает не на мою сторону?
— А чего он придумывает, — нахохлилась я. — Никакой любви, никакого первого взгляда.
Под снисходительным взглядом сестры подумалось, что мое поведение не очень-то похоже на «я уже взрослая». Фыркнув, отвернулась от нее, чтобы наткнуться на насмешливую физиономию подавшегося вперед Ника.
— Чего?
— Жду, когда начнешь показывать язык, — пояснил он усмехнувшись. — Ты такая прелесть, когда вредничаешь!
А вот теперь почувствовала себя закипающим чайником.
— Марин! — обратилась я к сестре, как единственной разумной.
Ой, то есть ко второй разумной в этой комнате.
Марина подняла голову, оторвавшись от размешивания сахара в чае. На губах ее играла такая добрая, понимающая улыбка, что р-р-р!..
— Милая моя, я не встреваю в чужие отношения. Тебе придется самой научиться общаться со своим молодым человеком.
— Он не мой молодой… тьфу! Он вообще не человек, и он не мой!
Да ну как она не понимает! Не мой! Ее! А я так, просто…
Не пойми кто…
Едва заметно нахмурившись, сестра отставила чашку.
— Я немножко запуталась. Разве Ник притворился котом не ради того, чтобы познакомиться с тобой?
Как она вообще к этому пришла?!
— Нет! Чтобы познакомиться с тобой, а тут я… И… Черт! Марин…
Я закрыла лицо ладонями, просто не представляя, как сказать сестре, что я… я тут, кажется, увела парня... Или не увела?
…Но он же не козел на веревочке!..
Но…
Плеч коснулись теплые руки, обнимая и прижимая к крепкому горячему телу.
— Анют, послушай, все не так, — шепнул Ник, поглаживая по волосам.
— Уйди, пожалуйста, — проговорила я ровно, пытаясь сбросить его руку, но он лишь прижал сильнее.
Молчаливая борьба могла бы затянуться, но отвлек громкий звук ложки, бьющийся о стенки чашки.
— Ой, простите, — вынимая ложку, которой активно «размешивала сахар», проговорила сестра и улыбнулась. — Ну, раз уж вы отвлеклись… Дорогие гости, прошу меня извинить, но я забыла, что у меня совершенно ничего нет к чаю. Схожу-ка я в магазин. Буквально на десять минут.
Замерев, я наблюдала, как она встает, подмигивает мне, кажется, показывает кошаку большой палец и направляется к выходу.
— М-м-марин? — пискнула я, не понимая, она меня что, бросает?
Попыталась кинуться вслед за ней, но Ник прижал меня еще ближе.
— Ты не можешь оставить меня тут!
Кажется, она думала совсем иначе. Кое-как запрыгнув в сапожки и даже не надев пальто, сестра открыла дверь.
— Желаю удачно поговорить! — произнесла она, прежде чем выскочить, оставляя нас наедине.
Глава 39
Мы так и сидели с Анютой, пока не хлопнула дверь.
Она замерла, как мышка, будто надеясь, что я про нее забуду. Будто я не вслушиваюсь в так быстро бьющееся сердечко. Будто не прижимаюсь губами к ее волосам, так приятно пахнущим ванилью. Будто забыла, что я — кот, а мы очень-очень любим маленьких мышек.
— Попалась, — прошептал на ухо и, не удержавшись, прикусил его, чтобы тут же признаться. — Анют, прости меня. Я дурак.
— Ага, — кивнула, она.
Я осторожно развернул ее лицом к лицу, давая себе зарок. В этот раз я должен сказать все правильно.
— А почему дурак?
Я набрал полную грудь воздуха, взял ее за руку и… выдохнул.
— Анют, я виноват и признаю это. Неправильно себя повел, неправильно сказал.
Она удивленно хлопнула глазами, а я улыбнулся.
— Скажи, я могу обойтись без битья себя кулаком в грудь и посыпания головы пеплом? — спросил и замер в ожидании ответа.
— Эм, да, пожалуйста.
Усмехнувшись, притянул ближе обнимая.
— Вот и хорошо.
* * *
Меня погладили по голове, вгоняя в какую-то прострацию.
